как-то странно на меня посмотрел. Его горящие глаза выдавали жгучий интерес.
— До буйка? — вдруг он решил принять мой вызов.
— Вам дать фору?
— Наденька, ты, должно быть, шутишь. Это я тебе дам фору. У меня намного длиннее руки, намного сильнее тело. Справедливости ради дам тебе фору в 50 метров, — бросил снисходительный взгляд.
— Не нужно меня недооценивать. Меня всю жизнь недооценивают, — посмотрела на него испепеляюще.
— Хорошо, не 50 метров. А 10 секунд.
Сделав глубокий вздох, поплыла к буйку, что располагался в сотне метров от меня. Рвала я изо всех сил, благо еще и в детстве часто ходила в бассейн.
Чувствуя свое превосходство, гнала на пределе своих возможностей, как вдруг заметила, что он меня уже обогнал, а мне еще не менее тридцати метров до «финиша». Поднажав, совсем не смогла даже немного уменьшить наш разрыв. Никон финишировал первым, заметно меня опередив.
Что ж, теперь у меня будет козырь стыдить его, что справился с маленькой нежной девушкой, вместо того, чтобы просто поддаться…
Плавая воле буйка, смотрел на меня победоносно.
— Я же говорил, что выиграю.
— Поздравляю с победой! Вы же соревновались на равных, — не знаю почему, но захотелось его зацепить.
Может все дело во вчерашнем. Моя нереализованная сексуальная фантазия рвалась наружу. А он, кажется, и думать забыл о том, что со мной можно как минимум пофлиртовать. Понимая, что уже погрязла в своих неразделенных чувствах, пыталась призывать остатки разума к благоразумию. Но не получалось.
— Наденька, ты обиделась? По-моему, наши соревнования были вполне честными. Ты сказала, что тебе не нужна фора. Я все же дал фору в 10 секунд, хотя хотел дать 50 метров. Тогда-то у тебя был реальный шанс, — вдруг подплыл вплотную.
Касаясь меня «случайными» движениями, заставлял напрячься. Я нервничала. Во-первых, он так близко, во-вторых, в Индийском океане не такие уж спокойные волны. Они подбрасывали нас, раскачивая на воде. Хотелось скорее доплыть до берега, чтобы поразмыслить и успокоиться.
— Нет, я не обиделась, — вдруг ответила с некоторой паузой. — Думаю, можно будет чуть позже переиграть с форой в 50 метров, — резко развернулась к берегу.
Но Никон вдруг меня настиг и схватил под водой за ногу. Развернувшись, посмотрела с упреком.
— Ты когда-нибудь целовалась под водой?
— Что? — сердце забарабанило в груди.
Никон подплыл, снова нарушая мое личное пространство. Его губы были в миллиметрах от моих. И только вода, которая иногда накатывала волнами, приводила меня в чувства. Как вдруг мой «Кэнон» захватил меня в объятия.
— Задержи дыхание на двадцать секунд, — произнес, пристально всматриваясь в глаза.
Прижавшись к моим губам, потянул нас обоих под воду. Хорошо, что он сразу меня предупредил о своих планах, иначе бы я очень испугалась. Ощущения от поцелуя под водой были какими-то другими. Обволакивающая наши тела вода, к моему удивлению, не мешала, а наоборот помогала.
Наш поцелуй длился всего мгновение, а потом Никон отпустил меня. Возвращаясь на берег, шла к шезлонгу с пульсирующими щеками. Он провокатор, манипулятор и искусный пикапер. Теперь я в этом уверена точно. Слишком правильно ухаживает. Он каждую секунду знает, что нужно делать, чтобы девушка поплыла. Не может мужчина ни разу не совершать ошибок. Его действия слажены и отработаны от и до.
Я наивно полагала, что он знатный хам. Но это тоже одно из его правил пикапа. Сначала вызвать у девушки желание доказывать, что ты не прав, а потом… потом показать, какой ты паинька.
Только зачем? Зачем он так играет со мной? Влюбился? Вряд ли… У него полно таких желающих зажечь с ним девушек. Тогда что? Ну не верю я в то, что мужчина может быть таким же бескорыстным как я. Может я просто слишком цинична. Вероятно поэтому не любила читать любовные романы, в которых мужчины показаны этакими принцами.
Мне по душе другая литература — там, где космические корабли бороздят пространство вселенной. Ну или что-то, связанное с историей архитектуры. Я фанат всего такого.
Лежа на шезлонге, гадала, у кого же спросить совет. Нужен кто-то с незамыленным взглядом. Кто-то, у кого уже были ошибки с мужчинами, которым что-то нужно было от них. На ум пришла моя тетушка. Она очень творческая натура, художника с именем в городе. Ее влюбчивость возможно и даровала миру несомненные талантливые работы. Но я не готова ошибаться. Я слишком молода для этого…
Без совета кого-то опытного, того, кто скажет правду-матку, не щадя мое сердце, мне сейчас не обойтись. Иначе я утону в этом болоте влюбленности… Интуиция прямо кричит, что нельзя влюбляться. Но ни тело, ни сердце не способны противостоять…
— Ты отдохнула? — спросил меня Никон спустя десять минут тишины.
— А что? — посмотрела на него вскользь.
Если смотрю прямо, чувствую себя дурой. Нашлась, блин, работница! Сначала была в шоке от поездки, потому побежала впереди самолета… Нет, я изменилась. Изменилась до неузнаваемости. И мне стыдно! Стыдно, что он за сутки меня поменял. Щелчок его пальцев и я стою на задних лапках.
— Мы же хотели заняться серфингом.
— Ах, да! — обрадовалась я возможности отвлечься и выбить свою дурь физической активностью. — Конечно, с удовольствием покатаюсь на волнах!
Хоть я говорила и воодушевленно, но на него старалась не смотреть. Мои метаморфозы не прошли для него незаметно.
— Что-то случилось?
— О, нет. Все прекрасно! Просто столько впечатлений!
Никон сел рядом. В его руках была упаковка солнцезащитного крема. Наблюдая за ним словно в замедленной съемке, почти не дышала. Особенно когда он шлепнул на свою ладонь крем и стал втирать его в мои плечи.
— Это что? — пробормотала.
— Не переживай, он водостойкий. На воде можно очень быстро обгореть. А я не хочу, чтобы ты мучилась, — выдохнул, одарив меня томным взглядом.
Пересекаясь с ним глазами, закусила губу. Вот зачем посмотрела на него? Опять не в силах себя контролировать!
Красивый, крышесносный и порочный. Да, он как дьявол-искуситель. Тот самый змей, о которых пишут в старинных книгах.
Мои руки тряслись, а голос дребезжал. Пытаясь сказать что-то более внятное, понимала, как выгляжу.
— Тебе нехорошо?
— Да! Мне нехорошо! Мне плохо! — соскочив с шезлонга, побежала в сторону отеля.
Теплый ветерок, что хлестал в лицо, умиротворял. Но все равно сейчас мне хотелось одного… Мне хотелось ему признаться, что я влюбилась. Да что признаться ему, я хотела об этом поведать всему миру!
Усевшись на ободок фонтана, запустила руку в воду. Видя свое растрепанное отражение, решила. Я поговорю с тетей. Но сейчас мне поможет только одно… Признание. Я скажу ему, а уж он пусть решает,
