восторг. Ему словно не терпелось рассказать о том, что он теперь знает.
— Ну-с? — спросил, поправив очки, Иванов 1-й, когда они сели курить.
— Я все понял! — неожиданно сказал Иванов 3-й, который был весь в нетерпении.
— Неужели… — скептически усмехнулся Иванов 1-й. — Вы погодите так решать. Не все так просто, друг мой, не все так просто.
— Ну хорошо! — объявил Иванов 3-й и приступил к повествованию.
Иванов 2-й в это время сильно зевал и был очень усталым.
— Вот, — сказал Иванов 3-й. — Вот как раз Кант. Смотрите, оказывается, мы не можем решить нашу проблему. Если мы скажем, что все, что нас окружает, реально существует, то это будет то же самое, как если сказать, что реально существуют только наши ощущения, потому что мы можем говорить исключительно о наших ощущениях, а вещи в самих себе нам неизвестны. Потому что пространство и время не объективно реальны, а трансцендентально идеальны…
— Ну это вы хватили! — протянул Иванов 1-й.
— Опровергайте! — горячо воскликнул Иванов 3-й и нервно закурил.
У него тряслись руки от возбуждения, и он прикуривал фильтр.
— Сейчас вы прикурите фильтр, но поскольку для вас ничего не существует, кроме ощущений, тогда — пожалуйста, — насмешливо проговорил Иванов 1-й.
Иванов 3-й смешался, уронил сигарету на пол, обжегся спичкой и смущенно засмеялся.
— Все равно… — судорожно сказал он. — Все равно не опровергнете. Мы не можем говорить о вещах в самих себе…
— Да какие к черту вещи в себе! — взорвался Иванов 1-й.
— А вы пришли уже к каким-то выводам? — спросил Иванов 3-й.
— А что значит выводы! — рассердился 1-й. — Да просто все это чушь. Что, что вы говорите? Я говорю — это все наукообразная чушь. Есть реальная жизнь. И на самом деле вы не считаете, что все это продукты — ха-ха! — вашего воображения. Есть реальные вещи, которые мы отражаем своим сознанием.
— Как это — реальные? Что такое — реальные? — спросил Иванов 3-й.
— Да хватит мне чесать мозги! — сказал Иванов 1-й. — Вы сами прекрасно понимаете, что есть что-то реальное. А все эти словесные упражнения… Вы занимайтесь лучше вопросом — почему вы понимаете, что это так…
— Ну что ж, пожалуйста! — усмехнулся Иванов 3-й. — Только вы так и не опровергли меня.
— Опровергать не надо! — заявил Иванов 1-й. — Вы сами себе не верите!
Они разошлись. Иванов 3-й, запрокинув голову и оправив манжеты, гордо пошел читать философов, а Иванов 1-й, ухмыляясь, тоже пошел в свою комнату. Неожиданно для всех Иванов 2-й громко зевнул и потянулся.
— Все то же самое! — сказал он, обращаясь в пустоту, и пошел спать, видеть сны и выбирать то, что ему нравится.
Следующая встреча Ивановых была менее бурной. Иванов 3-й, после бессонной ночи и выкуренных пачек сигарет, выглядел очень красиво, но довольно помято; 1-й, хорошо выспавшись, казалось, давно решил все вопросы, а 2-й был все таким же.
Ивановы вышли позавтракать. Они увидели чудесные картины — великолепный пейзаж с оливами, плескающееся море и солнце. Природа настраивала на философский лад.
Ивановы сели за большой пиршественный стол и совершили возлияния. Над ними нежно склонялись ветки деревьев, нимфы в прозрачных одеждах приносили им воду для мытья рук и словно дышали трепетом любви, ожидая часа, когда Ивановы, поев, захотят вкусить чудесных наслаждений; неподалеку журчали ручьи, и свежий воздух как будто на глазах омолаживал все существо.
Иванов 1-й давно уже бороду брил, а у 3-го только легкий пушок золотил румяные щеки. Иванов 2-й был статным и красивым юношей, хотя и относительно глупее своих товарищей.
Итак, они возлегли на ложа, и нимфы, сверкая своими одеяниями, налили им вино в кубки.
— Друзья! — сказал Иванов 1-й. — Прекрасен наш союз! Давайте выпьем этот кубок до дна за то, что мы собрались здесь, в этом чудесном уголке, чтобы за вином и кушаньями вести приятные нашему уму беседы о сущности мирской и о судьбах всего человечества.
Золотые кубки были осушены во славу рода человеческого и во славу Истины. Ура. Принесли дорогие яства.
Ивановы пили вино с молоком и ели козий сыр.
— Я предлагаю, — сказал Иванов 3-й, — сегодняшнюю нашу беседу посвятить вопросу — что есть сущность вещей, существует ли она, и что такое сами вещи. А так же что есть наши чувства, которые внимают этим вещам, и не сообщены ли они богами!
Иванов 1-й, выпив глоток вина, заявил:
— Вещи есть перед нами. Мы видим их так, как они есть. Мы отображаем их правильно.
— Нет, — возразил Иванов 3-й. — Мы видим их неправильно. Вещи есть наши чувства, мы чувствуем сущность каждой вещи, и только через знание этой сущности мы воспринимаем все вещи.
— Ну как же… — улыбнулся Иванов 1-й, отхлебнув глоток вина.
— А так, — тоже улыбаясь, отрезал Иванов 3-й, откусив кусочек сыра.
— Если рассуждать логически…
— Логика нас может привести куда угодно, — сказал Иванов 3-й. — Можно доказать все что угодно. Но это лишь слова.
— Позвольте! Ваш аргумент…
— Аргумент — тоже логическая категория…
— Следовательно, вы утверждаете…
— Слова, слова…
— Слова, говорите вы…
— И это логика.
— Но логика — все…
— Ваше высказывание — логическое.
— Да что за черт! — воскликнул наконец Иванов 1-й. — Что такое?!! Я так не играю!
Он в негодовании швырнул золотой кубок об пол. Нимфы в ужасе разбежались, показывая сиськи. Иванов 2-й медленно засыпал.
— Ну как так можно! Вы играете запрещенными приемами. Опровергнуть не можете…
— Опровергнуть или доказать можно все что угодно… — вздохнул Иванов 3-й. В глазах его сквозила печаль.
“Ну вот, — думал он. — А не является ли существование Бога всего лишь вторичной рефлексией?!!”
И тут — крах! — пропали висячие сады, и золотой век кончился. Солнце зашло за тучу, а варвары разграбили Рим. Нимфы лежали мертвые по обочинам дорог, никого не возбуждая. Людей пачками убивали зачем-то.
В маленькой зимней комнатушке сидел Иванов 3-й, хлестал снег, и было темно. Иванову 3-му было так плохо, что он мог бы самоубиться. Но он цеплялся за ужас бытия. Как сумасшедший, он зачем-то все дальше и дальше раскручивал свои мозги, так что скоро они стали уже крутиться у него шариками из вещей и понятий. Все смешалось до такой степени, что ему казалось, сейчас у него взорвется голова и он весь разлетится.
Картинки, картинки, картинки…
Но ему нельзя — по правилам игры. И вот, как ищейки, несутся Ивановы 2-й и 1-й спасать того, кто должен спасать.
Весь мир облетела новость — неужели Иванов 3-й стал мной?!!
Газеты сходили с ума, когда писали об этом. Как же так можно!! И помнится, как прекрасно сказал
