– Но я буду время от времени навещать вас, чтобы проверить, как у вас дела.
«Ах, ах! Всю жизнь мечтали!» – не без ехидства подумала Алекса.
Пройдя мимо женщины, она открыла парадную дверь, подождала у открытой двери, пока гостья, стараясь не поскользнуться на обледенелой дорожке, дошла до своей машины, оставленной на обочине. С глубоким вздохом облегчения Алекса заперла дверь и пошла искать Стефана.
– Ты вел себя очень неосмотрительно, – сказала она с осуждением.
– Не выношу надзирателей.
– И я тоже. Представляешь, она меня спросила… – знаю, о чем она тебя спросила, – перебил он, – я все слышал.
– Тогда тебе должно быть ясно, в каком неловком положении я оказалась. Стефан, я же ровным счетом ничего о тебе не знаю. А если бы она спросила о чем-нибудь из твоей личной жизни…
– У меня нет личной жизни. Пока нет. – Глубоко вздохнув, Стефан обернулся к ней и, глядя ей а лицо, сказал: – Жаль, что так все получилось. Но это не твоя вина. Ты ни в чем не виновата. Все наладится, – пообещал он, но выражение его лица говорило об обратном.
– Ты думаешь, все неприятности позади, и?..
– Не говори о неприятностях, – перебил он ее.
– Потому что у меня опасная привычка искушать судьбу?
– В том числе, – кивнул он с едва заметной улыбкой. – Не очень хорошая привычка.
– Да, – согласилась она.
– Возможно, ты обо мне многого не знаешь, но я о тебе знаю еще меньше, – задумчиво проговорил Стефан.
Он снова отвернулся к окну и стал смотреть в сад, а она, воспользовавшись моментом, откровенно залюбовалась им, обводя взглядом всю его крупную фигуру. Вздохнув, Алекса наконец подошла к нему и встала рядом. Опершись, как и он, о подоконник так, что ее рука почти касалась его руки, она тоже стала смотреть в сад.
– Что же ты хотел бы узнать обо мне? – спросила она.
– Да все что угодно! Содержание твоей анкеты, которую ты заполнила в суде, я помню – возраст, адрес, гражданство… Кстати, где твои родители? Ты ни разу о них не обмолвилась.
Алекса вздрогнула, но продолжала смотреть в окно.
– Где? Не знаю. Наверное, там же, где были всегда. Я стала самостоятельной в шестнадцать лет, и с тех пор мы больше не виделись.
– Почему?
– Потому что я их не люблю. Когда мне было пять лет, они развелись. – И ни мать, ни отец не хотели оставить у себя дочь, с горечью добавила она про себя. Алекса была не в силах произнести это вслух – могло показаться, что она хочет разжалобить Стефана. Чувствуя на себе его взгляд, она опустила глаза. – Откуда мисс Пэттерсон узнала, что ты приедешь сюда именно сегодня?
– Наверное, от миссис или мистера Бейли. Я позвонил им и сообщил, где мы будем теперь жить.
С улыбкой – печальной улыбкой – она небрежно бросила:
– Пойду возьму из машины свои вещи.
– Я сам принесу их. Извини, совсем вылетело из головы. – С какой-то необычной для него улыбкой он задумчиво проговорил: – Знаешь, я вдруг обнаружил, что не знаю, как себя теперь вести.
– И я, – призналась она. – Ведь мы считались друзьями, а теперь получилось так, будто мы ими никогда и не были.
– Это только кажется, ведь, поженившись, мы останемся друзьями, правда?
Алекса постаралась улыбнуться как можно естественней. О чем теперь говорить – дело сделано.
– Эта женщина сказала, что придет еще, – с тревогой сообщила она.
– Мисс Пэттерсон? Да, придет.
– А вдруг она захочет… Мне кажется…
– …она заметит, что мы спим в разных спальнях?
– Да.
Стефан лукаво улыбнулся.
– Бросим твою ночную рубашку на мою кровать сразу, как только она постучится! Не думай об этом, Алекса… Пойду за чемоданами. – Похлопав ее по спине, он вышел.
Алекса неторопливо пошла за ним, приглядываясь к нему так, словно никогда раньше не видела. Для его роста и телосложения у него была поразительно легкая походка. До их женитьбы он казался ей настоящим медведем, но теперь все изменилось. Потому что он мой, подумала она.
– Надо еще захватить вещи Джессики, – буркнул Стефан, спускаясь с лестницы.
Его слова вернули Алексу к действительности, и она переспросила:
– Извини, что ты сказал?
– Поеду за вещами Джессики.
– О да, конечно! И не забудь ее игрушки.
– А! Микробы!
– Что?!
– Микробы, – повторил он, подходя к парадной двери. – Сейчас привезу их сюда. Надо еще позвонить в институт.
Алекса проводила его до машины, незаметно наблюдая за выражением его лица. Стефан выглядел очень усталым. Он напоминал человека, который все делает из последних сил и которому не терпится все бросить и уйти.
– Поезжай, – успокоила она его. – Я присмотрю здесь за всем.
Стефан кивнул и уехал. Вернувшись в дом и заперев дверь, она посмотрела на гору вещей, сложенных в холле.
Микробы. Какие такие микробы! Ладно, потом разберемся. Дело – прежде всего! Нам понадобится… Черт! Она же не сказала Стефану, чтобы купил продукты! Время обеда давно прошло, а ни он, ни она с утра ничего не ели. Нельзя сказать, что она голодна, но чашка чая или кофе ей бы не помешала. Может, попросить у рабочих?
Алекса еще раз обошла дом, и тягостное уныние закралось ей в душу. Дом был какой-то казенный, нежилой. Вернувшись в гостиную, она подошла к каминной полке, на которой стояла ваза с засушенными цветами. Какое отвратительное зрелище! Услышав, что подъехала машина, она вышла на улицу встретить Стефана.
Увидев ее, Стефан почему-то поморщился и отдал ей большой полиэтиленовый пакет, доверху набитый игрушками, чемодан и пакет с продуктами.
– Я купил самое необходимое – хлеб, масло, чай, кофе… – Взглянув на свои часы, он заторопился. – Опаздываю в школу за Джессикой.
Вернувшись в дом, Алекса положила пакет с игрушками на гору вещей, лежавших в холле, чемодан поставила рядом и с пакетом продуктов пошла на кухню.
– Чем уже можно пользоваться? – спросила она у рабочих. – Холодильником, посудомоечной машиной, – ответил один из них. – Духовка еще не подключена, но конфорки работают. И электрочайник тоже.
– Спасибо.
* * *
Мистер Джонс услышал Стефана и Джессику первым. Он стрелой бросился к входной двери, уткнулся носом в щелку и стал тихонько поскуливать.
Как только дверь открылась, он повел себя так, будто не видел Джессику несколько дней, – заглядывал в глаза, прыгал вокруг нее и негромко лаял, выражая искреннюю радость. Алекса с улыбкой наблюдала за ними.
Девочка взглянула на нее, застенчиво улыбнулась и нагнулась, чтобы обнять собаку.
– Любовь с первого взгляда, тихо сказала Алекса.
Стефан нахмурился.
– Джессика, поднимись наверх и выбери себе спальню – какая больше понравится, – предложила Алекса. – Да загляни в шкаф – нет ли там чего полезного. – Если Стефан хочет ей что-то сказать, то пусть говорит не при ребенке, подумала Алекса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
