лица.
При ее появлении Роман как-то подтянулся и в его глазах, замелькали бесинки. Увидев эти изменения в нем, я ухмыльнулся.
– Здравствуйте, Дмитрий. Я снова к вам и снова со своим лицом.
– Если бы только с лицом? – вдруг услышали мы голос Романа.
Она холодно взглянула на Романа, как бы говоря «Вы кто?», но не ответив, вопросительно посмотрела на меня.
– Извините. Это мой коллега Роман Олегович. За день он столько насмотрелся, что при виде вас, сразу подтянулся, и вот сорвалось с языка. Если вы не возражаете, то он поприсутствует на приеме. Он хороший доктор.
– Извините меня, – проговорил Роман, – но я имел ввиду, что у вас не только лицо, но фигура прекрасна. Красивой женщине говорить комплимент всегда приятно. Но у вас ухоженное лицо, поэтому несколько, странно выглядит обращение к Дмитрию.
– Вот потому и ухоженное, что я обращаюсь к нему. – Нина говорила спокойно. Зная, что ее внешность приковывает внимание, она говорила медленно, чтобы слова доходили до собеседника. – Я далека от высокопарных слов, но Дмитрий гений, волшебник в своем деле.
– Знали бы вы, как во мне живет злодейство, – пошутил я.
Нина поняла шутку и улыбнулась. Я подошел к ней и стал рассматривать ее лицо. Все хорошо. Вы хорошая пациентка и соблюдаете все мои рекомендации.
– Стараюсь. Я далека от иллюзий, но чтобы не говорили, хочется подольше выглядеть привлекательной.
– Всему свое время. Во всяком возрасте надо искать свои плюсы, но конечно, надо следить за собой. Есть вещи, которые трудно устранить. Мой коллега, который занимается пересадкой волос, иногда говорит «Ваши волосы, так вылезают, чтобы обнажить ум». Не пациентам, конечно, но думает, когда обнажать нечего.
– Смешно, – снова улыбнулась Нина.
– И так, – продолжил я, – дам рецепт с новым составом.
– Можно мне сказать, – снова встрял Роман, – я оставлю один рецепт Дмитрию. Он его проверит и может быть предложит вам.
– Если проверит, то возможно. Я ему доверяю.
– Конечно, конечно. Мне действительно будет приятно оказать вам эту услугу. Поверьте, я так много видел в своей жизни, что хочется, увидев красоту, попытаться сохранить ее, как можно дольше.
Нина с интересом посмотрела на Романа. В ее глазах я увидел не просто любопытство, но и интерес, как к мужчине. Ничего, однако, не сказав ему, она обратилась ко мне: – Когда прийти за кремом?
– Через два дня.
– Хорошо. Всего доброго. – Она встала и направилась к выходу из кабинета. Две пары мужских глаз, или одна, так как я не знал, есть ли пол у Романа, провожали взглядом стройную женщину, над фигурой которой природа не поскупилась.
После ее ухода Роман сказал: – Ты посмотри, какая женщина. Ее тело создано для греха и будь уверен, она это знает и использует его. Мне ли не знать. Вообще все сексуальные отношения из разрядов относимых к грехам ерунда. Вот прелюбодеяние – это грех. А почему его сделали грехом. Потому, что это секс с человеком, который тебе, в общем безразличен. Так, физическая потребность. После наступает пустота, безразличие, поговорить иногда не о чем, и люди, пытаются побыстрее расстаться, так как их тяготит взаимное присутствие. Прелюбодеяние это просто расчет и похоть. Похоть не испытывает душевной близости и человек не вызывает интереса, как личность. Все просто.
– Тело действительно приятное. На вас она смотрела не без интереса.
– Это одна из сторон моей сущности, привлекать женщин. Но ее внешность сыграла с ней злую шутку, оставшись одна, она порой не знает куда себя деть.
– Шутку? И кто постарался пошутить?
– Да бросьте вы! Ни он, ни я не имеем к этому никакого отношения. Не думаете же, вы, что люди лепятся, как на конвейере из деталей. Кому досталась качественная внешность, кому нет.
– Как появляются дети, я знаю!
– Конечно. Но она одинока. Подруги завидуют и боятся за своих мужей. Мужики видят тело. Она научилась распознавать мужчин. Она их чувствует. Ей не интересен просто мужчина, этого ей хватает. Ей нужен ее мужчина. Кстати, к вам она ходит, просто поговорить, потому что вы смотрите на нее, как на женщину, без глупостей в голове и она это чувствует. Она очень ранима. Обычно прием длиться дольше?
– Вы это о чем?
– Исключительно о приеме. Просто сегодня она не захотела быть более откровенной в разговоре. Так?
– Да, обычно она так быстро не уходит.
– В вашей работе, Дмитрий, есть важный момент. Вы видите женщин, но вы видите их, как надо видеть врачу. Но вы и мужчина и видите красоту женщине в правильном русле. Красоту видеть надо уметь.
– Спасибо за комплимент, что касается Нины, учту.
– Учтите. Я хоть и демоническая сущность, но порой бываю сентиментален. Я не помешал вам сегодня свои присутствием?
– Нет. Вы вели себя скромно.
– Мне это было тяжело. Тогда я пошел?
– Конечно, пора закруглятся и домой.
– Дмитрий, а как вы относитесь к тому, чтобы продолжить заседание завтра?
– Уже спокойно, как к неизбежности.
– Не надо так обреченно. Тогда я вас завтра жду часов шесть после работы. А пока пошел к вашему заведующему. Всего доброго, – и он вышел.
Оставшись один, впервые за весь день, я привел в порядок записи посещений и покинул кабинет.
Глава 6. Заседание № 2.
На другой день, Роман, ждал меня, как и в первый раз около машины.
– Добрый вечер, – приветствовал он меня.
– Добрый.
– Ну, вот, такое настроение мне нравиться больше.
– Пытаюсь. Как вчера встреча с заведующим?
– Вы знаете, милейший человек. Очень практичный. Извините, Дмитрий, но это мой клиент. Я его не буду трогать, как и обещал вам. Но! Когда наши дела закончатся, он обязательно попадет в поле моего зрения, я не упущу свой случай.
– Наши дела! Не знал, что у нас есть общие дела. И что у нас общего?
– Не придирайтесь к словам. А общее есть. Хотя бы то, что мы сейчас вместе. И слушание у нас одно и тема одна.
– Я понимаю, что вы хоть и обещали, но что будет потом мне все равно не узнать. Вы же не пришлете мне отчет?
– Это верно, – засмеялся Роман, – не пришлю. В моей канцелярии есть отчеты, но не бумажные, и уж точно не для отчета для человека.
– А хотелось бы посмотреть. Что касается Константина, практичности у него не отнять. Даже очень практичный. А скажите, что это вы вчера писали в свой блокнотик? Поехали?
Мы сели в машину. Отъехав от обочины, я не стал настаивать на ответе, но Роман сам продолжил, после непродолжительного молчания, – паузу выдерживали? Вчера не спрашивали. Ну,
