Если ты купишь — это одно, а не додумаешься — другое, — предельно понятно объяснила девушка.
— Блин, сейчас сходим. Тем более, горючее у Максимки осталось.
— Я никуда не пойду, у меня ноги уже гудят. Идите вдвоём. И можете обойтись без водки.
— То есть как это, — запротестовал Илья.
— Идите, — отмахнулась Дина, — мне «Кент-восьмёрку».
Как назло, в ближайших к Универу киосках «восьмёрки» не было. Не пожелав тащиться ещё с километр, Костя приобрёл более легкий «Кент». Илья сунул в карман очередной флакон. Когда они возвращались, то увидели, что на лавочке рядом с Диной пребывает некий субъект. Высокий и худой, как глиста, он что-то быстро объяснял ей, размахивая руками.
— Бля, на минуту нельзя одну оставить, — возмутился Костя, — Вот что за тип, какого хрена он здесь сидит, а?
— Урод какой-то, — подтвердил Илья.
— Проучим?
— Давай!
Обретя ясную цель, приятели с развальцой подгребли к лавочкам, уселись один напротив, а другой рядом с парнем.
— Здорово, урод, — начал Илья.
— Почему урод сразу? — отреагировал высокий.
— А кто ты? — вступил Костя.
— Я Валера, — ответил парень.
— Валера?
— Да.
— Гонишь!
— Почему?
— Потому, что ты урод!
— Да почему вы так решили?
— Ты зачем на эту лавку сел? Других мало, — Илья обвёл рукой вокруг.
— Ну, я с девушкой решил познакомиться.
— Вот с этой вот, — ткнул пальцем в Дину Костя.
— Ну, да.
— Бедолага, загубил себе жизнь, — сочувственно вздохнул Илья.
— Перестаньте, — попыталась вступить в разговор Дина.
— Это моя девушка, парень, так что ты влип.
— Но я же не знал!
Костя носком ботинка резко ударил парня по голеностопу. Когда тот машинально согнулся, зашипев сквозь зубы, то наткнулся глазом на выставленный Ильёй большой палец.
— Не знал ты! — рыкнул Костя, взяв его за ухо, — а поздно, брат, боржоми пить. Хата есть? Машина?
— Да хватит вам! Я сейчас уйду! — у Дины задрожали губы.
— Так есть? — Илья рывком за шиворот выпрямил согнувшегося парня.
— Нет!!!
— Тогда вали за водкой и свободен.
— У меня денег нет!
— Ладно, — на Костю навалилась усталость, — тогда иди в церковь и свечку поставь. Ничего у него нет. Хорош гусь.
— Надо было дожать, — сказал Илья, когда паренёк поспешно покинул место действия.
— Да хрен с ним. Урок запомнил.
— Не ожидала я от вас, — сказала Дина, — хороший парень, ничего такого не сделал.
— Ты могла бы его от этого избавить, сообщив, что не одна, — скосил взгляд в её сторону Костя, — держи, — он бросил ей на колени пачку сигарет.
— Но это не тот «Кент».
— Того не было.
— Всё понятно. Мы идём домой?
— А посидеть?
— Я устала. Веди меня к себе или я поехала домой.
— Ну, Диночка, на посошок, и всё, — скорчив умильную физиономию, попросил Илья.
Дина махнула рукой, соглашаясь.
Когда они вошли в Костину квартиру, девушка сказала:
— Можно, я лягу на кровати твоих родителей?
— Это почему? — опешил Костя.
— Я не хочу, чтоб ты лез ко мне со своими пьяными ласками.
— Я? К тебе? С пьяными ласками?
— Так можно или нет?
— Ложись, где хочешь, хоть в коридоре! Вон родительская комната, а вот моя — где бы ты ни легла, я к тебе пальцем не прикоснусь, — ругаться и спорить сил у Кости уже не было. Стянув брюки и рубаху, он рухнул на незастеленную кровать и мгновенно отключился.
Утром Константин проснулся первым. Дина спала рядом с ним, по детски свернувшись калачиком. Не став будить девушку, он совершил обязательные утренние процедуры, прошёл на кухню. Поразмыслив, накрошил в сковороду колбасы, залил яйцом и поставил на огонь. Залпом проглотил немаленькую чашку кофе, прислушался к организму. Последствия вчерашнего окаянства сказывались, но меньше, чем он ожидал. Тем не менее, подлечиться придётся. Но сначала — завтрак. Питие на голодный желудок — верный путь к запою. Дина прошлёпала босыми ногами в ванну, включила душ. Когда яичница сготовилась, Костя аккуратно разложил дымящуюся массу по тарелкам, полил майонезом. Он уже доедал свою порцию, когда завёрнутая в большое полотенце, посвежевшая Дина появилась на кухне.
— Ммм, как вкусно пахнет, — улыбнулась она, — ты молодец.
— Угу, — кивнул Костя с набитым ртом, — угощайся.
Капельки воды стекали с загорелой кожи девушки, блестели в свете утреннего солнца. Аккуратно разрезав глазунью на равные части, она помешивала кофе серебряной раритетной ложечкой. Костя шумно сглотнул, открыл верхний шкаф, достал бутылку пива.
— Подожди, не пей, — Дина заметила его приготовления, — дай мне пять минут, я позавтракаю, и кое-что тебе покажу.
Костя откинулся на спинку стула, закурил первую утреннюю сигарету. К тому времени, как она догорела до фильтра, Дина успела покончить с яичницей, аккуратно промокнула губы салфеткой. Затем поднялась, вытащила из Костиных пальцев окурок и выбросила в открытую форточку. От резкого движения полотенце соскользнуло с Дининого тела, но она не стала поправлять его, дав упасть на пол. Перешагнула через цветастую ткань, оседлала Костины колени и прильнула к губам.
— Но я обещал не прикасаться к тебе, — из чистой вредности сказал Костя.
— Зато я ничего не обещала, — ответила Дина, целуя его в шею.
Выпить пива Костя так и не успел. Они едва не опоздали к отплытию теплоходика, и Витёк с Илюхой встретили их укоризненными взглядами, нетерпеливо приплясывая у трапа. На ходу доставая билеты, Костя помог загрузиться всей компании. В сумках у ребят зазвенело. Расположились на верхней палубе, за шатким столиком. Как часто бывает, среди путешествующих у них обнаружились знакомые. К Илье подошёл густо истатуированный парень, обнялся, кивнул остальным.
— Что это за пересидок? — поинтересовался Костя.
— Сосед по двору. Нормальный парень, — ответил Илья.
— А народу-то многовато для утра, — заметил Витёк, — танцевать все будут друг на друге.
Теплоход вырвался из городской черты, держа курс на зелёную стоянку. По обеим берегам реки радовало глаз зелёное изобилие дикой природы. Именно за это Костя любил прогулки по реке — как короткие, так и туры в Москву или Питер. При поездке на поезде, из дней отпуска всегда надо вычитать время, затраченное на дорогу туда и обратно. А по воде — нет. Сиди, любуйся окружающей природой, обдуваемый свежим ветерком.
Илья извлёк из объемистой сумки традиционный набор из бутылок — стаканов — закусок.
— Ребята, вы как на работу завтра собираетесь идти? — спросила Дина сварливо.
— Витёк у нас — научный работник. График свободный, главное — результат.
— У меня тоже, — кивнул Илья, — я менеджер на вольных хлебах. Как потопаю, так и полопаю.
— Видишь, подруга, всё рассчитано, — Костя закинул руки за голову, потянулся.
— А ты? У тебя-то, насколько я помню, всё по часам. С девяти до шести.
— А я, Диночка, завтра с утра уезжаю
