очень компетентной и вполне справедливой оценкой его ученика Н. Н. Аничкова: «А. А. Максимов по справедливости должен считаться лучшим во всем мире знатоком гистологии воспалительных процессов… Обладая большой глубиной научной мысли, Александр Александрович не остановился на разборе значения различных клеточных форм только при воспалении. Он пошел дальше, он задался целью проследить вообще происхождение и судьбу в организме различных клеток крови и соединительной ткани. Для этого пришлось предпринять поистине колоссальную работу. Пришлось точно описать и расклассифицировать различные клетки нормальной соединительной ткани. Это было им блестяще исполнено. Затем пришлось шаг за шагом в течение многих лет изучать развитие у эмбриона различных элементов крови и соединительной ткани, а также кроветворных органов. Одну за другой выпускал Александр Александрович блестящие работы в этом направлении, собирая драгоценные материалы на морских станциях, горы стекол со своими изумительными сериями срезов, трудился, не покладая рук, создал заново одну из труднейших глав эмбриологии. Упорным многолетним трудом все это было создано, все препятствия преодолены. Имя Максимова с тех пор приобрело мировую известность» (цит. по [166]).
Глава 7
Петроград (1915–1922)
Неизвестно, как А. А. Максимов встретил начало Первой мировой войны (она застала его во время путешествия по Южной Америке, в Рио-де-Жанейро, откуда он вынужден был вернуться в Петербург [43]). Но едва ли он мог догадываться, что грядут события, которые круто изменят его жизнь.
А.А. Максимов в гистологической лаборатории ВМА (https://picryl.com/topics/alexander+a+maximo)
Фотографии с препаратов, изготовленных с использованием предложенных А.А. Максимовым гематологических методов: (а) – лейкоциты, гистиоциты и плазмоциты в очаге воспаления в аппендиксе кролика; (б) – лимфоидная ткань аппендикса кролика; (в) – спонгиобласты и нервные волокна в мезенхиме эмбриона мыши; (г) – переполненные черными жировыми каплями макрофаги при гнойном воспалении у мыши; (д) – ряд фотографий, показывающих развитие псевдоэозинофила кролика, снятых с мазка, фиксированного в сыром виде. (а)–(г) – срезы тканей после заливки в парафин, (а)–(в), (д) – фиксация ценкер-формолом, (г) – ценкер-формол-осмием; (а)–(г) – окраска азур-эозином, (д) – окраска по Маю – Грюнвальду – Гимзе
Стенки мозгового пузыря эмбриона млекопитающего: цветная микрофотография современного препарата, она же в серых тонах, фрагмент рисунка А.А. Максимова из работы {74}. Фиксация ценкер-формолом, окраска азур-эозином (здесь и на предыдущем рисунке – микропрепараты и фото В. Н. Манских)
Клеточные реакции в воспаленной соединительной ткани у кролика {22}
Первичные клетки крови разной степени зрелости внутри сосуда эмбриона кролика {41}
Образование клеток крови в печени эмбриона кролика {41}
Клетки крови аксолотля (вверху) и человека (внизу) в живом состоянии {56}
Рисунки развивающихся клеток крови человека, представленные в виде компромиссной схемы с отдельной линией для агранулоцитов из первого издания «Основ гистологии» {56} и клетки костного мозга кролика из работы {47}
Макрофаги и лимфоциты в совместной культуре с туберкулезными микробами {70}
Преобразование эпителия молочной железы кролика в культуре, подобное раковому перерождению {72}
Клетки поджелудочной железы и печени эмбриона кролика в тканевой культуре {74} (иллюстрации к этой работе были напечатаны в технике гелиотипии, которая точно воспроизводит детали оригинальных рисунков А.А. Максимова)
Нейробласты, развивающиеся в органной культуре вне организма {74}
Ретикулиновые волокна в печени казненного преступника {94}
Срез семенника человека из американского учебника А.А. Максимова и У. Блума {94}
Мезенхима на срезе зародыша морской свинки {56, 83, 94}, этот рисунок до сих пор воспроизводят в учебниках гистологии, когда требуется показать изображение мезенхимы
Схема кроветворения из учебника гистологии, изданного в США: радикальная иллюстрация унитарной теории, на которой совсем отсутствует отдельная линия для лимфоцитов {94}
Фотография (вверху) и рисунок (внизу) из последней опубликованной статьи А.А. Максимова, показывающие одно и то же место в препарате, где образовавшиеся в культуре тканей тимуса фибробласты производят тонкие коллагеновые волокна {93}
Работа в лаборатории тканевых культур ВМА с участием А. А. Максимова (1915). Охлаждение крови в снегу для приготовление кровяной плазмы; посадка тканевых фрагментов в плазменную среду; замазывание (герметизация культур) вазелином и парафином. Женщина на фотографии в центре – предположительно, сестра Максимова Клавдия (при этом она похожа на сотрудницу кафедры С. П. Алфееву). Из [160].
В лаборатории Максимова начался новый этап научной работы. Освоен новейший по тому времени метод тканевых культур, и, казалось, это и есть то, что нужно для окончательного доказательства унитарной теории кроветворения – следует лишь применить совершенную цитогистологическую технику (благо, она филигранно отточена в предыдущих работах) и тщательнее проследить и описать клеточные превращения в живущем вне организма кусочке тканей. Закуплена специальная аппаратура (особый шкаф-термостат, сохранившийся и до настоящего времени на кафедре гистологии ВМА), безукоризненно отработана асептическая техника (позволившая Максимову почти не иметь бактериальных и грибковых заражений культур, как он сам отмечает, в предельно неблагоприятных условиях).
Однако Максимова опередили два томича, профессор П. П. Авроров и студент А. Д. Тимофеевский, успевшие еще в 1913 г. обнародовать удивительные результаты опытов по посеву капелек крови больных лейкемией в плазму крови [1] (подробнее эта работа была опубликована в 1914 г. [2]). Оказалось, что посевы такой крови ведут к росту… «травовидной» культуры фибробластов, быстро вытесняющей незрелые кровяные клетки. В какой-то мере эту работу можно было бы считать первым свидетельством в пользу существования циркулирующих в крови мезенхимальных стволовых клеток. Кроме этих, приоритетных работ по культивированию клеток крови больных лейкозом, Авроров и Тимофеевский сделали много наблюдений над ростом кусочков тканей млекопитающих. И всюду, за редким исключением, получали рост фибробластов. Работы эти понравились Максимову чрезвычайно (с помощью нескольких допущений их можно было выставить в качестве аргументов в пользу унитарной теории кроветворения), но еще важнее ему было проделать собственные исследования, и прежде всего получить рост в культуре клеток соединительной ткани и кроветворных органов. Были получены сотни
