С женой. Пирожное застряло у меня в горле. Всё это время нас с ним так непреодолимо тянет друг к другу, но он сдерживается, ведь у него есть жена, которая ждёт его в Москве. Что, если она приедет на выходные, а я хожу нагишом вокруг её мужа и бью его лопатой.
Но почему он не сказал мне…
Оля, ты знаешь его всего один день, а уже придумала себя историю получше романтических сериалов на телевидении.
От стыда хотелось провалиться сквозь землю. Ни на шаг к нему больше не подойду!
— Аллоу, Лёля! — я выпала из разговора. — Я приеду через пару дней. Ваня тебя не обижает?
— Нет, — ответила я потухшим голосом. — Скорее, наоборот. Я ударила его лопатой.
— Что?! Он приставал к тебе? — возмутилась Вика.
— Нет-нет, я спутала его со зверем.
— Не подпускай Ваню к себе, — посоветовала подруга. — примчусь, как только смогу.
— Поторопись, тут какой-то бандит с пистолетом ездит, — я усмехнулась, — Кабанюк, кажется…
— Пипец, Лёля, ты и перед Кабаном засветилась! — Вика практически выла от отчаяния.
— Да в чем дело? — я искренне не понимала, почему меня никому нельзя показывать.
— Приеду и расскажу. Может даже покажу, если получится, — ответила подруга.
Мы распрощались и закончили разговор. Новость о Ваниной жене сбила меня с толку, и я устало захлопнула ноутбук. Лениво пролистала оповещения в телефоне и, не найдя ничего от Стаса, расстроилась ещё больше.
Гризли, видя мою кислую мину, довольно улыбалась.
Через полчаса в окне красным маячком мелькнул мотоцикл, и я, покидав технику и вино в сумку, покинула кафе.
Первым делом я обратила внимание на отсутствие своего чемодана. Пакетов с продуктами у Ивана тоже не было.
— Где мои вещи? — недоуменно спросила я.
— Я быстренько смотался туда-обратно. Вещи в доме, — Ваня довольно улыбнулся и похлопал ладонью по сиденью: Садись, прокатимся кое-куда.
Настроения у меня не было, но я вежливо улыбнулась и села за Ваней, стараясь не обнимать его слишком крепко.
Из кафе показалась Гризли. Она широко улыбнулась Ване и прощебетала:
— Ванечка привет! Чего не заходишь?
— Привет, — коротко кивнул он, — не было необходимости.
— Так заходи просто так, — улыбка на лице женщины практически померкла.
— Лёля, обними меня крепче, а то свалишься, — Ванина рука придвинула меня за поясницу, и я сдалась, прижимаясь к его надёжной спине.
Мужчина махнул рукой несчастной Гризли и помчал мотоцикл к выезду из деревни, оставляя за собой столб пыли. Прямо перед выездом на ту дорогу, с которой мы сюда приехали, Ваня свернул влево.
— Мы не домой? — удивилась я.
— Нет, хочу показать тебе одно место, — крикнул Иван в ответ, и мне стало жутко неловко.
Иван собирается устроить мне романтический вечер в особенном месте, а далеко в Москве его ждет жена. Что, если у них есть дети? Каково было бы узнать, что их папа катает на мотоцикле чужую тетю? Любительницу чужих мужей. Какая гадость!
Или…Вика сказала, что нельзя подпускать Ивана к себе. Вдруг он маньяк? Синяя борода, убивающий своих женщин! И везет меня совсем не на романтический ужин…
Глава 7
Мы въехали в лес и практически сразу остановились около крайне запущенной лодочной станции.
Из небольшого домика вышел хилый усатый мужичок. Он пожал Ване руку и с интересом посмотрел на то, как я слезаю с мотоцикла.
— Кататься будете? — спросил он, подмигивая Ване.
— Да, возьму лодку на часок, — Ваня взял сверток из маленького багажника и улыбнулся мне, а я испуганно похлопала глазами. Там, в лодке, так мало места и некуда бежать. От дикого медведя. И от желаний, которые он во мне пробуждает.
Следуя за мужчиной, я прошла на пирс, у которого было привязано три лодки. Ваня ступил одной ногой в лодку и протянул мне руку, приглашая на борт. Я невольно глянула на мотоцикл. Оказывается, на нем было не так страшно.
— Лёля, все нормально? — обеспокоенно спросил Ваня. — Не умеешь плавать?
— Умею немного, — я вздохнула и, мысленно попросив прощения у жены Ивана, села в качающуюся лодку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ваня сел следом и начал уверенно грести от пирса. Я опустила взгляд на водную гладь и пораженно ахнула. Вода была серебристо-прозрачной, и я практически могла видеть дно. Казалось, будто оно совсем близко, и его даже можно коснуться рукой. Я опустила руку вниз и тут же отдернула. Представить себе не могу, как люди ныряют голышом в эту ледяную воду ради какого-то желания! Наверное, оно должно быть самым заветным.
Мы доплыли почти до середины озера, и тут среди деревьев я увидела лесной домик.
— Эй! Это же наш дом! — воодушевленно крикнула я, тыча пальцем в направлении берега, — ну то есть ваш с Викой дом…
— Да, но мы приехали смотреть не на него, — Ваня кивнул на противоположный берег — туда, где стояли футуристичные постройки, портящие вид.
— Что это за место?
Ваня развернул сверток, в котором было ароматное мясо, завернутое в свежие лепешки. Мужчина протянул мне один, и я, не наевшаяся мелким невкусным пирожным, благодарно охнула. Аромат стоял просто чудный!
— Решил покормить тебя обедом посреди озера, — Ваня усмехнулся, — чтобы ты не думала, что я совсем дикарь.
— Без ружья ты на дикаря совсем не похож, — активно жуя, соврала я. Он казался мне диким совсем не из-за ружья, а из-за того, с каким голодом постоянно смотрел в мою сторону.
— Я безобидный, — медведеподобный “безобидный” парень похлопал глазками, уплетая свой обед, и я, не сдержавшись, рассмеялась. Как я ни пыталась злиться на него из-за жены, у меня ничего не выходило. Мне было хорошо рядом с ним.
— О, у меня тоже кое-что есть, — я нырнула рукой в сумку и выудила вино.
Не задавая лишних вопросов, Ваня легко открыл бутылку и дал мне сделать первый глоток. Я почмокала губами, пытаясь распробовать вкус, и после ароматной говядины вино показалось вполне приемлемым. Иван тоже отпил вина, и я не смогла сдержать улыбки. Пить из одной бутылки — это ведь почти поцелуй.
А поцелуй — почти измена. Моя улыбка погасла.
— Гризли сказала, что ты красное не пьешь, — заметила я.
— Гризли?
— Ну там в кафе женщина за прилавком. На ее бэйдже было написано “Гриз”, и я прозвала ее Гризли за плохое обслуживание.
— Гризман, — сказал Ваня, смеясь, — Гризман — ее фамилия. Но ты права, Гризли ей идет больше. Так, значит, она тебе грубила?
— Думаю, это ты во всем виноват. Ты ей нравишься, и она приревновала тебя ко мне, — я доела кебаб и облизала пальцы. Рядом с медведем становлюсь настоящей дикаркой.
— Что ты ей сказала? — Ваня с хитрой улыбкой наблюдал за моими движениями. Наверное, рассчитывал, не перевернется ли лодка, если он на меня набросится. От вина в голове становилось так легко и беззаботно, и я облизнула уже чистый палец еще раз, глядя прямо в сузившиеся глаза мужчины.
— Я сказала, что она может даже не мечтать о тебе, — я глотнула вина и отвернулась от Ивана, ощущая, как он заерзал на своем месте.
Отбрасывая волосы назад, я краем глаза заметила, как Ваня довольно улыбается. Кажется, ему понравилось, что я ответила Гризли. Неужели он думает, что я его ревную? И ревную ли?
— Так что это за ужас? — я кивнула на стеклянные здания, и Ваня поморщился.
— Это детище Кабанюка и его строительной королевы, — он фыркнул, отпивая из бутылки.
— Разве такое уродство можно строить в лесу?
— Когда есть деньги, Лёля, можно все. Кабанюк — сын главы района. А его тетка — большая шишка в строительной компании. На пару они отгрохали этот притон и гребут деньги.
— А что там? — я прищурилась, всматриваясь в очертания на берегу.
Если очки меня не подводят, на шикарном пирсе стоял огромный чан, из которого валил пар. Дверь ближайшего домика отворилась, и из него вышла абсолютно нагая девушка модельной внешности. Вышагивая по пирсу без какого бы то ни было стеснения, она залезла в чан с горячей водой. Следом за ней вышел мужик с тяжелым животом и тоже направился к чану.
