Читаем без скачивания Пять «разбитых» сердец - Ева Никольская

— Стой, дура! — донесся до нее окрик рыжего, сопровождаемый громким ударом по дереву.

— Животное похотливое! — огрызнулась в ответ Ада, а про себя с облегчением подумала:

"Живой, гад… Ну, и слава Эрашу!"

Глава 8

Комнаты, которые выделил гостям хозяин "логова", располагались не далеко друг от друга, но и не близко. Адель торопливо семенила босыми ногами по полу, оставляя за собой цепочку влажных следов. Пройдя несколько метров по коридору, девушка свернула, поскользнулась, но не упала, вовремя схватившись за угол, затем распрямилась, перевела дух и, затравленно оглянувшись, побежала дальше. Еще с десяток быстрых шагов, новый поворот, а там… идущий навстречу Эмо с гномьим топором на плече. Фея чуть не споткнулась, увидев его. Высокий, стройный, мрачный, особенно на фоне сверкающей стали. Он шел, чуть пошатываясь, с низко опущенной головой. Громоздкое оружие с замысловатым узором на рукояти совершенно не подходило ему. Казалось, что еще немного, и эльф прогнется под тяжестью своей ноши, или завалится набок, не удержав равновесия. Но он продолжал стойко идти вперед, пока не наткнулся взглядом на Адель. Эмиль остановился, снял с плеча массивный топор, поудобней перехватил его и гробовым голосом спросил:

— Кто?

Фея непроизвольно отступила: злющий эльф с гномьим оружием в руках смотрелся страшно.

— Эм-эмиль, — начала, запинаясь, его подруга. — Ты все не так понял.

— Что я не понял?! — взвыл парень, шагнув к ней. — Кто тебя обидел? Дракон? Я убью его.

"Точно убьет. После такого количества вина за столом ему море по колено, драконы нипочем!" — испугалась Ада, и принялась поспешно оправдывать Арэта.

— Нет, что ты. Он был очень… очень-очень галантен, вежлив и… и… — хвалебные слова застряли в горле девушки при взгляде на исказившееся лицо парня.

— Почему ты выглядишь, как мокрая курица? — процедил он, приближаясь.

— Искупалась, — вжавшись спиной в стену, пролепетала фея.

— Где?! Почему босая? — продолжал задавать вопросы друг, который сейчас больше напоминал мясника-маньяка, дорвавшегося до очередной жертвы.

— Туфли потеряла в водопаде. В том, в котором искупалась, — скороговоркой проговорила Адель.

— Водопад?! Здесь?! Не морочь мне голову!

— Эмиль…

— Что происходит, Адель?! — перебил ее он, подойдя ближе. — Что это? — поддев пальцем сломанную пряжку, прошипел эльф. — А губы почему припухли? До чего ты докатилась, моя чистая светлая фея? Как ты могла? — друг поставил топор к стене и, оперев ладони по обе стороны от головы девушки, уставился на нее.

— Ты не понимаешь! — возмущенно засопела она. — Ты ничего не понимаешь. Все не так, как ты подумал!

— Правда? — Эмо криво усмехнулся, продолжая нависать над взволнованной подругой. — Так объясни.

Она на секунду зажмурилась, шумно выдохнула и, открыв глаза, сказала:

— Мы с Арэтом были в сокровищнице, эээ… разговаривали. Он напоил меня эликсиром, временно лишающим возможности колдовать. Чтоб браслет не бил всех и вся, — потупившись, пояснила девушка. — Ну, я стояла… стояла…

— И?

— Рассматривала "скрижаль" из Тритэры, а она ни с того ни с сего сработала. Выбросила меня из комнаты в водопад, а оттуда в купальню. Ты не представляешь, как это было страшно!

— Вот как? — черная бровь парня нервно дернулась, а на бледном лице отразилась задумчивость. — И где сейчас этот артефакт?

— Эм… в купальне остался, — стушевалась Адель.

— В чьей? — склонившись так, что его лоб практически соприкасался с ее, поинтересовался Эмо.

— В… — сделав непонятный жест рукой, фея все-таки ответила, — в той, — и скосила глаза в нужную сторону.

— Там комната Ритэра и несколько пустых, — подвел итог эльф. — Только не говори мне, что это не дракон, а он порвал платье и зацеловал тебя так…

— Платье? Точно не он! — тут же перебила фея.

— А кто?

— Ммм… водопад? — неуверенно предположила она.

— А губы тоже от водопада такие?

— Нууу…

— Адель!!! — схватив подругу за плечи, Эмиль с силой тряхнул ее. — Во что ты превратилась, Адка? Ты одеваешься, как прожженная ш… соблазнительница, флиртуешь с белобрысым ящером, строишь глазки незнакомому алхимику…

— Я ему ничего не строила! — воскликнула девушка, но он, пропустив мимо ушей ее протест, продолжил:

— … ты уделяешь внимание всем, кому не лень, кроме меня! Как же так… Адель? Чем я хуже их?

— Что? — фея окончательно растерялась. — Это что? Ревность? Эми…

— Ревность?! — расхохотался парень, продолжая сжимать ее полуобнаженные плечи. Обычно голубые глаза друга сейчас напоминали по цвету грозовое небо, расширенные зрачки зловеще подрагивали в окружении этой мрачной синевы. — Да ррревность! — рявкнул он, обрывая смех.

А потом быстро наклонился и поцеловал ее. Мучительно-нежно и в то же время как-то… отчаянно.

От парня пахло лесом и вином. Что и почувствовала девушка, когда его губы накрыли ее. Какое-то время она пребывала в полной прострации, не зная как реагировать. Потом попыталась оттолкнуть друга, но тот даже не сдвинулся с места. Как бы ни был ей дорог Эмиль, помирать от отсутствия воздуха в свои двадцать два года фея не собиралась. Нащупав рукоять топора, она с силой дернула его на себя и, на мгновение приподняв, опустила тупым концом на ногу Эмо. Тот взвыл — Адель дернулась. Эльф отшатнулся, схватившись за ушибленную конечность, фея тоже шарахнулась в сторону, но, быстро сообразив, что промедление смерти подобно, помчалась в направлении своей комнаты.

— Подожди! — крикнул пострадавший друг, громыхая топором. — Ада, постой…

"Ага, сейчас!" — мысленно ответила она, прикидывая расстояние до нужной двери, а вслух крикнула:

— Ты пьян, Эмиль!

— Ааадель! — голос друга мало походил на дружеский, что придало ей ускорения.

Завернув за очередной угол, фея прокатилась часть пути по полу, как по катку зимой, затем толкнула дверь Лолы, расположенную раньше ее собственной и, обнаружив, что та не заперта, влетела в покои зор-зары. Девушка закрылась на замок, перевела дыхание, прислонившись лбом к косяку, и, наконец, обернулась.

— Кхм, — выдала Илоланта, лежавшая на диване в компании чаши зора. — Полотенце в ванной.

Глава 9

— Лолочка, пожалуйста! — сложив руки в молитвенном жесте, сказала Адель. Последние минут пять она сбивчиво рассказывала зор-заре о своих злоключениях, а та слушала с хитрым видом и, постукивая хвостом, пила зор. — Сходи за "скрижалью", а? Мне из твоей комнаты лучше не выходить. Я боюсь, — добавила краснея. — У них там… обострение какое-то сезонное.