Разумеется, оставаясь в рамках законности, можно воздействовать на судебную практику, не затрагивая независимости судей, с тем чтобы инициировать избрание наказаний, не связанных с лишением свободы. Для этого, надо признать, сейчас налицо более широкие возможности.
Серьезным и эффективным ответом является оптимизация содержания и объектов уголовно-правовых запретов. Следует прореагировать на то, что многие явления, сильно нарушающие интересы индивидов, общества и государства, остаются без реакции. Это требует особого обсуждения, но халатность при использовании источников повышенной опасности превышает всякие мыслимые границы.
Модернизация поэтому также должна состоять в адаптации круга охраняемых уголовным законом правовых благ к новым, быстро меняющимся социально-экономическим условиям. Выдвигаются различные предложения о декриминализации ряда поведенческих актов, прежде всего в экономической сфере. Однако более эффективный ответ требует не ограничиваться декриминализацией и криминализацией, т. е. заменой одних запретов на другие, но поставить более амбициозную задачу адаптационно-инструментальной оптимизации целого ряда запретов, в том числе традиционных.
В частности, нуждается в оптимизации даже уголовно-правовой запрет кражи. В нем следовало бы выделить семейные кражи, совершаемые несовершеннолетними, кражи, совершаемые под влиянием сложившихся неблагоприятных условий, и некоторые другие. Разумеется, все предложения такого рода нужно тщательно обсуждать, но простой здравый смысл показывает, что содержание уголовно-правовых запретов не может совершенствоваться линейно, путем расширения границ ответственности при сохранении признаков основного состава преступления.
Ответом на вызовы следует считать также меры обеспечения определенности уголовного закона и предсказуемости правоприменительной квалификации деяний. Практика применения уголовного закона в настоящее время не является единообразной. Значительное количество уголовно-правовых ошибок допускается на досудебных стадиях. Показателем такого состояния правоприменения является слишком значительный разрыв между количеством возбужденных уголовных дел и дел, направленных в суд. Такая ситуация сейчас подвергается суровой критике, причем со стороны власти. При этом такое реагирование должно распространяться на уголовный закон в целом. Статья 126 УК РФ «Похищение человека» как будто бы нейтральна к экономике. Но многим памятно ее неудачное применение, принесшее убытки и бюджету РФ. А оно во многом было связано с неопределенностью запрета, в котором понятие похищения не конкретизировалось ни одним признаком.
Обновление уголовного закона должно позволить давать правильную уголовно-правовую оценку деяния уже на досудебной стадии. Эта задача поставлена, но пока еще не решена, несмотря на свою неотложность. Требуются совместные усилия законодателя и науки.
В особенности это относится к необходимости разграничения уголовно-правовой, административно-правовой и гражданско-правовой ответственности. Необходимо вводить в статьи Особенной части УК РФ, особенно применительно к так называемым новым преступлениям, признаки общественной опасности того или иного деяния. Например, ст. 255 УК РФ «Нарушение правил охраны и использования недр» содержит всего один признак, указывающий на общественную опасность деяния, – значительный ущерб. Естественно, здесь трудно обеспечить предсказуемость квалификации деяния, поскольку отнесение его к преступлениям, а не к административным проступкам основывается на одном и к тому же оценочном признаке.
Это направление обновления уголовного закона решает и задачу воспрепятствования злоупотреблениям уголовным законом из коррупционных или иных соображений, противоречащих интересам службы, отдельных граждан и страны в целом, в частности как это понимается в ст. 285 УК РФ.
Сказанное подтверждает, что модернизация уголовного законодательства не есть лишь проявление доброй воли: захотели – сделали. Нужны интеллектуальные усилия специалистов высокой квалификации, но и их мало. Нужно то, что еще в XIX веке проф. Иеринг назвал борьбой за право. Обратимся к этой проблематике.
4. Политологический анализ борьбы за уголовное право
Общая характеристика проблемы. Борьба за уголовное, как и любое другое, право в современном российском обществе должна иметь позитивную направленность, осуществляясь в рамках действующей политической системы, и в таком плане актуальна для всех институтов и центров влияния, которые так или иначе заинтересованы в определенном, желательно оптимальном состоянии уголовного права и в идеале – в его легитимности, справедливости и эффективности. Борьба за право вытекает из природы этого механизма социального регулирования и порождается различием интересов и позиций относительно действия уголовного закона, являясь в содержательном плане одновременно и традиционной, и новой.
Содержательная традиционность проблемы состоит в том, что уголовное законодательство с различных позиций и различными течениями общественной мысли рассматривалось как специфический институт господства, орудие подавления эксплуатируемого народа. Идея достижения общего блага, компромисса между эксплуататорами и эксплуатируемыми оценивалась как оппортунистическая и отвергалась.
Содержательная новизна проблемы, хотя и относительная, состоит в том, что разрешение в сфере действия уголовного закона противоречий, принявших иной характер, направлено на поиск оптимума его действия. Новизна при этом определяется тем, что в современных условиях между различными социальными группами развернулся процесс специфического характера политической борьбы за определенное состояние и использование уголовного права, и он не анализировался системно в российской юридической литературе последних лет. Одно из проявлений такой специфики состоит, например, в том, что отнюдь не всегда именно власть настаивает на усилении жесткости уголовного закона: нередко этого требуют оппоненты власти. Но, так или иначе, борьба за право изучается уголовной политологией как борьба позиций, как система усилий по их разработке, разъяснению, адаптации в контекст действующей Конституции и практики ее реализации.
Процессы модернизации либо рутинного обновления как собственно уголовного законодательства, так и практики его применения, разумеется, имеют весьма размытую политическую составляющую, пересекающуюся с правовой. Эти процессы наталкиваются на обусловленные самыми различными факторами противоречия экономических, управленческих и иных интересов, на различия идеологических установок, на профессиональные разногласия при выборе правотворческих и правоприменительных решений, равно как и на различные возможности получения социальной поддержки. Борьба между этими группами имеет политическое содержание, поскольку она направлена на получение господства и, значит, власти при принятии определенного уголовно-правового решения, относящегося к общим интересам. Но это не борьба за власть в целом, и она вполне возможна не на партийной, а на профессиональной основе.
Порожденные борьбой за уголовное право позиции и взгляды получают в юридической и политологической литературе различные наименования, не всегда верные (либерализм, государственничество, консерватизм, произвол, усиление борьбы, кризис и пр.), и должны осознаваться при разработке и обосновании путей развития и реализации уголовного права и закона. Можно предположить при этом, что возможно или реально корыстные интересы определенных социальных групп, стремление к своеобразной приватизации уголовного права порождают ложную неудовлетворенность его состоянием, в особенности такие в ряде ситуаций деформированные оценки практики, как основанная на произволе, коррупционная, непредсказуемая, несправедливая и пр. И тогда возрастает актуальность преодоления ошибочных позиций в интересах достижения оптимального состояния статики и динамики уголовного закона.
Политическая составляющая борьбы применительно к уголовному праву.
Понятие политического, как уже отмечалось выше, многократно рассматривалось в политологии и работах по уголовной политике. Оно является не вполне определенным и, напомним, применяется в самых различных значениях к множеству сфер социальной деятельности.
Понятие борьбы также употребляется весьма часто, но и оно является не вполне определенным и спорным, имея специфический набор смыслов, характеризующих обычно процессы воздействия на преступность, но крайне редко охватывающих противоречия стратегий и тактик внутри этого противодействия.
В данном случае под имеющей политическую составляющую борьбой за обладание уголовным правом понимаются осуществляемые отдельными субъектами процессы разработки и последующей защиты таких различных позиций по вопросам содержания, развития и реализации уголовного права, которые направлены на расширение собственного влияния на эти процессы.
