чуть ли не целым парадом офицеров, возглавляемым полноценным генералом, Петром Афанасиевичем Шибалиным. Генерал был невысок, пузат, в меру суров, выбрит до синевы, а еще постоянно курил, используя для этого огромную грубо вырезанную трубку, тут же приковавшую моё внимание. Феерическая штука, такой самое место в музее одного знакомого мне волшебника, с которым мы теперь ведем иногда дела.
Правда, общение не задалось. Рявкнув, что имеет честь, генерал тут же пояснил, что претендует на наш особо секретный груз для обеспечения его безопасности, а все полагающиеся почести и гостеприимство русской армии в данный момент ожидают князя Дайхарда со свитой в отеле «Минингер», куда нас отвезут прямо отсюда. Со всем почтением и… быстро, быстро, господа! Время не ждет!
— Обойдетесь, господин генерал, — тут же встал в позу вредный я, — Груз на моей личной ответственности. Его перевод на состав и опечатывание вагонов пройдут только под моим непосредственным наблюдением. От начала и до конца. Можем приступать прямо сейчас.
Дядька чуть трубку не уронил, поперхнулся, закашлялся, начал орать страшные слова грубым голосом. Я в ответ аристократично цедил фразы, раз за разом отсылая вояку как на три буквы, так и предлагая позвонить по разговорнику хоть самому императору и пояснить тому, где господин Шибалин видел приказы Секретного приказа. Торжественная встреча, которая, как я быстро понял, предполагалась именно для того, чтобы выпроводить сопровождающих подальше от их груза, быстро переросла в грязную перепалку.
В этой время за моей спиной тихая маленькая девушка с длинными черными косами коварно и тихо стучала кому-то по разговорнику на всё происходящее, причем так эффективно, что нашу безобразную сцену прервало не что-нибудь, а всеобщая активизация разговорников у всех «встречающих». А затем, сразу после этого парада трелей, раздался визг шин быстро подъехавших к нам мана-мобилей, из которых вылезли еще злые люди в форме, причем, их эмоции были направлены на генерала со свитой.
Через десять минут я уже был в курсе того, что происходит — не измена, не воровство, а нам просто хотели устроить банальнейший гоп-стоп на почве межведомственной неприязни! Обычнейшее дело даже в моем мире, когда полицейский не желает отдавать честь военному, а тот морщится при виде спецуры или столичников. А уж какой горячей любовью представители любого крыла силовиков любят неприметных парней с большими полномочиями из Тайного Приказа… Вот и тут всё пошло своим чередом.
Генерал Шибалин руководил всей операцией усмирения иномирового Оплота со стороны Руси. На данный момент этот пузатый боевой генерал с примечательной трубкой не мог похвастаться ничем, кроме потерь, что его, человека опытного и тёртого, невероятно бесило и тревожило. Узнав, что должны прибыть средства усиления и бронирования, которые планируется отдать егерям, то есть, буквально, ревнительской спецуре, которая может всё, но в штурмовом превозмогании встречного партизанского огня как-то с начала времен замечена не была. Соответственно, видя подобное вопиющее попрание тактики и здравого смысла (а еще переживая за свои погоны), Шибалин и решился на авантюру, попробовав умыкнуть новые свистоперделки. Но так, как генерал боевой, поступил топорно и прямо, споткнувшись об упрямого князя.
Споткнувшись. Гррр.
— А в чем господин Шибалин не прав? — спросил упрямый князь понабежавшую и ругающуюся толпу вояк и егерей, — Зачем нам егеря в доспехах, когда любой рослый гренадёр справится? Не надо нам таких егерей, я их лучше как прикрытие возь…
И вот тут как самосвал дерьма в огромный вентилятор запустили! Вой раздался до небес! Ну, за исключением самого генерала, уставившегося на меня как на восьмое чудо света. Долго это не продлилось, нашлись люди, которые решили, что текущий перфоманс роняет лицо русской военной мысли куда-то ниже плинтуса, поэтому, господа военные, давайте-ка совместно с князем Дайхардом проследим за погрузкой и опечатыванием доспехов, а затем уберем самого изобретателя с глаз долой в отель отдыхать, а потом сами как-нибудь всё разрулим. Без лишних ушей, тем более, вон каких — два блондинистых потомка Истинных, раззявив рты, наблюдают за происходящих кордебалетом!
— Делайте, как вам будет угодно, — вставил свое веское слово я, только что запечатавший вагоны с доспехами, — Но дополнительные полсотни егерей обеспечьте!
Надо же поддержать реноме Секретного Приказа и чуть-чуть искупаться в бессильной ненависти окружающих? Знаю, что это низко, но мы, злобные карлики, именно такие.
Отель «Минингер» оказался удивительно уютным местом после тесных кают магического аэростата. Никакой показной роскоши, чистота, предупредительный персонал и… она. Немецкая кухня. Лопая невероятно вкусные колбаски с кислой капустой, я почувствовал, как в темном туннеле будущего появляется хоть какой-то свет. А еще — очень приятно оказаться, наконец-то, в чисто семейном кругу.
— Ты стал удивительно эмоциональным после того, как немного потерял в росте, — покусывая нечто сырное, белое и воздушное, заметила Кристина, — Не думала, что ты можешь улыбаться еде.
— Так это же знаменитые колбаски с капустой! — искренне возмутился я, — Борщу со сметаной я бы тоже улыбался, но вы меня им не кормили.
— Скажу Анне Эбигейловне, — с самым серьезным видом кивнула брюнетка, — Кстати, а куда ты отослал Тао Рана?
— В этом городе есть большой филиал Синдиката, милая. Нам сейчас будет очень важна правда о настоящем положении дел в Польше, чем то, что будет завтра предложено скушать на совете… — серьезнел я.
— Ты уверен, что нам нужно вникать в местные интриги? Нас не подвергнут опас…
— Нас обязательно подвергнут опасности, Кристина, — оторвался я от еды, чтобы слегка придавить девушку взглядом, — Если ты еще не поняла, то мы оказались там, где нужна победа. Нужна всем. Нам, Приказу, императору, стране, военным, черте-знать еще кому, может быть, наша Аксис не настолько глупа, как пытается показаться, а тоже имеет в этом интерес. Её жениха тоже не стоит списывать со счетов. Так вот, дорогая жена, победа одна, а желающих её плодов — много. И мы очень многим мешаем.
— Вот почему ты вчера велел Пиате не отходить от Константина? — спустя некоторое время спросила посерьезневшая брюнетка.
— Именно поэтому, — кивнул я, — Вспомни генерала, он был в отчаянии. В полном. Поэтому я и сделаю ставку на него. Здесь, точнее в Польше, столкнулись с хренью, которую не смогли завалить регулярные военные, усиленные ревнителями и егерями. А теперь еще и ревнители бастуют.
— А «завалить», как ты простонародно выразился, им нужно очень срочно, правильно? — привстав, жена потянулась ко мне, точным ударом своей вилочки пробивая насквозь последнюю
