А какие глаза были у зверей, особенно у волков, когда человек перед ними превратился в большого, крайне необычного вида волка. Даже суровые и матерые магические звери испугались, увидев подобное зрелище. После этого звери стали относится к мужчине несколько иначе, как-то более открыто что ли.
Пока его люди знакомились с лесными обитателями, Элим обсуждал с Заралом нюансы его взаимодействий с людьми. Этот лес его территория и здесь должны действовать законы, которые установит его дух-страж. Первое правило появилось в первые секунды разговора — никакого мусора. Люди удивительные существа, пока их не существовало, такого понятия как мусор не было.
Мусор создали люди.
И засрали им всю гребаную планету: свои собственные города, леса, реки, озера и моря.
Поэтому первое правило звериного леса — никакого мусора, вообще.
Второе правило тоже долго выбирать не пришлось. Главной целью существования этого места это налаживание отношений между людьми и зверьми. Естественно ни о каких отношениях не может быть и речи, если люди начнут убивать лесных обитателей. Соответственно второе правило — никаких убийств на территории заповедника. Отсюда вытекает и третье правило — никакого оружия без разрешения Зарала.
Это значит, что если вы собираетесь прийти в этот лес, то должны оставить все своё оружие на входе, по крайне мере пока не заполучите расположение стража этого места.
Пока, что Элим и его люди это правило нарушали, сразу принеся с собой оружие, однако Зарал отнесся к этому спокойно, ведь это был Элим и его ученики. Элим заслужил расположение и уважение лесного духа при первом же своём появлении.
Для Зарала, основатель Бессмертного Оплота являлся живым сосредоточений человеческих знаний. К своему удивлению он обнаружил, что этот необычный человек знал о законах вселенной намного больше, чем сам дух, являющийся порождением самой природы. Из бесед с этим человеком он узнал много нового и успел задуматься о гораздо большем количестве вещей, чем до встречи с ним. Этот молодой, не по годам мудрый парень показал ему, насколько узко мыслил дух все время с момента своего рождения.
По совету своего можно сказать наставника, Зарал не только не убрал барьер, но и сделал его ещё сильнее после нескольких лекций Элима. По их плану на территорию звериного леса для людей должен быть лишь один узкий проход, для лучшего контроля потока «гостей».
— Есть у меня к тебе одна просьба Зарал, — произнес Элим во время их обсуждения.
— Я внимательно слушаю, — с почтением в голосе ответил дух.
— Среди людей есть один очень интересный человек, я называю его Профессор. Он из тех людей кто стремиться к знаниям и у него это получается, однако все его знания, как бы сказать… они человеческие. Весь мир для него это ворох формул и уравнений, да у него огромный багаж практических знаний, но именно из-за них он не видит самого важного, именно из-за них ему недоступны те знания, которые есть у нас. Удели ему, пожалуйста, внимание, человек он хороший и обязательно придет сюда, чтобы исследовать это место и поговорить с тобой. Постарайся направить его на путь истинный.
— А почему ты не сделаешь это сам? — спросил дух.
По его мнению, Элим был самым мудрым человеком на планете. Почему же он сам не попробует просветить этого Профессора?
Этот вопрос вызвал лишь усмешку у сидящего под деревом человека.
— Когда ты познакомишься с людьми получше то поймешь, почему я возложил эту задачу на тебе.
Профессор был человеком науки, причем человеком старой закалки. Он прожил достаточно, чтобы его убеждения и мировоззрения твердо сформировались. Переделать его образ мысли теперь будет невероятно сложно, а нынешний облик Элима не способствовал этому. Да, он показал невероятный уровень знаний касательно подземелий, но именно в глазах Профессора он не имел достаточно авторитета, чтобы ломать свой сложившийся взгляд на мир. Совсем другое дело дух, порождение природы, мира, который Профессор изучал всю свою жизнь. Над его словами, старый ученый как минимум задумается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хорошо, — согласился с просьбой Зарал.
После этого они еще пару часов обсуждали все нюансы взаимодействия с людьми. Коих было довольно таки много. Когда они пришли к окончательному решению по поводу всех поставленных вопросов, Элим облегченно выдохнул, позволив себе на пару минут расслабиться.
— Что-то случилось? — спросил дух, заметив как расслабленное лицо Элима, сменилось грустной гримасой.
— У тебя в лесу так спокойно Зарал, будь моя воля, остался бы здесь сидеть навечно, — с нескрываемой горечью в голосе ответил Элим.
Его люди сейчас были слишком далеко, чтобы услышать их разговор. «Общались» с лесными обитателями. В Бессмертном Оплоте они узнали кое-какие повадки зверей, что им нравиться, а что нет. Научились в каком-то смысле их понимать.
— Тогда почему бы тебе не остаться, если тебе здесь так нравится? Уверен весь лес будет рад в таком случае.
Эти слова духа заставили появиться на лице Элима улыбку, только не веселую, а грустную, выдававшую усталость своего обладателя.
— Будущее не так жизнерадостно, как ты думаешь друг мой. Поэтому не забывай мои уроки и развивайся по мере своих возможностей, а сейчас мне пора уходить, я и так слишком долго позволял себе расслабляться, — произнес Элим поднимаясь с земли.
Его верная алебарда тепло устроилась у него на плече.
Оповестив своих людей об уходе, часть из них решила пойти с ним, а парочка решила задержаться на некоторое время. Одним из них был Арн, не смотря на все шуточки на звериную тематику, которые его товарищи успели придумать за последние несколько часов.
— Ты в ближайшие несколько дней обратно в подземелье? — спросил Вернер, когда они вдвоем ушли на почтительное расстояние от остальных людей.
В Бессмертном Оплоте уже все свыклись с такой скрытной манерой поведения. Теперь люди рефлекторно оставляли Элима, наедине с его помощниками, чтобы не мешать обсуждению важных дел.
— Нет, скорее всего ещё неделю или две я буду на поверхности. В последнем рейде нашлось много материалов, и теперь я могу реализовать несколько важных проектов. Да и в Европу думал слетать, посмотреть как дела у Свейна.
Такой ответ несколько удивил Вернера. Как правило, Элим возвращался на поверхность не более чем на неделю. За это время он выяснял, как обстоят дела, давал указания, если нужно, и делал артефакты. Последнее, как правило, и занимало большую часть времени. Артефакты созданные Элимом имели особое значение. В Бессмертном Оплоте существовала своя собственная валюта, за которую можно было купить практически все, что доставали из подземелья. Большую их часть люди тратили на книги навыков и улучшение своей экипировки, что часто выходило в копеечку.
Однако артефакты Элима нельзя было купить, только получить от него самого. Обладание артефактом, созданным Элимом, значило являться элитой элит в Бессмертном Оплоте, так делал он их немного и давал их только лучшим из лучших. А больше одного артефакта вышедших из его рук имели лишь единицы — не больше трех десятков человек, четверо из которых являлись его доверенными помощниками.
— Ещё я отдал Герману книгу с Системой, поэтому приглядывай за военными. Он мужик толковый, но мало ли, всякое может случиться.
— Скажу Кастору этим заняться, — ответил Вернер.
Кастор был образцом современного супер-разведчика. Прекрасные боевые навыки в сочетании с особенностью, позволяющей «читать» воспоминания других людей, делали из него просто машину по добыванию информации. Этот уроженец Греции был главой группы Бессмертного Оплота, добывающей информацию. Если Вернер был ответственен за устранение нежелательных элементов, то Кастор был человеком, который находил всю грязь и скелетов, которые люди прятали. В общем, этот человек добывал большую часть информации для шантажа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Элим помнил момент их знакомства: Кастор попытался залезть ему в голову, чтобы продемонстрировать свою особенность. Неделю после этого мужчина валялся в постели с дикой мигренью, Элим просто рефлекторно атаковал сознание человека, попытавшегося проникнуть ему в голову. Они успели обсудить с Вернером еще несколько вопросов, прежде чем покинуть звериный лес.
