границы
. Ладонь легла на заросшую щеку.
- Ответь. Должен ведь я знать, кого спас.
Она сделала еще один шаг. Переписчик напрягся. Девушка убрала светлую прядку волос и смущенно хмыкнула. Вблизи Интаоль оказалась очень красивой. Сарпий вспомнил про Селину, и ненависть захлестнула его.
"Она не должна была делать то, что сотворила в последнюю ночь! Я не любил ее, но... Нет, любил, но не так, совсем не так. И там, на Фелианти, когда она пришла..."
После той ночи Переписчик изменился. Тридцать лет он прожил, не зная женского тела. Накануне ухода Сарпия из стен Ордена им овладело отчаяние. Оно окутало его и помутило разум так же легко, как это стала делать
ша-эна
. И, так же, как с
ша-эной
, Сарпий протянул руку, принял условия игры. С оправданием, что потом, возможно, ничего уже не случится...
Интаоль приобняла воина и слегка прижалась к нему. Должно быть, она почувствовала его возбуждение, потому что довольно хмыкнула и начала вести себя еще вольнее.
- Ты спас ту, которая тебе очень благодарна, - с томной улыбкой произнесла девушка. Ладонь прошла по спине Переписчика и немного царапнула. Даже сквозь плащ и рубашку Сарпий почувствовал остроту ногтей.
"Проклятие! Я могу сладить с
ша-эной
, но даю слабину перед девушкой!" - гневно подумал Переписчик, но вслух сказал:
- Нет. Я спас ту, которая молчит и не хочет говорить правду.
Интаоль прильнула к нему полностью. Сарпий почувствовал, как большие груди, упругие и крепкие, прижимаются к нему. Исходящее от них тепло было таким нежным, что воин готов был прямо сейчас положить на них голову и забыться сладким сном. Его бедра сами собой подались вперед, чтобы еще теснее соприкоснуться с Интаолью.
- Моя правда заключается в том, что я хочу отблагодарить своего героя, - жарко произнесла девушка и укусила его за мочку уха. Она чувствовала приближающуюся победу. Сарпию стоило немалых трудов удержаться и не поежиться от волны нахлынувших мурашек. Кажется, Интаоль забыла, что он глухой. Или решила воспользоваться преимуществами своего тела. - Ты устал. Пойдем в дом к отцу. Там ты сможешь вымыться, отдохнуть и утолить голод. Любой голод.
После каждой фразы она покусывала воина за ухо, делая это все откровеннее и откровеннее. Сначала это были прикосновения сухих губ, после - чуть влажного языка. Самого же Переписчика бросало то в жар, то в холод, но он старался не терять голову и предпринимал последние попытки, чтобы сохранить трезвость ума. Успеха он не добился - руки уже лежали на тонкой талии девушки. Попытайся он соединить большие пальцы рук со средними, они непременно соприкоснулись бы.
Переписчик нехотя убрал руки и взял девушку за плечи, а после отодвинул, слегка, но настойчиво.
"Уходи, Селина, уходи. Знай я о последствиях, мы бы распрощались с тобой еще на пороге. Теперь я влип. И все из-за тебя".
Воин пристально посмотрел на Интаоль.
- Правду, - жестко произнес он.
Девушка устало вздохнула, грудь приподнялась. Она больше не казалась той соблазнительницей, минуту назад сводящей с ума. Сарпию тоже было нелегко. Он многое отдал бы, чтобы провести с ней ночь, да не одну, но... Но не мог задерживаться надолго, особенно ради такого, не мог иметь отношений, как бы ему ни хотелось, не мог завести семью или обрести новых друзей...
"Однако это не значит, что можно предаваться случайным связям с кем попало, не выяснив, кто это! - сам себя одернул Сарпий. - Ну-ка, Переписчик, соберись! Что-то ты совсем раскис под солнцем. На
ша-эну
уже не спихнуть... Наверное, ты все-таки устал. Об Интаоли не думай - слишком много охотников за твоей головой в последнее время... Не успеешь кончить, а уже будешь валяться со вспоротым горлом".
- Вот, видишь? - нахмурившись, Интаоль подняла правую руку. Браслет из морскодонника засверкал изумрудно-лиловым цветом. - Отец заполучил этот браслет у одного из купцов, на деле оказавшегося вором. Проходимец обманул своего товарища и стащил украшение перед тем, как сойти с корабля. А отец-то и не знал. Браслет же предназначался королевской дочке. Вот Дорбалад и решил, что тот вор - человек отца, и все это было подстроено. Король разгневался и изгнал его. Ну куда я от него?.. Не останусь же я в Данзилтоне! Меня бы затравили... А того воришку никогда больше не видели.
- Почему же он не вернул браслет?
- Король отказался принять украшение после того, как тот был надет на простолюдинку. Сказал, что это оскорбит его дочь... Наверное, та ситуация была предлогом, чтобы устранить отца, потому что его торговая деятельность шла хорошо и пользовалась огромным спросом. Никто не был ему конкурентом, популярные ранее лавки потихоньку мертвели. А в итоге за все расплатились мы... Доволен?
Сарпий осматривал Интаоль, стараясь не обращать внимания на постоянные колебания глади, легкие, почти незаметные, но ужасно назойливые.
"Такая худышка... И с такими щеками! - недоумевал Переписчик, приглядываясь к лицу. - Смотрится странно, но вполне мило. Необычно. Напоминает того грызуна, который жил у Селины".
- Чего молчишь? Доволен? - с нескрываемой обидой, спросила девушка.
Он кивнул.
- Тогда пошли?
Не дожидаясь ответа, Интаоль взяла Сарпия за руку и повела прочь с площади.
4
Сарпий радовался как ребенок. Он привел себя в порядок: помылся, отчистил любимый золотой плащ и не менее любимую серебряную Струнку от засохших пятен крови, позволил Интаоли перевязать руку и отоспался после долгого перехода через Огневеющую. Проснулся он вечером в отличном настроении.
"Пожалуй, ради этого можно и пренебречь несколькими часами. Давно на душе не было такой легкости".
Правда, плечо саднило, зато гудящую боль в затылке как рукой сняло. Переписчик достал металлическую пластину.
Я поспал. О, Небеса! Никогда не думал, что буду радоваться этому. Спать, есть, пить, отдыхать - это то, о чем я начал забывать. Нельзя.
Интересно, а эти мои записи тоже делают ша-эну сильнее?..
Болит плечо. Впервые я получил раны, которые не зажили. Оттого и трачу время на то, чтобы собраться с силами. Наконец-то я понял закономерность: ша-эна лечит меня. Но не всегда. Сегодня меня ранили после того, как я избавился от власти сущности. Позволь я овладеть собой снова, тело мое было бы как новенькое. А так... Хотя я же использовал шампуры... Или это уже мои проснувшиеся способности? Не знаю. Не понимаю. Неужели придется ждать следующей вспышки, прежде чем рана на плеве затянется? Уж лучше пускай оно болит...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
