— Не знаю, что тебе показалась, но я ничего такого не замечал. И я тебе уже сказал свое мнение на этот счет — он хоть и беситься, да только причина вся в том, что до сих пор любит тебя. Я уверен.
— Ну и что я должна делать с этой информацией?
— Боюсь, что пока ничего не сделаешь. А если честно, то я не знаю, что теперь можно ждать от Андрея. Я просто сказал тебе свое очевидное мнение. И если спросишь у других, уверен, они тебе скажут то же самое. В своих песнях Андрей как открытая книга. Все его чувства и переживания в его текстах, в том, что он поет. А то, что сегодня он спел "твою" песню, разве просто так? Все наши знают, что эту песню он всегда поет для тебя. Вот и пойми его, после этого. Ходит злой, как черт, да поет все время про жестокую любовь.
После таких красноречивых слов Артема, чувства Вики совсем разбушевались в душе. И снова захотелось зареветь. Спрятав лицо в ладонях, она попыталась успокоиться… Тяжело то как… Что же она наделала?! Какую боль она принесла любимому человеку. И ведь не проходит ничего. Приезжая обратно домой Вика думала, что все будет совсем по-другому, что будет тяжело снова видеть его, часто где-то встречаться, да терпеть присутствие другой рядом с ним, но никак не думала, что он все еще что-то чувствует. Как он может ее любить после того, что она сделала? А выходило, что он любит, он ненавидит, и во всем обвинял только ее. Именно поэтому от мысли, что он все еще любит, ей легче совсем не становилось. Ведь он не простит.
— Эй, Викусь, — нежно обратился к ней Артем. — Ну только не плачь. Извини дурака, не надо было мне заводить этот разговор. — Его теплая ладонь обхватила запястье, утешающе погладила руку. — Уверен, что все наладиться.
— Спасибо, — ответила Вика, вцепившись в руку Артема, как в спасательный круг, и проглатывая слезы, чтобы не выпускать их наружу — они еще пригодятся.
— Тогда, если ты меня пока не выгоняешь, то расскажи, как тебе жилось последние годы, да без нас всех.
***
Будничное утро Андрея, как и всегда, началось с сигареты и чашки горячего кофе с молоком, и не как всегда — с отвратного настроения. Уже которое утро подряд.
Потом его ждали в интернет-кафе "Легион. нет" где он работал системный администратором, а после — репетиция, которая как обычно начиналась в шесть вечера, и как обычно некоторые опаздывали.
Олег с Серым пробовали на компьютере наложить очередной звук на их новую песню, а Андрей сидел на подоконнике, наигрывая незатейливую мелодию на своей гитаре. На улице снова лил дождь, поддерживая тоску в душе, а в такую погоду и с таким настроем на ум всегда легко приходили новые строчки…
…Грустно. На душу пусто.
Хочется куда-нибудь убежать.
Хочется во все горло кричать.
Убежать туда, где нет боль.
Где душу не будет щипать от соли…
…и пальцы сами собой танцевали на струнах, пытаясь вложить в музыку все его поганое настроение.
— Слушай, Андрюх, — обратился к нему Серый. — Заканчивай уже тоску навевать. На тебя и так смотреть тошно.
Зажав струны ладонью, Андрей повернулся к Серому:
— А ты не смотри.
— Никогда не видел, чтобы вот так убивались из-за девчонки, — заметил Олег, который пришел к ребятам в группу два года назад и знал не так много личных подробностей, но, тем не менее, был в курсе всех сплетен своего района. — Если бы мне изменила моя подруга, я бы плюнул на эту шалаву… — В один момент Серый толкнул его локтем в бок, а Андрей быстро спрыгнул с подоконника, устремив на Олега гневный взгляд. Тот захлопал на обоих удивленными глазами. — А что, разве не так называют таких девушек?
— Не тебе ее судить, — процедил Андрей. — Поэтому советую выбирать слова, когда говоришь о ней, тем более в моем присутствии.
— Извини, — Олег вскинул вверх ладони. — Я понял, что сказал лишнее.
— Повезло тебе, — ухмыльнулся Серый, обращаясь к Олегу. — После таких слов Андрей обычно не предупреждает, а сразу бьет по морде.
Повисшее в комнате напряжение быстро развеял барабанщик, влетевший как ураган и довольный как слон:
— Ребята!!! — заорал он, победно вскидывая кулаки. — Мы выступаем на фестивале!
— Да ладно… — не поверил Серый своим ушам.
— Серьезно! Мне только что звонили из клуба "Рок-с" и сказали, что мы приглашены!
На радостях, Серый подошел к Илье и обнял своего барабанщика:
— Блин, вот это новость!
Да от такой новости даже у Андрея настроение повысилось на пару делений, и он присоединился к счастливым друзьям.
— Ну что скажешь, Андрюх? — спросил Илья, пожимая руку и хлопая его по плечу. — Ты готов спеть для новой публики?
Андрей усмехнулся:
— Да хоть сейчас.
Илья обнял Андрея за плечо и повел к его почетному месту:
— И сейчас, и завтра и на фестивале через три дня! — Оставив Андрея, он бегом занял место за барабанами, схватил палочки и сделал пару музыкальных финтов, на радость своим ребятам, и закончив звоном тарелок, которые пришлось придержать рукой, чтобы вставить слово: — Так с какими песнями будем выступать?
Они еще в прошлом году хотели попасть на этот фестиваль молодых групп, который ежегодно проходил в столичном клубе "Рок-с". Только в прошлый раз не получилось. Это была возможность показать себя более обширной публике. А если удастся выделиться и понравиться, то можно было рассчитывать как минимум еще на пару концертов в самых посещаемых рок-клубов столицы. Это было хорошей перспективой для каждой неизвестной и молодой группы. И хоть Андрей не стремился к популярности, но всегда было приятно выступать перед толпой людей, которым нравилось то, что ты делаешь. Толпа подпевала, кричала, поднимала руки, прыгала и делилась своей бешеной энергетикой, своим позитивом. Это было непередаваемо. Но обычно, дальше их местного клуба, да городских и региональных концертов дело не заходило. И вот, им выдалась возможность выступить в популярном столичном рок-клубе перед теми, кто их еще не видел и не слышал. Это было не только приятно, но и интересно тем, как на них отреагируют на новой сцене.
Зажав аккорд, Андрей заиграл вступление их старой и всеми любимой песни "Точка отсчета":
— Начнем с этой?
***
Вика взяла на руки дочку у сестры, позволяя той спокойно разуться и бросить вещи.
— Ну как погуляли?
Решив ответить за маму, Маша радостно что-то заулюлюкала, пнув Вику по руке маленькой ножкой в мягкой пинетке.
— Нормально. Правда она мало поспала, но, может, тогда ночью будет крепче спать.
— Будем надеяться.
— А ты тут как?
— Как всегда: деньги заработаны, все убрано-постирано, ужин готов, — с улыбкой ответила Вика, поймав на своих губах маленькую ладошку.
