Читаем без скачивания Ворота - Константин Белослудцев

Капитану Джасперу Хиллу недавно исполнилось тридцать три года, остальные же были еще совсем юны: гладко выбритые рядовые доросли лишь до начала призывного возраста, а сержант Джон Миллер перед отправкой во Вьетнам отпраздновал свои 22 года.

Грегори Уокер и Стивен Макбрайд ничем не отличались от остальных новобранцев. Они были такими же молодыми, неуклюжими и боящимися любого шороха в джунглях, как и все остальные юнцы, которых заставили воевать. Это было их первое настоящее задание, в котором вероятность вплотную столкнуться с врагом была весьма высока.

Раньше они уже стреляли в противника, но настоящим боем ту перестрелку назвать было сложно. Лишь пять минут джунгли сотрясали выстрелы из американских и советских винтовок, и ни одна американская пуля тогда не достигла цели. Грегори лишь прятался в укрытии и изредка высовывал голову с винтовкой, чтобы сделать несколько выстрелов в сторону врага, но, как потом доложила разведка, ни одного убитого с вьетнамской стороны не было. Американская же сторона понесла небольшие потери: один солдат получил ранение в ногу, и Стивену Макбрайду шальной пулей оторвало мочку уха, из-за чего он долгое время переживал и всячески отказывался от своего включения в отряд капитана Хилла… но армия есть армия. «Получил приказ – исполняй», – сказал ему капитан, и пришлось Стивену подчиниться.

Всех четверых вооружили винтовками M16A1, пистолетами M1911A1 и каждому вручили по две гранаты, которые солдаты повесили на пояс рядом с магазинами для винтовок и фонарями, которые были предназначены для того, чтобы продвигаться к цели ночью. К выходу все было готово, и командиру оставалось только уточнить некоторые подробности задания перед непосредственным началом его выполнения.

– Все сюда, – капитан подозвал членов своего отряда к широкому столу с потертой картой на нем, – Объясняю задание.

Грегори, жуя сухую булку, оторвался от рассматривания картины восходящего над джунглями солнца, зажигающего на деревьях искры росы, и усталым шагом подошел к столу. Весь отряд был в сборе.

Капитан Хилл и сержант Миллер стояли у карты, и их вид выражал полную серьезность. Оба были сосредоточены, а рядовой Макбрайд, стоящий рядом с ними, своим поведением ничуть не отличался от Грегори. Такой же сонный и усталый, он клевал носом и пытался не уснуть.

– Формальности, – промолвил капитан Хилл, – Наша задача, как вы помните, обыскать старый храм и его окрестности в поисках и опознавании трупов наших товарищей. Поднимемся на холм, и с его вершины зона поиска уже будет просматриваться почти полностью. Она не велика. Обыщем километр вокруг храма и, если найдем раненых, вызовем вертолет. В противном случае – отправимся обратно на базу пешком.

– Вчера здесь гремел бой, – продолжил за капитана сержант Миллер, – Наших было двадцать, вьетнамцев – неизвестно. Наша задача – лишь найти выживших, а об их снаряжении позаботятся другие. Мы встретимся с ними предположительно через три часа. Они – наша подмога на случай, если гуков окажется слишком много. Вообще, в любом случае, они – наша подмога.

Грегори медленно, растягивая процесс, вздохнул. Все эти подробности он слышал так часто, что они успели глубоко въесться в его память.

– Наши на связь не вышли, – добавил капитан, – и все, что нам известно – это то, что выжившие могут скрываться в храме. К тому же, среди них может быть родственник нашего полковника, поэтому задание приобретает наивысшую степень важности. Всем понятно?

– Да, сэр! – хором ответили солдаты.

– Тогда выдвигаемся.

Первым на холм стал подниматься сержант Миллер, за ним – капитан Хилл и рядовой Макбрайд. Грегори замыкал колону. Он крепко стискивал рукоять своей винтовки и пристально вглядывался в джунгли, остающиеся внизу. Поднимаясь на холм, они становились хорошей мишенью для снайперов. «Раз капитан не видит в этом опасности, то ее и нет», – подумал Грегори, пытаясь успокоить себя. Ему чудились снайперы, буквально, на каждом дереве.

– Мне вот одно не понятно, – сказал он, пытаясь не думать о снайперах, – Какое задание выполняли те двадцать солдат?

– Субординация, – напомнил капитан, – В следующий раз не забудь о ней.

– Да, сэр! Так что там с этими двадцатью солдатами?

– Этого я не знаю, – ответил капитан Хилл, – Говорят, они выполняли некое секретное задание, но было бы оно секретным, нас просто так за ними не отправили бы. Минимум, что начальство должно было сделать – это отправить за ними какое-нибудь элитное подразделение, максимум – заставить нас подписывать документы о неразглашении… ничего этого не было, так что, я думаю, и секретности нет. Но и никаких сведений об их задании тоже нет. Вообще, черт возьми, ничего нет. Понятно?

– Понятно, сэр.

– Не отвлекайся.

Грегори кивнул, хоть никто его кивка и не увидел, и устало размял пальцы на правой руке. До вершины холма оставалось подниматься совсем немного, и он, из-за тяжести своего снаряжения и жаркой, душной погоды, уже успел потерять большую часть накопленных за ночь сил. Солнце на небе, светя на землю без единого намека на облака, плыло вверх быстро, ветра совсем не было, и разные причудливые насекомые, вперемешку с коричневыми ящерицами, со всех сторон окружали отряд капитана Хилла. Грегори смотрел на них и понимал, что вскоре их станет так много, что даже нормально воздуха вдохнуть не получится.

Поднявшись на холм, по обеим сторонам которого росли непроходимые джунгли, отряд остановился, чтобы оценить обстановку. Храм стоял примерно в километре от них, его полукругом огибала неширокая каменистая речка, и на земле отчетливо виднелись следы яростного боя. Деревья вокруг храма были повалены, земля зияла многочисленными воронками от взрывов, а у самого храма не было крыши и правой стены; их обломки устилали местность поблизости.

– А вот об этом мне ничего не говорили! – удивленно воскликнул капитан, – Минометы, видимо, поливали землю огнем.

– Запах напалма поутру слышен наиболее приятно, – улыбнулся рядовой Макбрайд.

– Хватит, Макбрайд! – строго прикрикнул капитан Хилл, – Твои шутки неуместны, и никакого напалма здесь нет. Когда по врагу ударяют напалмом, эта вязкая жидкость выжигает все живое. Здесь был бы пожар, и он бы все еще горел. На учениях спать не надо было!

Сержант Миллер рассмеялся чистым заливистым смехом, и капельки пота с его лица блестящей вереницей полетели на землю.

– Некогда смеяться, – капитан был все так же строг, – Сержант!

– Да, сэр!

– Бери Уокера, и идите вперед.

– Есть!

Сильно сомневаясь в компетентности командира, сержант Миллер махнул Грегори рукой, и они, держась рядом с плотно растущими друг к другу деревьями, принялись осторожно спускаться с холма. Капитан Хилл и рядовой Макбрайд подождали, пока сержант удалится вперед на двадцать метров, и двинулись за ним следом.

Спуск был похож на огромные ступени гигантской лестницы для великанов, и Грегори, глядя на них, сделал вывод, что когда-то очень давно под его ногами выращивался рис. Будто бы в подтверждение этому, недалеко от холма текла речка, которая со временем могла поменять русло и потечь в другом направлении. Только Грегори собрался сообщить об этом сержанту, как услышал едва заметный в гудении насекомых звук, издали похожий на осторожный шаг по лиственной подстилке. Прошла секунда, и этот звук повторился.

– Тихо, – прошептал сержант, – Ты слышал?

– Слышал, – во рту у Грегори пересохло, – Враг?

– Возможно, – подняв руку вверх, ответил Миллер, – Капитан!

Отряд остановился, и капитан Хилл, не подозревая ничего плохого, во всю глотку заорал:

– Что случилось?! Гуки в лесу?!

Не успело эхо от слов капитана стихнуть, как вдруг по ним ударил автомат Калашникова. Стрелявший был таким же несмышленым в военном деле человеком, как и сам капитан Хилл, дослужившийся до звания капитана, очевидно, чудом.

Земля рядом с ногами Грегори взорвалась несколькими грязными фонтанчиками, и сержант Миллер, схватив солдата за рукав, силой отдернул его назад. Они кубарем повалились на траву и откатились за земляное укрытие, за одну из ступеней гигантской лестницы.

– Господи! – взревел сержант, – Повезло же нам с командиром!

Грегори его не услышал. Он не мог отойти от шока. Дышать было тяжело, и неожиданно разболелась голова. Ему не было страшно, но умирать он не хотел.

Из укрытия местоположение вьетнамцев не просматривалось, зато капитана Хилла и рядового Макбрайда Грегори видел отлично. Они спрятались чуть выше за таким же укрытием, что и они, и капитан истекал кровью. Кровавое пятно ужасающе быстро расплывалось по его животу. Макбрайд держал его за плечи, и, казалось, был мертв. Он не шевелился, но ран на нем Грегори разглядеть не сумел.