На Соммерсе поворчали, но проводника отправили. Через четыре дня Николайцев пришел к озерам. Немного отдохнув, он увел группу Шимицу к Соммерсу. В тот же день ушли Грочек и Зимин. Их путь, учитывая крюк до Малой Караконджулы и проверку лабораторий, должен был занять дней шесть-семь, никак не больше. Но прошло уже две недели, а об ушедших не было ни слуху ни духу. У Зимина имелся аварийный комплект радиоракет, но никаких сигналов радисты Рибейры не принимали, хотя и работали в экстренном режиме.
Организовать поиски Пущин не мог. Трое добровольцев дошли через озеро Восточное до Малой Караконджулы. Стало ясно, что проводник с биологом были возле автоматических лабораторий, провели индикацию и ушли на маршрут. Добровольцы просили разрешения дойти до подвесного моста, но Пущин запретил. Как узловой директор станции он отвечал за все последствия неосторожных решений и знал, что двое пропавших в любом случае лучше, чем пятеро. На помощь из Соммерса рассчитывать тем более не приходилось. Зато, когда стало ясно, что Шимицу ведет не Мортимер и не Николайцев, а Джей Вагош, Пущин страшно обрадовался. Он знал Вагоша сто лет и очень на него рассчитывал, ведь ситуация была более чем нехорошая. Вместе с тем теперь Пущин чувствовал себя крайне неловко, понимая, что использует личные отношения. Не очень уверенно он попытался предложить в спутники Валентина Скарнетти, неплохо знавшего окрестности озера. На что Джей ворчливо ответил, что не собирается без конца водить людей из Соммерса в Рибейру и обратно.
Полагая вопрос окончательно решенным, он уже собрался уходить, но Пущин его остановил.
– И вот что еще, – немного конфузясь, проговорил директор. – Три дня назад мы получили переданный с атмосферной радиоракеты шифрованный массив информации…
Уже поднявшийся было Джей опять сел в кресло.
– Я обязан поставить в известность всех работников, отвечающих за безопасность купола. – Пущин барабанил пальцами по столу, – а так же всех полевых наблюдателей.
Джей приподнял брови. Пущин кашлянул.
– Центральная предупреждает нас о возможности терактов, – сказал он и уставился на Джея.
«Вот тебе и Фил Розенштайн», – ошарашенно подумал Джей.
– Велика вероятность применения боевых психотропных веществ типа «inside hypno», – продолжал Пущин. – На Центральной думают, что главная цель террористов – проникновение в крупные купола под видом сотрудников.
– А на чем базируется информация? – спросил Джей.
Узловой развел руками:
– Этого мне не сообщали. Может, начальство страхуется в связи с прибытием крупной шишки, а может, и нет… По крайней мере, будешь в сельве, смотри в оба. Пусть Аверин укомплектует тебя всем необходимым. И еще, имей в виду, на ночь глядя я тебя не выпущу.
– Это я уже понял, – сказал Джей, поднимаясь.
Беседа с Пущиным состоялась вчера, а сегодня Джейслав Вагош в компании щенка индри и робота шерпа шагал по берегу, вдыхая слабый запах тины и время от времени возвращаясь мыслями к этому разговору, оставившему в душе пренеприятнейший осадок.
Заросли мангровой пальмы внезапно закончились, зелень, пучки травы и цветной мох отступили от воды, обнажая сглаженную временем и волнами скальную плиту, полого уходящую в воду. Плита тянулась на несколько километров, образуя неширокий серый пляж.
Джей шагал вперед, наблюдая за мягким бегом киберносильщика. Время от времени Чак, успевший привыкнуть к маленькому механическому жуку, тащившему канистру с водой, проносился мимо Вагоша по самой кромке воды, чтобы через тридцать шагов нырнуть в заросли кустарника, сделать круг и опять промчаться по каменному берегу.
– Стоп, – внезапно проговорил Джей, поднимая руку.
Кибер остановился почти мгновенно, щенок затормозил всеми четырьмя лапами и завертелся на месте.
– Так, – сказал Джей сам себе, – вот здесь они, судя по всему, и свернули от озера на северо-восток.
Наметанным глазом он внимательно рассматривал следы недавнего вторжения в сплошную стену невысокой растительности. Просеки на Трикстерре зарастают очень быстро, но внимательный и опытный человек вполне может определить их местоположение.
– Несомненно, – Джей, щурясь, поглядел на зеленоватую спокойную воду, потом взгляд его перебежал на заросли со следами взлома, потом снова на воду.
Секунду поколебавшись, Джей стянул с плеч лямки рюкзака и начал расстегивать замки комбинезона. Чак, склонив голову набок, с интересом наблюдал, как одежда ровной стопкой ложится на камень рядом с рюкзаком. Плавки упали на оранжевую ткань «сафари дистанта» последними.
Шерп стоял в сторонке, там, где его застала команда человека, деликатно отвернув плоскую голову. Совершенно голый Джей присел возле рюкзака, достал из карманчика с клапаном упаковку таблеток «биобарьер», называвшихся на жаргоне техников «баро», и бросил пару капсул в воду. «Террористы меня бы точно не поняли», – подумал он, с наслаждением погружаясь в прохладную воду.
Глава 6
Рильза от крупнокалиберного карабина лежала, зарывшись в ворсистый мох, на самом краю поляны. Джей, присев на корточки, какое-то время рассматривал ярко-желтый цилиндрик, потом осторожно взял его двумя пальцами, поднес к лицу и понюхал. Стреляли достаточно давно, наверняка экспансивной пулей «share-shunk».
Чак, рывший носом мох несколькими шагами впереди, призывно засвистел. Индри умеют издавать разные звуки от приглушенного кашляющего потявкивания до фырканья, щелканья и свиста разной интенсивности. Этот свит, издаваемый целой стаей взрослых индри, переходит в нечто похожее на пронзительный вой. Несколько раз Джею приходилось слышать подобные концерты, и он знал, что это производит сильное впечатление, особенно ночью.
Джей обогнул замершего кибершерпа и подошел к Чаку. Еще одна гильза. Точь в точь как первая. Одобрительно потрепав индри по загривку, он автоматически передвинул штуцер поудобнее и на всякий случай снял его с предохранителя. Не так давно здесь стреляли и девяносто шансов из ста были за то, что стреляли Зимин и Грочек.
Сжимая в левой ладони две гильзы, Джей поднялся на ноги. Он шел по следам пропавших людей Пущина уже двое суток. За подвесным мостом их пути запросто могли разойтись, но встречавшиеся время от времени приметы недавнего присутствия человека, а теперь две стреляные гильзы не оставляли сомнений: он движется в правильном направлении.
Стараясь примечать малейшие подробности, Джей озабоченно осмотрелся по сторонам. Его окружала типичная «кружевница». Густые рощицы старого хлыстовника перемежались маленькими полянами. Наверное, если смотреть сверху, это действительно напоминало нечто вроде салфетки брюггского кружева, узоры разной плотности, соединенные подлеском из пихтового папоротника. Для быстрого передвижения такие участки весьма удобны… и все же… Джей шел через кружевницу больше двух часов и все это время ощущал себя не в своей тарелке. Он никак не мог избавиться от ощущения чужого взгляда, пристально и неотступно изучающего его спину. Несколько раз он неожиданно оборачивался, но ничего ни разу так и не заметил. Немного успокаивало то, что Чак вел себя как обычно, не настораживался, ни на кого не делал стойки. И все же…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
