Серафима сочувственно покивала, а сама наблюдала, как старый атландиец обнимал своего ученика, того самого Хода, при одном упоминании имени которого другие ученики Иорлика мученически закатывали глаза. Любопытство так и распирало Фиму, и она, взяв протянутый стакан из рук Юлианы, неосознанно сделала несколько шагов в направлении беседующих.
— Интересно, о чём они говорят, — рядом раздался голос Матвея.
Парни так же, как и девушка, наблюдали за Тмангом и Ходом. Если Иорлик был привычно одет в мундир, то его ученик облачился в светлый лёгкий джемпер, белоснежные брюки, кроссовки в тон им, на шею намотал длинный, узкий тканевый шарф. Фима заметила браслет на запястье, а в правом ухе блеснула серьга. Кудри у лучшего ученика Тманга были светлее на концах и уложены гелем. Он весь казался слишком ухоженным для военного. Капитаны, которые их возили на флаерах, не уделяли своему внешнему виду столько внимания.
Ход возвышался над наставником на полголовы, узкие глаза искрились радостью, но Фима слышала, о чём он говорил с наставником, и ей казалось, что он лицемерил.
— Да, я уже не тот, что раньше, — устало ответил Иорлик, не переставая улыбаться ученику.
— Мне можете не рассказывать, — с лёгкой иронией произнёс Ход. — Как были великим хитрецом, так и остались. Скажите-ка мне лучше, чем вас так расстроили земляне, что вы продержали их двадцать минут на солнцепёке.
— Ах, это, — улыбка Тманга на миг угасла, а любопытство Фимки достигло своего пика. Она не могла поверить, что омер намеренно это сделал! — Впредь будут умнее. Я, старый атландиец, должен ждать их больше часа! Что за неуважение к возрасту!
Ход рассмеялся, от чего его кудри заплясали.
— О, боюсь, вы перемудрили. Бьюсь об заклад, они ничего не поняли. В следующий раз так же будут стоять на солнцепёке и ждать, когда вы над ними сжалитесь. Вы переоцениваете умственные способности землян.
— И всё же я верю в них, — не поддержал веселье ученика старый Тманг, чем заслужил ещё больше уважения от Фимы.
Хотя она должна признать, что и в словах Хода была истина. Ведь ребята, как и она сама, не уловили хитрого намёка атландийца, не поняли, что оскорбили его, а ведь господин Гаврилов приказал поторопиться. Предупреждал не затягивать с завтраком. Они оскорбили хозяина своей медлительностью.
— Вы опять упомянули о возрасте, — Ход решил, что стоит прогуляться вдоль коридора, так как из-за них посетители боялись подойти к регистрационному табло. — Я жду объяснений.
— Ты всегда был проницательным, мой ученик, — кивнул в ответ атландиец. — Да, старость приходит и к таким великим хитрецам, как я. Её, увы, не обмануть и не обыграть.
Фима следовала за атландийцами, прильнув губами к стакану, цедя воду. Быть пойманной за подслушиванием ей не хотелось, но и упустить шанс услышать разговор она не могла.
— Аранс сообщил, что вы в последнее время активизировались. Готовите замену себе?
— Да, и я надеюсь, что ты согласишься.
— И не подумаю, — дерзко отозвался Ход, которому претила сама мысль занять место учителя.
— Дантэн, ты слишком упрям.
— И ничего плохого в этом нет.
— Есть. Если закрывать глаза на правду, никогда не научишься на своих ошибках. Ты должен посмотреть правде в глаза. Ты невыносимый упрямец. Ты лучший среди моих учеников.
— Давайте отложим этот разговор о ваших слабаках на другой раз. Я не намерен поучать вас, как воспитывать учеников.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, — выдохнул расстроенно Тманг, — ну вы посмотрите на него. Не так давно ты сам называл меня учителем!
— Было время, — усмехнулся Ход.
Фима рассматривала широкие спины атландийцев, не понимая, как можно в таком тоне общаться с наставником, хоть и бывшем. Перебивать его и даже иронизировать.
— Я хотел спросить, зачем вы уговорили землян участвовать в играх Сильнейших? Это только унизит их. А я всегда считал, что вы питаете слабость к землянам.
— Да, мне они нравятся, и я хочу, что бы ты присмотрелся к ним.
— Увольте, уже насмотрелся.
— И всё же я настаиваю, Дантэн. Присмотрись. В них есть то, чего не достаёт нам.
Брови Хода непроизвольно поползли вверх, а затем он рассмеялся и похлопал наставника по плечу.
— Теперь я вижу, что старость и вправду постучалась к вам.
Иорлик разочарованно вздохнул. Он остановился, а Фима прислонилась к стене, делая вид, что пьёт воду.
— Когда-нибудь она постучится и к тебе, мой ученик. Поверь, не самое приятное время тогда настанет для тебя. Начнёшь переосмысливать жизнь с другого ракурса, не что бы мне ещё сделать, а что я ещё не успел. А я не успел научить тебя главному — уважать слабейшего.
— Правильно, вы всегда говорили, что Сильнейший способен вершить судьбу мира.
— Это так, но, тем не менее, услышь меня, ученик. Останься до игр и приглядись к землянам. Я хочу, чтобы ты сам понял, на что я пытаюсь тебе указать. Хочу, чтобы ты увидел их силу и принял её.
Ход оглянулся на землян, которые растянулись на весь коридор, не имея такта подождать. Он не считал их сильными хоть в чём-то. Слишком молоды, слишком необученные. Всего слишком. Даже он в свою молодость, в двадцать лет, не был таким импульсивным. Хотя и сейчас, в тридцать, порой принимал порывистые решения, но все они были взвешенные и просчитанные.
Фима, прячась от взгляда шоколадных глаз атландийца, повернулась лицом к холлу и заметила рядом с собой Матвея, который протянул ей бутылку с водой, словно для этого и подошёл. В его ухе Серафима заметила наушник, как и у многих других, да и взгляды её однокурсники кидали на Тманга и Хода заинтересованные, и стало понятно, что не одна она подслушивала разговор.
— Ты понимаешь, о чём они говорят? — тихо спросил её Матвей. — Мой переводчик половину не переводит вообще. Набор слов получается.
Фима робко улыбнулась и пожала плечами. Что-то не хотелось ей признаваться. Может и неправильно поняла. Может ей всё показалось: и презрение молодого атландийца в адрес землян, и странная настойчивость Иорлика присмотреться к ним. Слишком много непонятного было в этом разговоре.
— Они слишком глупы, — покачал головой Ход, презрительно кривя губы. — Но я обещаю, что останусь на день. Присмотрюсь к ним. Но завтра мне нужно домой, готовиться к играм.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну что же, увидимся на играх, — искренне обрадовался Тманг, а Фима обиделась, что он не стал спорить с высказыванием своего ученика, бывшим невысокого мнения об умственных способностях землян.
— Вы собираетесь участвовать? — удивился Ход, внимательно вглядываясь в глаза учителю.
