Читаем без скачивания Портрет в сиреневых тонах и другие истории (сборник) - Елена Ронина

Ровно в двенадцать Рильке привез меня к отелю. Я его очень благодарила, опять огласила весь список, что мы будем смотреть в Москве, и он поехал на День рождения к племяннику.

Звонка от г. Рильке не последовало.

Близкие люди

Прошу тебя, отдай, наконец, этого ребенка матери, что ты его все время носишь?

Ну почему, ну почему всех мужчин раздражают маленькие дети, особенно чужие! Мой муж, безусловно, исключением не является. Детей он любит не шибко.

То есть любит, но очень издалека. Дети должны быть. Это просто даже неприлично кому-то было бы сказать, что детей у нас нет. Ну и потом, наверное, важно знать, что имеется продолжатель рода. Особенно, если это мальчик. Мы нашего мальчика ждали шесть лет. Я безумно хотела ребенка. Муж тоже хотел и, мне казалось, так же безумно, как и я. Наверное, так оно и есть, просто у мужчин психология другая. Их принцип – дети должны быть, но они не должны мешать полноценной жизни и, тем более, полноценной работе. Когда наш ребенок родился раньше срока, и мы с ним были еще в роддоме, Сергей радостно мне сообщил:

– Как здорово, значит, мы сможем вместе поехать на медицинский конгресс в Рим!

О том, что ребенок еще в кислородной кроватке и весь в проводах, Сергей не думал. Главное, что сын есть и как-нибудь все образуется. Главное, мы его родили!

Где-то я читала, что многие мужчины начинают обращать внимание на детей лет с трех, когда с теми можно начинать общаться. Наверное, это наш вариант. Павлику трех лет еще нет. Так что поживем – увидим. Пока мы отдыхать в Турцию приехали без него. Его оставили на няню. По словам Сергея, ему с няней значительно лучше, чем с нами. (Интересно, чем это?) У меня в связи с этим отдыха полноценного не получается. Меня всю дорогу гложет чувство вины. Как же там без нас наш Павлик? А вдруг ему плохо, а вдруг няня его обижает, а вдруг он плачет? Поэтому наш отпуск я начала с того, что присмотрела себе молодую семью и ринулась ей всячески помогать. Совершенно очаровательные молодые ребята Марина и Артур отдыхали как раз с детьми, причем с двумя. Они себя, наоборот, убедили, что без детей отдых – это не отдых. Или Марина более настойчивой оказалась, чем я. Но итог – я без детей. Отдыхай, но с душевным дискомфортом. Она замотанная, уставшая, но дети с ней.

Причем у Артура отдых получается, он все больше в баре гадкое турецкое пиво потягивает, а бедная Маринка все время втроем – на руках семимесячный Ванечка, за юбку держится четырехлетняя Ира, в глазах у Марины – тоска.

Я как эту картину увидела, даже ничего спрашивать не стала, просто взяла ребенка на руки со словами: «Давай быстро в море». Марина поняла меня с полуслова, уговаривать ее не пришлось.

И вот теперь, когда я приходила на пляж, Марина стояла уже наготове, держа Ванечку на вытянутых руках. Я его ловила практически в полете, его мать в это время уже отплывала. Ваня минут пять удивлялся, минут пять радовался, а потом начинал слегка нервничать. В общей сложности у Марины было минут двадцать. Потом получалось уже неприлично: Ваня так орал, что нас с ним могли выгнать с пляжа. Марина выходила из моря другим человеком, с веселыми глазами и улыбкой на лице. И жизнь не казалась ей уже такой безысходной. Я же была абсолютно счастлива – пусть хоть не своему, так другому ребенку смогла помочь. А то, что он кричал и вертелся у меня в руках, так меня это вообще не волновало. Просто вот ведь парадокс. Если плачет твой собственный сын, вся изнервничаешься и из-за него, и из-за того, что он всем мешает. А здесь – ну абсолютно все равно. Правильно наши бабушки говорили – «золотая слеза не выкатится». Этим принципом, наверное, все няни руководствуются! Няня, няня, как там наш бедный Павлик? Вот они, две крайности – я и Марина. И обе мы не можем расслабиться и отдохнуть.

Главное, вокруг нас много иностранцев, и многие с маленькими детьми. Порой с совсем крошечками. И никто из них не нервничает. Натянули купальники, развалились на шезлонгах и отдыхают. И дети-то у них не орут. Ну, у них и собаки не лают! Все-таки как-то загадочно они живут, непонятно для нас. Наши мамаши живут в вечном страхе, что с детьми что-то случится, в лучшем случае они заболеют. И мы очень слабо умеем радоваться нашим детям в первые месяцы после рождения. Вся жизнь – от кормления до кормления, бесконечные бессонные ночи, и, как результат, безумная усталость и постоянное чувство раздражения. Почему иностранки все время рассказывают, какое удовольствие они испытывают от обязанностей мамы, выгоняют нянь, все делают сами, ловят каждый миг от общения с ребенком? Ведь у нас уже тоже есть и памперсы, и смеси, все, как у них. А головы остались наши, советские. Ничего-то с нами не поделаешь!

Вот и Маринка хотела по-европейски отдохнуть, приехала, как иностранка, со всеми детьми. Ну и что? Муж забутыливает, дети кричат и все время что-то просят. Короче, получилось все по-русски. Ну как тут не помочь?

Времени свободного навалом, целый день на пляже ничего не делаю, даже книжки читать лень. Наблюдаю за людьми. Очень интересное занятие.

Что-то моей любимой бабульки сегодня нет. Видно, не время еще. Муж мой пытается освоить буржуазный вид спорта – серфинг. Второй день пытается залезть на доску и при этом поднять парус. Ну как же человек мучается. Ну прямо жалко его. Значительно лучше, конечно, кататься на водном мотоцикле. Но дорого. Муж у меня бережливый, прокатился пару раз, а дальше жаба начала душить. Серфинг – бесплатный, так что будет лезть и дальше.

А вот и моя бабулька. Ну прелесть, а не женщина! На вид ей, думаю, под семьдесят. Но очень она спортивная. Всегда идет быстрым шагом, кидает полотенце на шезлонг и – в море. Плавает подолгу, потом ловко переодевается, замотавшись полотенцем, в сухой купальник и – под тент, читать книгу. Читает по-немецки – наш человек, надо познакомиться. Мы уже несколько дней друг другу киваем, улыбаемся, но в пространство друг друга не вторгаемся. Тоже, между прочим, одна из очень хороших черт иностранцев: они не навязчивы и не грузят тебя своими проблемами.

– А сегодня совсем не жарко, и ветерок такой приятный, – начинаю я по-немецки.

– Вы правы, – с радостью подхватывает она. – Надо же, вы по-немецки говорите, как это мило. По-немецки говорят сегодня так редко. А вы хорошо говорите.

Ну, тут я пускаю в ход набившую уже мне оскомину фразу про мою родную 66-ю школу с преподаванием ряда предметов на немецком языке.

– А где же ваш муж?

Я вот, кстати, тоже уже начала думать, а где же это наш муж? Обычно к этому времени он уже бросал свою доску и приходил со мной плавать в море. Неужели ему все-таки удалось встать, и он теперь плывет куда-то по волнам, представляя себя капитаном дальнего плавания?

Надо сходить проверить. Мой муж имеет обыкновение задумываться. Задумается и уплывет куда-нибудь. А я что буду делать? Ладно, подожду минут пятнадцать. Только знакомство завязала.

Я вообще люблю женщин в преклонном возрасте. Про молодых мне все понятно, как правило, они сейчас все одноклеточные, женщинам бальзаковского и постбальзаковского возраста, видимо, не интересна я, они со мной не общаются. Чувствуют во мне конкурентку. Зря, между прочим, они все значительно лучше меня. Возраст им только в плюс, а не в минус. Они умеют себя правильно подать, знают все свои достоинства, умеют их подчеркнуть, умеют быть хорошими собеседницами. Я у них учусь издали и тоже, в свое время, буду такой. (Ну, надеюсь.) А вот женщины более старшего возраста общаются со мной с удовольствием. Видимо, чувствуют мой неподдельный интерес. Хотя, что может быть интереснее жизненного опыта женщины, которая прожила длинный век. Я ни разу не ошиблась, завязывая подобные знакомства, и всегда бывала вознаграждена какой-нибудь удивительной историей.

– Мой муж обучается серфингу, он у меня очень спортивный. Правда, пока у него не очень получается, но он очень упорный.

– Ну как же не получается, я видела, как он лихо шел под парусом!

– Боже, вы же уже здесь минут двадцать! Куда же он уплыл-то?

– Ну не волнуйтесь вы так. Видите, сколько здесь лодок со спасателями. Никому никуда уплыть не дадут!

Ну ладно, значит, пообщаемся.

– А вы здесь одна отдыхаете?

– Нет, я с другом. Меня зовут Анна, а вас?

– Елена, очень приятно. Он, наверное, не очень морской человек. Я всегда только вас вижу. Вы, кстати, прекрасно плаваете. И вообще необыкновенно спортивный человек. И бегаете каждое утро. Да вы даже ходить медленно не умеете, все у вас быстрым шагом. Как вам удается сохранять такую прекрасную форму?

Анна улыбается. Я вижу, что ей приятны мои слова, и она знает себе цену.

Таких женщин, как она, нельзя назвать красавицами. Но они подкупают очаровательной улыбкой, легкой походкой, стройной фигурой. Даже в таком возрасте. И вообще, если женщина улыбчива и жизнерадостна, ни о каком ее возрасте речи не будет никогда.

– Спасибо. Я с детства дружу со спортом, занималась плаваньем, даже одно время могла пойти в большой спорт, но потом решила, что это не для меня. Я человек обширных интересов и не хотелось замыкаться только на этом. Но плавать очень люблю, хожу в бассейн. Зимой обязательно – лыжи. Я живу под Веной, у нас прекрасная природа, подолгу гуляю в лесу и зимой, и летом. У меня небольшой сад, много цветов. Это требует тоже много забот, и, между прочим, физическая нагрузка достаточно приличная! Так что все просто – здоровый образ жизни, свежий воздух, много движения. И с улыбкой смотреть на все происходящее – вот, пожалуй, и весь мой секрет!