Малин и Хеннинг никому не сказали о претензиях этого человека.
Она вернулась домой уже затемно. Бедному Хеннингу пришлось взвалить на себя всю работу, укладывать мальчиков спать и…
Вдруг она остолбенела. Кто-то быстро шел за ней.
У нее тут же мелькнула в голове безумная мысль о том, что это могло быть привидение соседа, желавшее отомстить ей. У нее мелькнуло также множество других мыслей. До нее ведь доходили кое-какие слухи. Детей у этого человека не было, но как обстояли дела с его экономкой? Разве у нее не было ни на что прав? В округе поговаривали, что кто-то видел под ее кроватью его туфли…
Но, прогнав эти мысли, Малин быстро поняла, что следом за ней шел ухажер. Она ведь была молодой девушкой, двадцати одного года! И даже если она и не была особенно красивой, она всегда держала себя в порядке, была ухоженной и аккуратной.
Человек быстро догнал ее. Это был молодой человек, живущий на одной из вилл, снискавший себе не самую лучшую репутацию, поскольку он был достаточно привлекательным, чтобы соблазнять молоденьких девушек. Малин сама не раз заглядывалась на него, потому что красивых парней было не так уж много.
Но она никогда втайне не мечтала о нем! Ее не особенно восхищали ловеласы. Но она не прочь была поболтать с ним.
Но на этот раз его интересовала не болтовня. Он напрямик сказал ей, что давно уже присматривается к ней и только теперь осмелился заговорить. И он надеялся, что она ничего не имела против.
Но Малин не попалась на эту удочку. Ей приходилось слышать, что он говорил точно такие же слова многим девушкам в Эйкебю. А потом эти девушки ходили с большими животами и не осмеливались никому смотреть в глаза.
— Нет, я не против, — холодно ответила она. — Но теперь мне пора домой к мальчикам, они слишком долго были одни. Так что извини…
Парень не сдавался. Он схватил ее за руку и резко повернул к себе.
Он намеревался только подольститься к ней, чтобы она не была такой суровой, но хватка его оказалась слишком сильной, так что Малин вскрикнула.
Юноша услышал грозное рычание, из кустов выскочил огромный зверь и набросился на него.
Почувствовав на своих плечах тяжелые лапы, юноша повалился навзничь, совершенно парализованный страхом. Он лежал на спине, а чудовище стояло над ним, оскалив свои страшные клыки, сверкающие в полумраке.
Малин закричала:
— Нет! О, нет!
И большая собака — или это был волк? — тут же отошла, так что юноша смог подняться. И бросился бежать как сумасшедший.
Остолбенев от страха, Малин смотрела на чудовище. Но зверь, зарычав напоследок, бросился в кусты и исчез.
Перепуганная насмерть, она побежала к дому. Она вспомнила о волках, которых видел Хеннинг. Тогда она не поверила ему, посмеявшись над ним.
И вот теперь она была столь же озабочена, как и он в тот раз.
Она не знала, осмелится ли заглянуть в комнату к мальчикам. Хеннинг уложил их спать, в доме было тихо, если не считать его возни с посудой на кухне.
Но она должна была заглянуть туда. Осторожно приоткрыв дверь спальни, она проскользнула к постели Ульвара.
Было настолько темно, что она смогла только определить, что он был на месте. Но ей показалось, что от него веяло ночной прохладой. Или это она себе внушила? Дыхание у него было ровным, как у спящего. Однако ей показалось, что в его вздохах слышится какая-то приглушенная дрожь.
Опять она фантазирует! Не ощупать ли ей его ноги?
Она потихоньку вышла обратно и прикрыла за собой дверь. Не зная, что и думать, она спустилась вниз по лестнице. Хеннинг ждал ее внизу, вопросительно глядя на нее.
А он раздался в плечах, это маленький Хеннинг! Скоро ему должно было исполниться четырнадцать, он рос сильным и смышленным, но взгляд у него был усталым, как у потерявшего всякие иллюзии старика.
Ей было ужасно жаль его. Бремя, которое он нес на своих плечах, было слишком тяжелым для мальчика его возраста.
— Что случилось, Малин?
Ей не хотелось обманывать его. Им нужно было разобраться во всем этом вместе, ведь кроме друг друга у них никого не было.
— Там снова был волк, — еле слышно прошептала она. — Но этот раз один. Он спас меня от одного неприятного типа.
Хеннинг побледнел:
— Он убил его?
— Нет. И тот, другой, которого преследовали волки, ты помнишь, тот тоже не подвергался прямому нападению. Он умер от страха и сердечного приступа.
Мальчик кивнул. Лицо его свела судорога страха.
— Они ведь спали? — тихо спросила она.
Он ответил так же тихо, едва шевеля губами:
— Этого я не знаю. Уложив их, я принялся убирать кухню.
— Ах, Хеннинг, — прошептала Малин. — Что же нам делать?
Они провели бессонную ночь. А ведь им как никому нужен был сон!
За завтраком глаза Ульвара отсвечивали зеленым от любопытства, и смех его — который так не нравился ей — звучал без перерыва. Он вел себя необычайно скверно, медленно выливал свою простоквашу на скатерть, пинал под столом Хеннинга, ляпал на стену кашу и произносил вслух, совершенно отчетливо, грубые ругательства, которым неизвестно где научился.
Хеннинг и Малин никак не могли усмирить его, он был в приподнятом настроении. В конце концов его усмирил Марко, сказав ему несколько слов на их тайном детском языке. Ульвар сполз со стула и отошел в сторону, как побитая собака.
Хеннинг чувствовал себя таким усталым! Ему нужно было идти в поле, хотя он с удовольствием проспал бы весь день. Малин понимала, что эта усталость и безнадежность была скорее психологического характера, поскольку она сама испытывала нечто подобное.
Внезапно они услышали возбужденный возглас Ульвара, который теперь сидел на подоконнике.
«Волков там наверняка нет», — подумала Малин, и это в самом деле было так.
— Там едет какая-то карета, — сказал Хеннинг, подойдя к окну. Малин обратила внимание на то, как ласково он обнял Ульвара за плечи. Но тот вывернулся: это гротескное создание демонстративно отворачивалось от подобных телячьих нежностей.
Малин вздохнула.
— Похоже, что это … похоронные дроги, — упавшим голосом произнес Хеннинг.
— Что ты такое говоришь?
Марко тоже залез на подоконник, и оба мальчика, стоя на коленях, смотрели в окно. Малин подошла к ним.
По аллее двигалась длинная карета, на козлах сидели двое мужчин и какая-то дама. На крыше кареты стояло нечто, напоминающее гроб.
«Плохая примета, — подумала Малин. — Во двор заехали похоронные дроги!»
Вопрос заключался в том, происходило ли все это в действительности или это было одно из тех видений, которое могло являться Людям Льда. Ведь все четверо, стоявшие у окна, были из рода Людей Льда!
Но нет, карета была вполне реальной.
— Пойдем, посмотрим, — упавшим голосом произнесла она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
