Один случай перевернул все мое представление о них. Мы не прекращали вести скрытую войну с кланом Айшановских. Схватки, по большей части, были внезапными, быстрыми и жестокими. Но в этот раз, их было больше, много больше. Нас, как последних недоразвитых котят, заманили в ловушку, да так искусно, что пути к отступлению не было ни одного. Загнали в ущелье и практически прижали к отвесной скале. Многие из нашего отряда были молодняком, опытные, не ожидая встретить врага в этих местах, остались на базе. Учитывая наш «младой» возраст мы физически еще не могли перекинуться в зверя или летучую мышь — были прижаты. Враг превосходил нас и по численности и по годам. О! какая это была битва! Ранее сдерживая себя, я понял, что если сейчас не приму теперешнюю сущность, не организую свой маленький отряд — мы все погибнем. И я выпустил наружу, то, что раньше так пытался в себе подавить. Я выпустил зверя. Используя обоняние, улучшенное зрение, возросшую силу я ощутил острое желание защитить свою стаю, отстоять свою территорию. Разум просчитывал ходы битвы. Поняв, что еще не много и мы утратим свои позиции, я начал отступление. Но это не было бегство, это был холодный расчет. Заманивая врага вглубь ущелья, где виднелся небольшой проход, я медленно приближался к намеченной цели. Наконец, ущелье сузилось до нужного размера. Они не могли нас окружить. На их стороне был опыт, многолетних сражений и превосходства, на нашей же бесшабашная вера в победу, любой ценой. Привыкнув, к тому, что на протяжении многих лет им многие сдавались практически без боя, и, уверовав в свою непобедимость, враг сам копал себе могилу. Маневр, еще один, обманный шаг назад, враг рванул вперед, поверив в свою победу, увидев наш упадок сил, они расслабились. Зря! Надеясь смять нас одним усилием, они наткнулись на острые клыки и непоколебимую волю.
В этом сражении я потерял половину своего отряда, но получил победу. Тяжелую, кровавую, но такую необходимую! Именно тогда я понял, что я есть и для чего мне дали второй шанс. Они не были поголовно бездушными тварями, живущими только ради убийств. Они нуждались во мне! Не бросили, когда в этом нуждался я! Именно тогда я почувствовал силы взять на себя ответственность не только за их свободу, но и за благосостояние всего народа Сумеречной долины. Вся моя неуверенность и неопределенность пропали. Я стал вождем, тем кто, спустя несколько лет убил Лоссарха и сверг клан Айшановских. Тем, кто принес, такую долгожданную победу.
Не было больше наивно верящего юноши в праведную месть. По своей воле, я возложил себе на плечи груз, превосходящий по силе и тяжести, мои ранние желания. Я не мог просто развернуться и, не оглядываясь уйти. Даже пройдя через боль, кровь, войну, я очень четко помнил чувства маленького восьмилетнего мальчика, о котором просто забыли…
Началась отстройка городов, усадеб, принявшего меня народа. Взяв на себя обязательства, я не могу сказать, что это так уж меня тяготило. Прожив практически двадцать семь лет отшельником, я горячо стремился к обществу. Я не хотел уходить, отчасти это помогало принять утраты, а отчасти давало надежду на то, что именно я стою во главе вампиров, и это значит, что возможно мне удастся избежать той концовки пророчества, в которой говорилось о полном, завоевании всего Хортборга. Не смотря на то, что я принял свою сущность, я слишком хорошо помнил, что вампиры могут делать с другими расами, когда Большой договор теряет свою силу…
Шли годы, я не вспомню точного момента, когда я окончательно отдал предпочтение вампирам. Их безопасность, благополучие стало для меня на первом месте. Я не хочу снова ввязывать их в войну, слишком долго длилась предыдущая. Я делал, делаю и буду делать все для того, что бы ни один из моих подданных не пожаловался на свою судьбу. Ни один из них не будет чувствовать ущемления либо давления пока я существую!
В первую очередь все мои действия обоснованы, моей любовью и благодарностью к принявшему меня народу и стране ради свободы, которой пролилось столько крови. Но так же, поверь Теодорос, после всех моих действий я очень надеюсь на то, что когда придет время, ни один вампир не восстанет и не захочет устремиться к новой жизни…
Стремительно встав с кресла, я подошел к окну. Начинало светать. В камине уже давно дотлели угли.
— Теперь, ты узнал достаточно, что бы избежать быстрых и не обдуманных решений. Напоминаю, пророчество не сохранилось в исходном виде. Дословно оно выглядит так:
«В год огненного скорпиона погаснет созвездие Ариус и богиня Тьмы Ашана вдохнет свой огонь в невинное дитя. Сей огонь постепенно наберет свою силу, через символ богини — не полной луны… И откроет проход в этом мир для Ашаны… любимые дети помогут… Восстанет народ… Все иные расы встанут на колени перед Великим Темным Королем, который поведет за собой не мысленное войско и тень Сумрачной долины расползется по всему Хортборгу. И есть один только шанс… Но не будет житья темному племени без истинного предводителя. И развеется пеплом по миру великий народ. Один только шанс, до красного затмения, вырезать гнилой нарост и если засветится снова Ариус, Ашана не пройдет…».
— Я родился в год огненного скорпиона и на мне метка. — повернувшись я закатал рукав рубашки правой руки и продемонстрировал архимагу родимое пятно в виде полумесяца.
— Скажи Теодорос, ты знал, что ранее в северном полушарии действительно сияло созвездие Ариус? Чем-то оно напоминало весы… — архимаг молчал. Его угрюмый взгляд впился в меня, я решил продолжить.
— Тем не менее, у моего народа, версия пророчества несколько иная. Собрать некоторые данные помогал мне Галжет. Суть не так глобальна, и несколько с иным уклоном. В нем говориться о Темном короле, который выведет вампиров на новый уровень, избавит от тирании, а так же заставит уважать весь народ Сумрачной долины. И только от самого новоявленного вождя будет зависеть судьба иных рас Хортборга. Он так же отмечен лунной меткой, но у нас поверье о том, что метку эту оставила вовсе не Ашана, а сама судьба. Избрав его носителя оружием для борьбы с предстоящей угрозой. Так же говориться, о том, что если темный народ во время не рассмотрит носителя и не обратит его, шансов не останется.
Глава 5
Теодорос молчал. Склонив голову, он словно задремал. Но я знал, что это, не так. Он думал, и сейчас от его решения зависело многое, слишком многое, что бы просто развернуться и уйти. Всей моей выдержки хватило на пару минут.
— Итак, Теодорос, твое решение? — подняв тяжелый взгляд на меня, архимаг спросил:
— Любимые дети Ашаны, судя по легендам, это вампиры?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
