законом, бюрократией, и прочим.
- Ну конечно. Это ведь не вы просто решаете, как что будет. Ваш супруг, если я правильно вас понял, может вполне захотеть, чтобы несовершеннолетний сын проживал с ним. Таких случаев, особенно в наше время, очень много. А на его стороне сейчас играют многие факты. У него есть работа, у вас, поправьте меня, если я ошибаюсь, нет. Имущество у вас только совместно нажитое, и он может претендовать на раздел, условия для проживания ребёнка у него могут быть более выгодными.
- Но я же мама... И на работу я устроюсь. Как только найду. - У меня внутри всё опустилось, стоило только подумать, что слова юриста могли сбыться. Я никогда не оставлю Сашу. Ни за что. В лепёшку расшибусь, но не отдам его жить отдельно от меня.
- А он отец. У него такие же права. А сын ваш ещё слишком мал, его мнения о том, с кем он хочет проживать, никто спрашивать не будет.
- И что вы мне предлагаете? — От всего услышанного мне стало снова нехорошо.
- Давайте поступим так. Мы с вами исковое заявление составим сейчас, как есть. А вы всё же попытайтесь поговорить с вашим супругом. Может, всё не так страшно? Нет — пустим заявление в ход, направим в суд. Но вдруг получится?
15 глава
Мише звонить мне совсем не хотелось. И несмотря на то, что с юристом мы договорились о том, что я поговорю с мужем, и попытаюсь прийти к какому-то консенсусу, я оттягивала этот момент как могла. В конце концов решила, что могла подождать до вечера. Он же обещал прийти, чтобы провести время с Сашей. Хотя, после того, что случилось утром...
Домой обратно я тоже не торопилась. Не хотелось сидеть в пространстве, где всё напоминало тебе о твоей жизни, которую ты терял. Так что я зашла в какое-то кафе, заказав просто чай, и начала прямо на телефоне «рыться» в свободных вакансиях.
Аппетита особого до сих пор не было. Я едва вспоминала, чем питалась за эти дни. Но стресс у меня всегда так проходил. Я помнила, как похудела на пять килограмм, когда сдавала ГОСы в университете.
Вакансий, куда я бы подходила, было мало. И условия почти везде мне не подходили. Я не могла работать два через два, так как приходилось бы каждые рабочие выходные оставлять с кем-то сына, мне не подходили двенадцатичасовые смены по той же самой причине.
В общем, немного побродив по рынку предложений работы, я вдруг вспомнила, что когда сидела в декрете, у меня возникла идея стать кондитером и делать тортики и пирожные на заказ. Печь я всегда любила, и получалось у меня очень даже неплохо. Так воодушевилась тогда, что по моей просьбе Миша накупил мне кучу разных вещиц, которые были для этого необходимы. Только вот времени, пока ребёнок был маленький, у меня совсем не хватало.
То коржи сожгла, потому что заплакал Саша, то крем невкусный получился из-за того, что положила что-то не то, не спала полночи, невнимательная была совсем. Если коротко, идею я тогда бросила, так и не успев толком начать. А вот всё необходимое, кроме продуктов, разумеется, у меня осталось. Может, снова можно было попробовать?
Воодушевленная своей идеей, я заказала такси до ближайшего супермаркета, но до него не доехала. Мне позвонили из садика.
- Да? — Номер был незнакомый, но звонили через приложение на телефоне, и я узнала по аватарке, что это была подменная воспитательница Саши.
- Светлана Вениаминовна, добрый день. Вы не могли бы в детский сад подъехать? — Спросила она, и что-то мне не нравился голос, которым она со мной говорила.
- А что случилось? — Я моментально напряглась. — Что-то с Сашей?
- Да, он себя, кажется, плохо чувствует. Говорил, что живот болит. Другие родители могут быть недовольны, вдруг ротавирус, или что-то вроде этого.
Я нахмурилась. Ещё с утра никаких признаков болезни у сына не было, а я всегда старательно следила за его состоянием, даже если сопли появлялись, или легкое недомогание, старалась в сад его не вести, понимала же, что это может повлечь. А мне не сложно было провести с сыном день дома, и последить за его состоянием. В любом случае, надо было ехать, и выяснять, что там случилось. Кажется, врываться в мир профессии кондитера мне придётся в другой день.
Словно специально, водитель отказался везти меня по другому адресу, и высадил на середине пути. Пришлось вызывать другую машину, а всё это было время и нервы, которые и без того у меня были ни к чёрту. Беспокойство по поводу наших с Мишей отношений и грядущего развода, беспокойство из-за того, что мне нужно было с ним поговорить о том, о чём вообще не хотелось, беспокойство за наше с Сашей будущее, за здоровье сына и ещё куча всего. Бесконечный круг беспокойств.
Внутри, пока ехала, разрасталась такая тревога, что, добравшись до сада, мне уже физически было сложно дышать. Мутило, трясло, и, как я не пыталась взять себя в руки, ничего не помогало.
Еле добравшись до группы, не удержалась, убежала в туалет, где меня вырвало чаем, который я недавно пила. В желудке больше ничего не было. Может, меня поэтому и тошнило? В группу попала бледная. Воспитательница вышла сразу же, с уже одетым Сашей. Он что, так и сидел в верхней одежде в группе?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. А почему мой сын уже одет? Он же сопрел весь, наверное...
- Так чтобы вы сразу его забрали. Я же знала, что вы сейчас подъедете. Не успел ещё вспотеть.
Саша выглядел, к слову, нормально. Не казался вялым или грустным. Естественно обрадовался, что я пришла забрать его пораньше. Только вот вдруг меня не просто так тошнило, а мы всей семьей уже носили вирус? Такое не раз бывало, к сожалению.
- Я пару дней за ним понаблюдаю, и, если всё нормально, то снова приведу.
- Вы знаете, у нас заведующая рекомендует сейчас деткам с подозрением на ротавирусные инфекции и прочие заболевания хотя бы недельку отсиживаться дома.
- Ах, заведующая... - Поняла я, откуда ноги растут. Наклонилась к сыну. — У тебя живот болел сегодня? — Тот, естественно, отрицательно покачал головой.
- Саша, ну что ты такое говоришь? Ты же сам подошёл ко мне, и пожаловался, что животик больно?
Сын
