— Забота об алкоголиках — это, по-вашему, служение Богу?
— А чем, по вашему мнению, мне следует заниматься?
— Я не стану отвечать, — заявил Август, бросив на Ювеналия многозначительный взгляд.
Линн перехватила этот взгляд и пришла к выводу, что ей лучше встать и уйти, оставив их наедине. Привстав, она взяла свою пачку сигарет.
Ювеналий заметил этот жест и сказал:
— Мне пора идти работать.
Август поднялся, взял газету и, сворачивая ее, произнес:
— А меня ждет отец Нестор. Я скажу ему, что вы будете в воскресенье, хорошо? Я заеду за вами.
Пожав плечами, Ювеналий кивнул.
— Была рада с вами познакомиться! — сказала Линн вслед уходящему Августу, но он даже не оглянулся. — Что будет в воскресенье? — спросила она у Ювеналия.
— Освящение церкви Святого Джованни Боско. Я когда-то знал пастора, и, думаю, он хочет, чтобы я присутствовал на освящении.
— Ювеналий, я никогда не слышала о святом Джованни Боско. В чем его святость? Пару слов, если можно…
— Джованни Боско родился в 1815 году в местечке Бекки, возле Турина. Скончался в 1888 году в Турине, канонизирован в 1934 году. Он инициатор обучения бедных. В 1841 году он был рукоположен в сан священника, а в 1859 году основал общество помощи осиротевшим и обездоленным, деятельность которого охватывала торговые, сельскохозяйственные и общеобразовательные школы, а также семинарии, центры отдыха и молодежные клубы в крупных городах, летние лагеря, церковные приходы. Еще до его смерти деятельность общества распространилась в Англии, Франции, Испании и Южной Америке. Вот, пожалуй, и все, если вкратце. Ну а сейчас мне пора идти, — сказал он, поднимаясь из кресла.
— Мне хотелось бы еще раз встретиться с вами. Это возможно?
— Посмотрим, — бросил Ювеналий на ходу.
7
Сидя в дорогой двухдверной модели автомобиля «додж-чарджер» Августа Марри, отец Нестор какое-то время помалкивал, а затем сказал:
— Надо было бы мне с ним поговорить, если вы не вполне уверены.
— Я не говорил, что я не уверен, я сказал, что он хочет от этого уклониться. Он стал другим, — добавил Август. — Никакого смирения я в нем не заметил.
— Он всегда проявлял смирение. Насколько я помню, он был весьма скромен, послушен голосу рассудка. В конце концов, устав нищенствующего ордена францисканцев требует обязательного соблюдения благочестия, любви к ближнему, проявления участия и человеческого тепла. — Отец Нестор замолчал, а минуту спустя вскрикнул: — Ой-ой-ой! Мне нужно в туалет…
— Почему вы не зашли в туалет, пока мы были там?
— Зашел. Но мне снова надо, опять скрутило.
Август промолчал. Он обдумывал заголовок будущей брошюры, которую собирался издать в своей типографии.
А что, если назвать этот своеобразный пресс-релиз «История брата Ювеналия»? Нет, не годится… А если «Миссионер, творящий чудеса»? Нет, не то… А если «Чудотворец с Амазонки»?
— Мне невмоготу больше ждать, — проскулил отец Нестор.
А если статью озаглавить «По стопам святого Франциска»?
— Когда начинаются колики, жить не хочется, — промычал отец Нестор. — Врач сказал, что у меня амебная дизентерия. У меня она много лет.
— Мы уже подъезжаем, — сказал Август, поворачивая свой «додж-чарджер» на шоссе, ведущее к аэропорту Детройта.
Был час пик. Он без конца сигналил машинам, оказавшимся у него на пути.
— Алкаши чертовы, спят на ходу, — бросил Август в сердцах. — Зальют зенки винищем и пивом и не видят дороги домой. Не понимаю, не в состоянии постичь, почему он работает в центре для алкоголиков.
— Мы уже приехали? — вякнул отец Нестор.
Типография Августа Марри находилась прямо напротив здания аэропорта.
В нескольких кварталах севернее находилась средняя школа, где он учился, а чуть дальше — начальная.
Августу Марри было тридцать семь лет, он никогда не был женат, не ухаживал за девушками и был прихожанином храма Святого Давида всю свою жизнь, за исключением полутора лет учебы в семинарии. Его родители переехали в город Тампу, во Флориде, и он жил теперь один, в квартире над своей типографией, над черно-желтой вывеской «Печатное слово». Над входом в типографию была еще одна: «В присутствии заказчика».
Август припарковал машину за домом, поспешно направился к двери, гремя связкой из пятнадцати ключей, и указал отцу Нестору на туалетную комнату, проходя через вестибюль.
Отец Августа, бывало, по-хозяйски расхаживал здесь, но потом с ним случился удар. В помещении типографии царили тишина и полумрак. Работы почти не было. Офсетная печать использовалась мало. Работал опытный наборщик на IBM, имелся фотоаппарат, резак, фальцевальная машина на конце рабочего стола. Было душно, пахло типографской краской.
Отец Августа печатал приходские бюллетени, бумажные салфетки, картонные пакетики с бумажными спичками и вывешивал свои счета на деревянной доске на стене.
Август бросил газету на стол и включил вентилятор, стоявший на картотечном шкафу.
Никаких салфеток и прочей муры! Раскрутить Нестора — это главное. Это ж надо, такая удача!.. Как говорится, carpe diem — лови момент…
Отец Нестор Чарницки, пятидесятидвухлетний монах-францисканец, девятнадцать лет прослужил в Сантареме, в Бразилии, на реке Амазонке. Возвратился с амебной дизентерией и с историей о своем собрате, творившем чудеса.
Нестор Чарницки, дядя Грега Чарницки, члена Общества Святого Духа, был приглашен на встречу с просьбой рассказать о своей миссионерской деятельности. Август был ошеломлен услышанным. Это же надо! Ребенка исцелил. А что кровь появилась — это ведь знамение.
Отец Нестор служил обедни, используя латинские и португальские слова и никогда — английские. Если его заставят служить на английском языке, он лучше уедет во Францию и присоединится к католическому архиепископу Марселю Лефевру, богоугодному поборнику традиционной церкви.
Август попросил его рассказать подробнее о появлении крови на теле исцелителя. Разве он не видел следы крови? Получив положительный ответ, Август задумался. Главное — надо наладить отношения с Ювеналием, но не раскрывать ему сразу все карты. Но прежде всего следует основать новый приход, где Нестор станет пастором, затем следует пригласить архиепископа Лефевра освятить церковь. Точно так же, как это сделал в свое время папа Пий X в Техасе. Папа Пий X издал энциклику, отвергающую «модернистскую ересь» католической церкви, еще в 1907 году. Пора и ему приниматься за настоящие дела!
Спустя пять месяцев Общество Святого Духа арендовало недействующую баптистскую церковь в Олмонте. Возникла, правда, незначительная проблема — переписка с архиепископом Лефевром выявила досадный факт. Он мог приехать на освящение церкви не ранее чем через год.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
