В голосе женщины слышалось искреннее восхищение и гордость своим господином.
Она огорченно поцокала языком над короткими волосами Мии и сделала прическу, спрятав меж волосами валик, чтобы те казались пышнее, затем аккуратно накрасила девушку.
— Вот — совсем другое дело, — радостно объявила госпожа Масуда. — Госпожа такая красавица!
Зеркало подтвердило — да, по-прежнему красавица. Выпавшие испытания почти не оставили следов на лице, лишь слегка запали щеки, отчего глаза казались совсем огромными. В них застыло изумление пополам с испугом.
— Если госпожа дозволит, я пойду. Слуги такие бездельники, чуть перестанешь приглядывать, совсем обленятся. Позже я подберу для вас личную служанку, посмекалистей.
Мия жалобно посмотрела на захлопнувшуюся дверь, потом вскочила и забегала по комнате.
На протяжении последних нескольких часов девушку не оставляло неприятное ощущение, что она — самозванка, которая обманом проникла в этот дом и ввела в заблуждение хорошего человека.
Она совершенно не понимала, что делать с этим ощущением и с переменами, которые так стремительно ворвались в ее жизнь. Еще несколько дней назад Мия думала, что наконец сумела перехватить руль и лодка ее жизни теперь подвластна ее воле. Но взятый курс вел на рифы, судьба снова отдала Мию во власть Акио Такухати.
Что будет дальше?
— Что там случилось, Хитоми? — Тэруко с жадным любопытством повернулась к фрейлине.
С утра девушки из окна покоев принцессы наблюдали необычайное оживление во дворе. Толпились слуги, бегала туда и обратно стража, пронесли носилки с укрытым сверху полотном телом.
Распоряжением сёгуна им обеим было запрещено покидать женскую половину дворца, но любопытство принцессы было столь велико, что она уже готова была нарушить приказ двоюродного брата, когда Хитоми предложила разузнать все через знакомую служанку.
Сбор сведений занял время, но сейчас, судя по испугу на лице девушки, фрейлина вернулась с новостями.
— Убит самурай из внешней охраны дворца. Его тело нашли в кустах. — Хитоми сделала знак от сглаза.
— Уби-и-ит… — Глаза Тэруко засияли от восторга. — Ничего себе! Известно, кто это сделал?
— Нет, госпожа. Никто не видел убийцу.
— Во дворе был поединок, а никто ничего не видел и не слышал?
— Его задушили, — отчего-то шепотом произнесла Хитоми, — Напали сзади с удавкой. Сейчас капитан стражи опрашивает слуг. Другие самураи говорят, что он вообще не должен был находиться в саду, его место на воротах.
— Какая недостойная и позорная смерть! — Тэруко неодобрительно покачала головой. — Как его имя?
— Сасаки Ёкота.
— Никогда о нем не слышала. Видимо, он был не таким уж хорошим воином, если позволил удавить себя подобным образом.
— Это еще не все. — Девушка пугливо оглянулась. — Госпожа, после смерти у него отрезали ухо.
Нобу ворвался в комнату без стука. В несколько шагов преодолел расстояние до столика, за которым сидел Акио с кистью в руках, и с размаха швырнул на лежащий перед старшим братом лист бумаги какой-то предмет.
— Вот! — пафосно воскликнул юноша. — Я сделал то, о чем ты меня просил.
И замер в позе, изображавшей одновременно гордость и возмущение.
Акио поднял двумя пальцами предмет, оказавшийся отрезанным человеческим ухом, брезгливо скривился.
— Ты его убил?
— Да, — буркнул младший брат.
— А ухо зачем отрезал?
— Чтобы ты видел!
— Дурак! — Даймё раздраженно отодвинул начатое письмо вместе с ухом. — В следующий раз просто убьешь. Не надо трофеев.
Глаза Нобу изумленно расширились:
— В следующий раз? — В голосе юноши послышались истерические нотки. — Ты хочешь сказать, будет следующий раз? Да ты знаешь, через что мне пришлось пройти?! Убивать человека, когда рядом столько стражи! Меня чудом не поймали!
— Не поймали же.
— Если бы не твои непомерные амбиции, всего этого не было бы! Это ты сначала сдружился с Асано, а потом сделал их врагами! Из-за тебя сёгун удерживает Хитоми в заложницах. Из-за тебя отец…
Обличительную речь прервала оплеуха. Хорошая такая. Смачная. Звонкая.
— Прекрати истерику! — свистящим шепотом потребовал Акио, испытывая большое желание добавить к оплеухе еще парочку.
Нобу уставился на старшего брата, тяжело дыша. В широко распахнутых глазах блеснули слезы.
— Ты никогда бы не ударил никого из своих вассалов, — сказал он дрожащим голосом. — Ты меня совсем не уважаешь, да?
— Никто из моих вассалов не посмеет повысить голос на своего даймё, — холодно отрезал Ледяной Беркут. — А если посмеет, я его убью. Ты мальчик или самурай, Нобу? Брат или вассал? Подумай.
Нобу сглотнул. Сейчас Акио до боли напомнил ему отца в гневе.
— Иди. До завтра ты мне не понадобишься.
Он кивнул на дверь и выжидающе посмотрел на младшего брата, как будто вопрошая: «Ну, чего встал?» Нобу понял, что не дождется слов благодарности за грязное дело, которое пришлось совершить. Обида встала горьким комом в горле — ни проглотить, ни выплюнуть злыми словами.
Нобу всегда испытывал в адрес старшего брата опасливое восхищение. А тот смотрел на него как на пустое место. Мальчишкой Нобу мечтал, как однажды вырастет и станет равным или даже более сильным, чем Акио. В конце концов, Нобу тоже Такухати, пусть ему и не досталось родовой магии, не в ней доблесть самурая…
И вот он вырос, а брат по-прежнему помыкает им и ни в какую не желает прислушиваться к его мнению. Нобу ведь и в городскую стражу пошел, чтобы что-то доказать родным. Поначалу так гордился, что сам сёгун отметил его и велел перевести в охрану дворца. Пока Акио не отнял мимоходом эту радость, сказав, что сёгун просто держит Нобу поближе, чтобы иметь возможность влиять на старшего Такухати.
А как страшно и гадко было убивать Сасаки! Подло накидывать удавку из-за спины, удерживать хрипящее и трепыхающееся тело. И как раз рядом пробежала служанка. Нобу чудом не попался. И что? Где благодарность? А ведь он прикрыл Акио. Заплатил за его оплошность, замарал руки кровью, рисковал. Оплеуха — вот и вся благодарность.
— А что с Хитоми? И с предателем? Я хочу помочь…
Старший брат поморщился:
— Ты уже помог. Иди. И забери это. — Акио кивнул на все еще лежащее на столике ухо. — Похоронишь по-человечески.
Он отвернулся, показывая, что беседа завершена. За спиной раздался шорох, стукнула дверь.
Ледяной Беркут недоуменно пожал плечами и достал чистый лист бумаги. Что за фокусы? Смог выполнить задание? Избавился от опасного человека, защитил сестру? Молодец. Но к чему эта сцена с отрезанным ухом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
