Правитель даже рот открыть не успел, чтобы возмутиться таким грубым нарушением церемоний, как они притащили несколько хрупких креслиц.
В центральные сели хранительница с мужем, по бокам от них уверенно устроились две девушки, одетые как воительницы Торвальского женского гвардейского полка. А за креслами настороженно замерли остальные трое инлинов.
- Пусть и они сядут, - посверлив гостей возмущенным взглядом, недовольно буркнул правитель, желавший побыстрее начать эксперимент.
Почему-то раздражали его хрупкие фигурки собственных придворных, казавшихся на фоне мускулистых, высоких инлинов изнеженными и субтильными подростками. Нет, обычным людям эльфы почти не уступали в росте, разве что были более тонкокостными и изящными. И несказанно этим гордились. А вот все пришельцы из чужого мира были ростом вровень с самых высоких из людей и потому казались слишком сильными и мужественными на фоне хозяев. Может, если сядут, эта разница не так будет бросаться в глаза.
Инлины спорить не стали, один из них принес кресла, и они быстро расселись. Наверное, заранее отрепетировали, бдительно хмыкнул повелитель, заметив, что двое сели сзади короля, оставив немного места за его креслом, а один, в странной блестящей рубахе без рукавов, рядом с высокой воительницей. При внимательном рассмотрении она оказалась очень хорошенькой, вот только смотрела слишком прямо и смело. Взять бы ее во дворец… да научить поизящнее двигаться… было бы чем развлечься в ближайшие пять лет. Маловато, конечно, но эти человечки так быстро теряют очарование юности. Великий лес, и о чем он только думает! Они же здесь по делу! Хотя… одно другому никогда не мешало.
- Селль! - окрик повелителя вернул мага, начавшего потихоньку отступать под сень обильно цветущей кальтисии, на прежнюю позицию, - приступай!
Старший придворный маг состроил мученическое выражение лица и, осторожно приблизившись к Дисси, опасливо протянул руку к мягко светящейся, словно на нее упал лучик солнца, льдинке.
Ничего не произошло.
Ближе, ближе.
Селль осмелел и уже увереннее двинул пальцы вперед. Он почти дотронулся, и на лице уже начало проявляться торжествующее выражение, а на губах расцвела самоуверенная усмешка. И в этот момент ухоженную руку словно укусила змея, такая мука исказила тонкие черты эльфа. Со стоном отдернув пальцы, он прижал их к груди, и уставился на Дисси с таким виноватым видом, будто она поймала его на чем-то постыдном.
Верховный маг подавил торжествующий смешок, а повелитель недовольно нахмурился. Эниль оказался прав, и это было более чем неприятно. И еще очень хотелось, вопреки голосу разума, вскочить с трона и схватить этот амулет самому. Чтобы доказать… нет. Глупая идея. Даже если бы не было Тенлиссиэль, много чего случилось за восемьсот лет жизни такого, что никак не вязалось с представлением о безмерной доброте. Так ведь нельзя и поверить, что жизнь этой женщины состояла только из добрых дел, словно розовое варенье из душистых лепестков. Значит все же магия… неизвестная, или просто редкая. Но в таком случае он прогонит через этот зал всех своих подданных, от совсем юных, до встречающих последнюю луну. И не может быть, чтобы хоть один их них не обладал нужными качествами.
Через несколько минут все эльфы, присутствующие на встрече гостей, уже покорно стояли в очереди, словно бедняки за бесплатным супом. А Эниль, добровольно взявший на себя роль надзирателя за этим несвойственным обитателям Светлого леса ритуалом, направлял каждого вновь пришедшего в конец этой странной цепочки.
Подрастающей с невероятной скоростью, несмотря на то, что двигались претенденты на амулет довольно быстро. И Дисси прекрасно понимала, почему. Несмотря на все чудеса светлого леса, и обилие изысканных развлечений, живут эльфы так долго, что все это успело им приесться до ломоты в зубах. А тут такое необычное состязание, и приз на кону стоит совершенно уникальный. Вот и спешат попробовать свои силы, и нервничают в очереди, переживая, как бы счастливчик не оказался среди впередистоящих. И совершенно не обращают внимания на тех, кто уже попытался взять амулет в руки.
А зря не обращают. Как-то слишком спокойны и задумчивы те, кто уже отсеялся из числа претендентов, и не видно среди них ни расстроенных неудачей, ни завидующих возможному победителю.
Не обращал на них внимания и Аэолиртинэль, хмуро жующий сочную грушу. Он уже успел отлично понять, что поторопился с этим испытанием. Ясно же, что среди его придворных советников и прекрасных дам найти доброту практически невозможно. Не до такой степени он наивный, чтоб верить в их хвалебные монологи себе, любимым.
Но в таком случае они зря тратят сейчас время. К проблеме нужно подойти совершенно по-другому. Для начала издать указ, чтоб каждый, кто знает про чью-то доброту, сообщил посыльным. Ну а они позже решат, как выбрать из кучи заявлений самые правдивые. Не тащить же сюда весь эльфийский народ? Нет, их не так много, как людей, но много больше, чем тех же инлинов. И всех собрать сюда просто невозможно. По очень важным причинам. А раз так, пора кончать эту бесполезную процедуру.
- Больше никого в зал не пускать, нашим гостям пора отдохнуть! - приказ повелителя оказался полной неожиданностью для группы молодых эльфов, только подошедших к дверям.
Но непреложным для исполнения магам из охраны, мгновенно поставившим на дверь невидимые щиты.
- Но почему нас не пустили? - Хорошенькая эльфийка обиженно надула губки, - мы же почти вошли!
- Хорошо, Аннэлирьэн, - благодушно кивнул повелитель, никогда не умевший отказывать хорошеньким девицам, - ты будешь последней.
Маги на секунду сняли с двери защиту и довольная красавица шустро скользнула внутрь, сразу забыв про своих попутчиков.
Наконец- то догадался, украдкой вздохнула Дисси, неимоверно уставшая от процедуры проверки эльфийской доброты. Сидеть с гордо выпрямленной спиной под прицелом полусотни пар недоброжелательных глаз и с невозмутимым выражением лица следить, как тебя пытаются ухватить за грудь чужие руки, утомляет неимоверно. А если еще добавить напряжение последних дней и сегодняшние хлопоты… понятно, почему с такой тревогой поглядывает Улидат, необъяснимым каким образом умеющая расшифровать каждое движение бровей и губ.
За приближением красивой девушки, почти силой прорвавшейся в зал, гости невольно следили как за спасением. Можно будет наконец скрыться от назойливых глаз, умыться, и обсудить странное поведение правителя и его верховного мага. И ночное нападение, про которое магистр почему-то ни словом не обмолвился повелителю. Да и сами инлины с заявлением не стали спешить, пока непонятно, кто из могущественных эльфов на чьей стороне окажется когда станет понятна сложившаяся ситуация.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
