— Но возвращаясь к моему бездельнику, — вновь заговорил граф. — Не окажешь ли ты мне услугу, мальчик мой?
— Все что угодно, Лаврентий Анатольевич.
— Займи моего Мелентия. Хоть на охоту возьми его разок. Знаю, что поссорились вы, но мочи нет его больше в доме терпеть. Хоть бы полдня в тишине да покое провести.
— Не вижу никаких препятствий к этому, Лаврентий Анатольевич. А ссора наша такая пустяковая была, что я уж и думать о ней забыл. И Мелентий, надо полагать, тоже. Я заеду к вам завтра, поговорю с ним.
— Отчего же завтра? Вы можете поговорить прямо сейчас! — удивился граф.
Олег нахмурился. Мелентий был известным человеком в здешних местах. И, к сожалению, известным не с лучшей стороны. Особенно много неудобств доставляла его привычка приходить на балы тогда, когда его туда не приглашали. Впрочем, как ни старались упрекнуть его хозяева в плохом поведении, сделать это в открытую никто не мог. Молодой человек так ловко маскировал свой визит убедительными причинами, что не было никаких поводов выставить его за дверь без опасения прослыть негостеприимным.
Оставлять Анну без присмотра у Олега не было ни малейшего желания и права. Но и отказать старому другу в небольшой просьбе молодой человек не мог. Получив заверение Лаврентия Анатольевича, что княгиня не будет брошена в одиночестве, Олег отправился на поиски друга.
Как и предполагалось, свободные минутки между танцами Мелентий коротал в весьма приятной компании. Окруженный юными красавицами и их сопровождающими, молодой человек с упоением предавался тому делу, которое давалось ему лучше других: забавлял слушательниц полуфантастическими байками об охотах в дальних краях. Дамы слушали Мелентия с неизменным восхищением, замиранием сердца и отчетливо проступавшим на их прелестных личиках желанием быть единственной и неповторимой для говорившего.
Да и могло ли быть иначе? Мелентий был чертовски хорош собой, обладал завидным чувством юмора, умел быть галантным и обходительным. Умел сказать то, что хотели услышать, и промолчать тогда, когда требовалось. К тому же он был потомком и единственным наследником древней дворянской фамилии и весьма внушительного состояния.
— И тогда я спрятался за кустами колючек, — расслышал Олег фразу.
Князь усмехнулся. Репертуар его друга с годами не менялся. Мелентий рассказывал все ту же историю про индийского тигра, что поражала внимание слушателей и год, и два, и пять назад. Лишь однажды история претерпела небольшие изменения. После обвинений настоящего охотника в "некоторых преувеличениях действительности".
— Он, конечно же, прыгнул на меня, но колючки задержали его, — продолжал тем временем Мелентий, не замечая подошедшего Олега.
Молодой князь решил не вмешиваться в представление. Он облокотился на спинку одного из стульев, образовавших круг возле импровизированной сцены и продолжил так стоять до самого финального поклона. Аплодисменты, разумеется, тоже были. И кокетливые взгляды. И пара платков остались на полу возле ног молодого графа, когда большинство зрительниц разошлись готовиться к следующему танцу. Мелентий осторожно поднял их, стараясь не привлекать внимания. Рассматривать кружевные платочки было опасно, поэтому он просто сунул их в карман, прокомментировав в том духе, что передаст их хозяевам, дабы те вернули их владелицам. Лишь после этого он обратил внимание на человека, пристально наблюдавшего за ним.
— Олег? Ты ли это? Или чудо-чудесное мне мерещится? — чуть нахмурившись, вопросил Мелентий.
Молодой князь усмехнулся. Вздохнул. Покачал головой. А потом они с Мелентием дружно рассмеялись. О ссоре, в самом деле, уже было позабыто, и молодые люди крепко обнялись.
— Какими судьбами вновь в наших краях? — спросил Олег.
— Отец призвал. Письмо от Василия получил. Так обрадовался, что пригрозил больше ни копейки не дать, если в будущие владения жить не переберусь. Представляешь, он хочет, чтобы я тут всю зиму провел! Чтобы в столицу и носа показывать не думал! Всю зиму!!! — Мелентий грустно вздохнул и добавил почти траурно: — Вот случись нам опять поссориться, как я тут утешаться буду? Куда ни пойдешь — везде выследят и доложат папеньке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так давай не будем ссориться, — предложил Олег.
Мелентий хмыкнул, скорчив задумчивую рожицу.
— А знаешь, друг мой… Это гениальное предложение. Настолько гениальное, что я приму его здесь и сейчас!
— В таком случае, прими и еще одно мое предложение. Об охоте. Послезавтра на рассвете.
— С превеликим удовольствием!
— Что ж. Вот и славно. Позволь попрощаться: пойду обрадую твоего отца.
— Так это по его просьбе? — мгновенно опечалился Мелентий.
— И по велению моего сердца также.
Олег похлопал друга по плечу, раскланялся и направился обратно на террасу. Но князь напрасно решил, что проделает этот путь в одиночку. Мелентий не только приходить умел без приглашения, но и игнорировать прощания.
— Так ты не танцуешь сегодня? — словно продолжая разговор, сказал молодой граф.
— Как и всегда.
— Ай-ай-ай! Этак ты никогда не женишься, Олег. Дамы не любят тех, кто не разделяет их светские интересы.
Олег чуть повернул голову, окидывая Мелентия оценивающим взглядом.
— Что-то не заметно, чтобы у тебя свадьба намечалась. При всей твоей любви к "дамским" интересам.
— А ты на меня не смотри. Я тебя все же моложе. Да и нет мне надобности свадьбы добиваться. Ты уж прости, но моя семья не в долгах.
Олег ничего не ответил. Отчасти по тому, что Мелентий был прав и возразить было нечего. Отчасти по тому, что примерно так же начался полгода назад разговор, который привел к ссоре. А ссориться Олегу с Мелентием сейчас совсем не хотелось.
До террасы молодые люди шли в молчании. На пороге им встретились Маркиза и Лаврентий Анатольевич. Мелентий поцеловал Маркизе руку. Спросил о танце. К несчастью, все танцы девушки уже были расписаны.
— В таком случае, дайте мне хотя бы совет. Как пережить мне это горе? — положа руку на "больное" сердце, прохрипел Мелентий.
— Не паясничать! — прикрикнул на него отец.
Маркиза и Олег с улыбками переглянулись. Мелентий виновато опустил голову. После этого граф и его спутница присоединились к парам на паркете, а Мелентий и Олег вышли из душной залы.
Анна все еще была на террасе. Увидев Олега, девушка поспешила тут же оправдать Лаврентия Анатольевича, оставившего ее в одиночестве:
— Они с Маркизой уговорились танцевать. Заметили ваше приближение и, спросив моего позволения, ушли.
— Как ваше самочувствие, матушка? Быть может, вам стоит подняться в вашу комнату и отдохнуть немного? — чуть громче, чем требовалось, спросил Олег.
— Нет-нет. Я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы остаться здесь, — с легким кивком отозвалась Анна.
— В таком случае, позвольте представить вам моего друга — Мелентия Лаврентьевича.
Олег отошел в сторону, позволяя Анне увидеть молодого графа, а графу — молодую княгиню. Они приветствовали друг друга. Издалека, поскольку Мелентий отчего-то топтался в дверях, будто не решаясь подойти ближе.
Олег нахмурился. Это было слишком не похоже на его друга: смущение, стеснение, растерянность. Молодой князь терялся в догадках о причинах такого поведения. И уже стал изыскивать способы исправления положения, когда Мелентий все же сделал шаг вперед.
— Позвольте заметить, вы очень красивы, — каким-то не своим — очень спокойным и искренним — голосом произнес молодой граф.
— Благодарю, — вновь склонилась в реверансе Анна.
Когда девушка выпрямилась, Мелентий уже стоял возле нее. Все такой же непривычно спокойный внешне, он часто дышал и смотрел так пристально, что со стороны это казалось неприличным. Правая рука его была вытянута вперед, готовая коснуться хрупкой ладони Анны и поднести ее к губам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но молодая княгиня руки не давала. Заметно побледнев, она вглядывалась в черты лица Мелентия. Дыхание ее становилось чаще и глубже: как бывает, когда не хватает воздуха.
