На капот вскочил Баклан, но прежде чем он успел напасть, Святой протянул руку, схватил Глашу и отшвырнул в сторону, на газон.
Сзади в него вцепилась чья-то рука. Не оглядываясь, Святой ударил каблуком по голени схватившего его человека и той же ногой подсек под колени приготовившегося к прыжку Баклана. Тот отлетел на стекло, но Святой сгреб его за отворот куртки и толкнул в первого нападавшего. Бесформенной кучей парни повалились под колеса машины.
В следующий миг на Святого бросился малолетка, размахивая ножом и подбадривая себя яростным криком. Дальше все напоминало балет. Святой резко пригнулся, распластавшись по асфальту, выбросил ногу в сторону и подставил орущему психу подножку. Тот споткнулся, полетел вперед, широко махая руками, и впечатался мордой в фонарный столб.
Неожиданно стало тихо.
Святой медленно огляделся, дернул шеей, словно поправляя воротник, шагнул к Глаше и протянул ей руку. Девушка смотрела на него снизу вверх с нескрываемым страхом. Бандиты валялись вокруг.
– Где вы научились так драться? – хрипло спросила Глаша.
– В тюрьме, – просто ответил он.
Глаша громко сглотнула.
– А с ними что?
– Жить будут.
Девушка бросила быстрый взгляд на бугая, похожего на чучело. К нему возвращалось сознание. Казалось, он пытается встать, только никак не поймет, где верх, где низ. Его ноги беспомощно елозили в разные стороны, стараясь нащупать опору. Малолетка у столба не подавал признаков жизни. Двое из куча-мала… Глаша прищурилась. Так и есть. На асфальте валялся только один. Второй исчез.
Святой проследил за ее взглядом.
– Удрал?
– Боюсь, что да. Могу поспорить, что он унес с собой мою сумку.
Святой цепко огляделся по сторонам и кивнул.
– Мне жаль, – сказал он без выражения.
Он помог Глаше подняться на ноги и ждал, пока она пыталась привести себя в порядок. Ее усилия на этот счет были так же бесполезны, как попытки вычистить армейский туалет зубной щеткой. Порванную и перепачканную одежду можно было только выбросить. В таком виде ее не пустили бы ни в один вид транспорта, к тому же ключ от квартиры остался в похищенной сумочке.
– Вот черт, – пробормотала Глаша сквозь зубы, стараясь не смотреть на своего неожиданного спасителя.
– Куда вас отвезти? – спросил он.
– Понятия не имею, – огрызнулась она и тут же смутилась. По идее, она должна была испытывать к нему чувство благодарности. Ведь он уже дважды спасал ее. Но она благодарности не испытывала. И все же вежливость взяла верх. – Ключи уперли вместе с сумкой, – пояснила она помягче.
– Разве вас никто не ждет дома?
– На мужа намекаете?
– Почему? Родители. Может быть.
Вопрос отчего-то не понравился Глаше, и она не ответила.
– Пойдемте в машину, – вздохнул Святой, – на вашей одежде столько прорех, что вы простудитесь.
– Какая забота! – фыркнула Глаша.
– Здравый смысл. Хватит капризничать, у меня нет лишнего времени на уговоры.
– Ну и катитесь себе. Я сама о себе позабочусь!
– Без денег, без ключей, в изодранной одежде?
Глаша понятия не имела, что делать, но одно знала твердо: садиться в его машину она не хочет. Этот тип прикидывается добреньким, но сам-то он откуда здесь взялся? Не иначе, следил за ней. А зачем? Может, вообще все подстроено: и драка, и нападение, и кража!
Тем временем Святому надоело ждать, он протянул руку и схватил ее за локоть. Глаша дернулась в сторону.
И тут они услышали громкий крик, несущийся откуда-то сбоку. Крик напоминал вой пожарной сирены и рев раненого носорога одновременно.
Обе головы повернулись в ту сторону. Глаша охнула. Прямо по газону на них неслась женщина. Полы ее плаща развевались, в руке она крепко сжимала увесистую сумку, которой угрожающе размахивала.
Это была Валентина.
Она налетела на Райского как ураган, толкнула в грудь и собралась треснуть сумкой. Райский даже не пошатнулся, но смотрел на Валю с недоумением.
Ожидаемого удара не последовало. Валя вдруг хрюкнула, выронила сумку и отступила, оглядываясь на Глашу.
– Да что тут происходит, черт возьми? – воскликнула она охрипшим от крика голосом.
– Все в порядке, Валя!
– В порядке? Ты в зеркале себя видела?
– Ну да. На меня напали. Отобрали сумку и… все такое.
– Этот напал?
– Нет. Этот, как раз наоборот, спасал… – И, не удержавшись, добавила: – Хотя его никто об этом не просил.
Тут Валя наконец заметила троих бандитов, которые вяло шевелились неподалеку. В ее взгляде, обращенном на Райского, промелькнуло уважение.
– Валь, а ты как тут оказалась? Ты же ушла полчаса назад!
– Да очки в ремонт относила. Пришла получать, а они – «не готово». Пришлось шугнуть их и подождать, пока доделают.
– Не хочется прерывать вашу беседу, но, мне кажется, Глаша, нам пора ехать.
– Куда это? – встрепенулась Валя.
– Не знаю. – Глаша пожала плечами и объяснила ситуацию.
– Едем ко мне. Переночуешь, завтра утром заедем на твою квартиру, вызовем слесаря, замки поменяем.
Глаша заметила, что Райский даже не пытается скрыть разочарование. У него, как пить дать, имелись свои планы.
– Ну и куда вас теперь везти? – спросил он скучным голосом.
– Никуда, – отрезала Валя. – Вам, уважаемый, отдельное спасибо и, как говорится, медаль на грудь. Дальше мы как-нибудь сами. У нас свой транспорт имеется. Пошли, Глаш, я свою тачку за поворотом оставила.
Проводив их глазами, Райский пошел в другую сторону. На шпану он даже не взглянул. По лицу его было видно, что он о чем-то размышляет. И мысли его были мрачные.
Глава 8
Валентина жила в частном доме на окраине города. Место было исключительно живописное, почти под самыми окнами плескалась река. Имелся и огород, на котором произрастала всякая всячина. Ею кормилось все семейство, включающее саму Валю, ее мать и двоих сыновей-погодков. Старший уже заканчивал школу.
Валя была вдовой. Отец мальчишек утонул в реке по пьяному делу. Валя не любила об этом говорить, но и так нетрудно было догадаться, что особой печали по поводу его гибели в семье не испытывали. Никчемный был человек – драчун и пьяница. И жену бил, и детей, коли попадали под горячую руку.
Тянуть мальчишек было нелегко. Валюха мечтала пристроить их в институт, так как пацаны уродились башковитые, да и от армии их уберечь не мешало. Беда, что денег у нее не было. Как ни копила, как ни изворачивалась, а собрать нужную сумму не могла.
…Старенькая «копейка» досталась Вале от мужа – единственная ценная вещь, которую он не пропил, да и то по чистой случайности. Машинка барахлила, и желающих купить ее не нашлось. После смерти мужа Валя долго думала, что делать с развалиной. Водить она не умела, чинить – тем более. Поразмыслив, она решила, что колеса в доме пригодятся если не ей, то мальчишкам. Нашелся и мастер, который за умеренную плату отладил старушку. Получив машину, Валя махнула рукой и отправилась на курсы вождения, да так втянулась, что сейчас рулила весьма лихо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
