Переход. Харт узнал центральную часть дворца. Здесь он бывал довольно часто. Особенно на третьем этаже, где находился малый зал Мудрости и кабинет отца.
Лиестр повернул направо. Его явно интересовал не зал совета, и Харт нисколько не удивился, когда они остановились напротив высоких резных дверей, ведущих в библиотеку.
В высоком гулком зале было пусто. В городе имелась своя, собственная сокровищница книг. Потому в дворцовую изредка забегали взмыленные курьеры, степенно наведывались наставники королевских чад да захаживали скучающие придворные.
Сейчас они были тут одни. Первый уверенно прошагал мимо стеллажей, по винтовой лестнице спустился на первый этаж, потом направился еще ниже – в подвал, где находилось хранилище самых древних экземпляров.
Приложил ладонь к кирпичной стене, защита полыхнула белым, и стена отъехала, пропуская их внутрь. Харт с завистью посмотрел на спину брата – он даже не знал о существовании подобного места, а вот брат не просто знал, но имел туда допуск.
Стена начала закрываться, и Харт поторопился внутрь.
В подвальных залах было сухо и прохладно – идеальная температура для хранения ставшей хрупкой со временем бумаги. На столах, стоявших по периметру, под дополнительной защитой лежали пожелтевшие листы.
Лиестр ходил от одного стола к другому, недовольно морщился, выискивая нужный текст. Следом за ним плыл световик, послушно подсвечивая листы, в которые тыкал пальцем брат.
- Вот!
Остановился у одного. Харт подошел ближе.
- Так и думал, мне не померещилось. Поглотительница, надо же, - и озадаченно покачал головой.
Харт склонился над листом. Вчитался в едва различимые буквы. Текст был на старо-асмасском, и смысл улавливался с трудом. Брат, заметив его мучения, сжалился.
- Это одна из тех немногих летописей, которые наши предки привезли с собой с материка. Ей почти полторы тысячи лет. В свое время я прочитал их все. Было интересно, чем жили наши предки до переселения. Конкретно здесь рассказывается история женщины, обуздавшей дар огня. Без всякого удерживающего контура, между прочим. А ближе к совершеннолетию у нее обнаружилась уникальная способность – поглощать в разы больше пламени, чем умещал ее собственный резерв. Случай не единственный. В конце есть фраза о том, дар проявлялся у женщин из определенного рода. Однако после начала борьбы с нестабильностью, эпохи блокировок, а потом института покровительства, упоминаний об этом больше нет. Думается, Софрана имеет дальнее родство с той семьей, а дух огня смог пробудить родовой дар. Вот такая история, брат.
Первый замолчал. Вздохнул. Откашлялся и почему-то виновато посмотрел на Харта.
- Если это подтвердится – а я склонен верить твоим словам, то это настоящий подарок Девятиликого. Представь, какую помощь она сможет оказать при укрощении вулкана?
Харт кивнул. Он вполне себе представлял ценность дара именно для Асмаса.
Первый возбужденно заходил по комнате, и световик заметался, пытаясь успеть за ним.
- Потрясающе. Просто поразительно. И это только первая попытка обуздания… А сколько еще сокровищ мы откопаем?
Харт кивал, думая про себя, сколько проблем эта «сокровищница» принесет государству. Можно лишь вообразить лицо какого-нибудь лорда, который внезапно обнаружит, что драгоценная супруга талантливее его. Это не просто потеря рычага давления, лидирующего и уважаемого положения в семье, это… Жыргвха знает что! А если вдобавок супруга начнет работать и зарабатывать больше… Харт искренне пожалел все мужское население Асмаса, которому до сего дня приходилось конкурировать лишь между собой.
Лиестром между тем овладело пламя красноречия.
- Какой прогресс. Сколько возможностей. Надо ускорить завершение испытаний, а всех тех… которые держатся за свои прожженные штаны, отправляй ко мне. Я им объясню, где именно они ошибаются.
Харт снова кивнул, ни разу не собираясь прибегать к помощи брата в вопросе усмирения несогласных подданных. Лиестр был отличным ученым, хорошим стратегом, но вот дипломат из него… Не вышел ни разу. Зато бунты он подавлял хорошо, до которых сам же и доводил.
- Мы не можем позволить себе упустить такой шанс. Я и Второй женаты, Четвертый собирается, Пятый молод, про Шестого вообще молчу, остаешься только ты.
Он замер, посмотрел с намеком, и Третий ощутил себя насекомым, над которым занесли сапог. Мысленно повторил про себя последнюю фразу, не сразу разобравшись к чему клонит брат. А когда дошло… Мысли разом приобрели нецензурную направленность.
- Принуждать тебя, конечно, никто не станет, - Лиестр что-то такое уловил на лице младшего брата, потому как даже отступил, - но я надеюсь, ты примешь правильное решение. Во благо государства.
Шарла* - домашняя птица, имеет перья темно-зеленого цвета, несет яйца, также используется на мясо.
Глава 5
- Во благо государства, - повторил в сотый раз Харт, прохаживаясь по кабинету. Наученный горьким опытом помощник старался лишний раз на глаза не попадаться. Итак, уже был за утро уволен два раза, правда, тут же восстановлен в должности, но кто знает, что придет в голову начальства в третий раз?
- И почему Пятый молод? Он вполне может жениться. И ничего страшного, что невеста на пару-тройку лет старше.
Харт никогда не имел привычки разговаривать вслух – работа не приветствовала болтливости, но сегодня хотелось выговориться.
Подумал, не навестить ли Юлю в академии? Но той сейчас своих проблем хватает. Из родственников лишь безумный кузен, прохлаждающийся на Земле, мог проникнуться сочувствием. Для остальных тут страдать было не о чем. Надо, значит, надо.
Вот и приходилось общаться с портретом основателя Асмаса.
- К чему эта поспешная женитьба? У нас столько дел… Спишь и то урывками. А где я, скажи на милость, найду время для жены? А не найдешь, побежит жаловаться. Пойдут слухи, что наследный Столп пренебрегает обязанностями мужа.
Он кинул раздраженный взгляд на портрет предка. На подоконник приземлился, курлыкнув, белый птах. И его высочество задумался о приятном.
- С другой стороны, она меня любит. И это неплохо. Красива. Из приличной семьи. Да и наш брак можно обыграть достойно, мол, королевская семья первой принимает женщину с магическим контуром. И не боится, что та превратится в чудовище или полыхнет выбросом.
В голове сам собой начал складываться текст новости. Неплохо может выйти, н-да.
Он в десятый раз просмотрел личное дело будущей супруги: мила, наивна, упряма, порывиста. Родные отмечают бунтарский характер.
- На дом работу, конечно, брать не очень хорошо, - задумчиво проговорил Харт, - но с бунтарским характером я как-нибудь справлюсь. Благо, опыт уже есть.
