желудки.
Для приготовления хлеба употребляют различные сорта муки, обыкновенно пшеничную или ржаную. Хлебные зерна сперва подвергаются размолу, то есть растираются жерновами в порошок, и затем мука просеивается. Посредством такой процедуры от чистой муки отделяются отруби.
Что это значит в переводе на язык химии и физиологии? Современные исследования показали (по Леренкраузу: Die Prof. Dr. G. Jagerschen Lebens und Genussmittel), что в зернах наших хлебных злаков питательные вещества распределяются неравномерно. Так, пшеничное зерно состоит из мучнистой центральной части и пяти покрывающих ее оболочек. Из этих пяти оболочек три составляют наружный слой и две — внутренний, прилегающий к мучному ядру.
Верхнюю оболочку наружного слоя составляют, главным образом, волокна древесины. Под нею лежат важнейшие питательные вещества: белки, служащие для образования тканей и соков (крови), и фосфаты, необходимые питательные соли, питающие мозг и нервы и придающие костному составу нашего тела требуемую плотность. Белая сердцевина мучного ядра содержит преимущественно крахмал (в ней также содержится немного клейковины, приблизительно в пять раз меньше крахмала), следовательно, такое питательное вещество, которое является для нашего организма, так сказать, только горючим материалом, топливом.
Таким образом, при обыкновенном приготовлении муки, при отделении от нее отрубей, она лишается самых важных питательных веществ — белковых и фосфатов, лежащих преимущественно в коричневых слоях и удаляющихся вместе с отрубями. Отруби состоят приблизительно из 15 % клейковины (принадлежащей к белковым веществам), 54 % безазотистых питательных веществ и только 10 % клетчатки. Последняя, хотя и не имеет ни малейшего питательного значения, тем не менее небесполезна, так как, раздражая механически стенки кишечника, она ускоряет пищеварение и стул (что в подвижничестве важно)104 и, вдвигаясь между пищевыми частицами и отделяя их друг от друга, содействует при пищеварительном акте внедрению пищеварительных соков.
Но при обыкновенном приготовлении муки (мука для Грэгемова хлеба перемалывается на особых мельницах) пропадает еще также и росток, или зародыш, сидящий снаружи пшеничного зерна и содержащий естественный пищеварительный фермент.
Таковы научные результаты. История их происхождения такова.
Уже в начале прошлого столетия знаменитый североамериканский физиолог проф. Сильвестр Грэгем высказал утверждение, что в приготовлении хлеба из тонкой просеянной муки должно искать главный источник многих заболеваний и страданий человека. Он велел приготовить для своих больных хлеб из грубой, непросеянной муки и, благодаря такому изменению пищевого режима, в соединении с другими ценными естественными целебными факторами, излечил огромное число больных, особенно таких, которых медицинская наука уже признала безнадежными. Столь наглядное, чрезвычайно благотворное и целительное действие употребления отрубяного хлеба на отправления желудочно — кишечного тракта заставило многих мыслящих врачей и неврачей применять этот хлеб и при тяжелых заболеваниях.
Так что в скором времени последний под названием «Грэгемова хлеба» приобрел известность почти во всех частях света.
Причина, почему он, несмотря на одобрение научных авторитетов и на явно целебные свойства, не водворяется всюду и не в состоянии вытеснить хлеб из просеянной муки, есть, главным образом, чревоугодие людское, так как не могут еще приготовить Грэгемов хлеб одновременно и вкусно, и по всем правилам науки. Особенно дело осложняется в связи с вопросом о допустимости применения дрожжей и закваски105.
О чрезвычайной важности и полезности хлеба с отрубями после всего вышесказанного можно бы и не распространяться. Но, пожалей, полезно будет привести еще примеры, ибо exempla trahunt106, то есть они тащат вас за собою, не то что научные выкладки и доказательства, лишь утомляющие мозг непривычных к дисциплинированному мышлению людей. Таким примером может служить известный доктор Док, «много лет питавшийся исключительно растительной пищей [иными словами, если рассматривать дело в церковном плане, Док постоянно постился/] и своим здоровьем, энергией в работе и свежей, цветущей внешностью блестящим образом опровергающий предубеждение против питания растительною пищей».
Исходя из собственного опыта, он говорит: «Хлебу Грэгема подобает занимать видное, почетное место не только на обеденном столе, но и среди так называемых лечебных средств, так как он самым естественным образом излечивает всегда почти неприятные, а иногда и весьма тягостные явления запоров. Всем известно, что это весьма распространенное страдание весьма часто влечет за собой очень тяжелые болезненные расстройства, как — то: вялость кишок, брюшное полнокровие, геморрой, застой печени и даже тяжелые душевные страдания, до ипохондрии включительно. Как раз в этом отношении хлеб Грэгема часто нам давал поразительные результаты. Сотни людей обязаны ему тем, что без содействия аптеки излечились от вышеупомянутых страданий. Ввиду этого мы рекомендуем всем страдающим вялостью отправлений органов пищеварения обратить особое внимание на этот хлеб. Хлеб с отрубями имеет неоценимые преимущества: он служит одновременно и питательным, и целебным средством, он не имеет вредного свойства большинства лекарственных средств, которые приносят нашему организму известный вред и потому непригодны для постоянного и непрерывного приема внутрь. Этот хлеб до такой степени полезен для нашего организма, что мы можем питаться им всю жизнь, и в то же время имеем в нем неизменно готовое к нашим услугам средство борьбы с недеятельностью кишок. Таким образом, он совершенно устраняет злоупотребление слабительными средствами, а ведь всем известно, какой вред они приносят; правда, они помогают на мгновение, неестественно раздражая кишки, но, вследствие этого излишнего раздражения, появляется еще большая слабость, то есть недеятельность кишок. В этом отношении мы не находим достаточно слов, чтобы рекомендовать Грэгемов, или отрубяной, хлеб как врачам, так и неврачам. В большинстве случаев этот хлеб блестящим образом оправдывал возлагавшиеся на него надежды; я знаю лишь очень редкие случаи, когда он не приносил желанных результатов, и это обыкновенно случалось тогда, когда аптека успевала уже окончательно испортить дело».
Так говорит доктор Док107.
Преп. Синклитикия и святые отцы еще за полторы тысячи лет до него не только высказывали то же самое, но и исполняли на деле. Это невольное подтверждение, оправдание и даже восхваление наукой поступков гонимых миром монахов и аскетов знаменательно в наше время.
Павел Проценко. На пути в Небесный Иерусалим. История одного бегства
Что заставляет человека оставить мир? Обыденное сознание еще может понять, когда грешник, ужаснувшись мерзости греха, в раскаянии бежит от порока к свету. Но когда юное чистое создание уходит в монастырь, начинает жить только для Бога — это вызывает недоумение и протест. Вместе с тем подобные примеры можно встретить в каждом поколении на протяжении всей истории христианского мира. Всегда находятся избранные, которые с ранних лет остро осознают, как Божественное добро хрупко, как легко можно его утратить, разбить в суетной и невнимательной жизни. Личность усыхает без постоянного обновления в
