В Юго-Западной Руси бояре представляли собой социальный слой, сравнимый с категорией западноевропейских феодалов — собственников земли, обладающих на своей территории политическими и судебными функциями. В Новгороде это были знатные горожане, отвечавшие за сбор налогов. За каждым из боярских родов была закреплена определенная часть новгородской земли. Таких семей в Новгороде было 300–500. Дань в натуральной форме, главным образом в виде пушнины и воска, привозилась в конкретную новгородскую усадьбу. Поэтому собранное сырье в боярских ремесленных мастерских превращалось в изделия, которые через боярских же купцов продавались в Европе. При этом новгородское купечество торговало на деньги бояр — либо получая от них кредиты, либо выступая посредниками в торговых сделках, исполняя торговые поручения за некоторое вознаграждение. Таким образом, новгородских бояр скорее можно назвать предпринимателями, но не феодалами.
Республиканско-олигархическая форма власти в Новгороде (а позднее и в Пскове) являлась специфическим проявлением экономической неразвитости Северо-Западной Руси.
Новгородская республика просуществовала до 1478 г., Псковская — до 1510 г. Обе были поглощены Москвой.
Социально-экономическая специфика региона. Как уже было сказано, на вершине социальной лестницы в Новгороде стояли бояре. В XII–XIII вв. источником богатства новгородских бояр являлась дань с подвластного городу населения. На этом этапе они выступали как представители городской общины. Позднее, к XIV в., в основе их богатства и влияния уже лежала торговля. Лишь в XV в. новгородское боярство окончательно оформилось как социальный слой, важнейшим источником доходов которого была земельная собственность (то есть бояре стали феодалами).
Основная часть населения города состояла из купцов и ремесленников. Ремесленники объединялись в союзы (слободы, сотни), отдаленно напоминающие западноевропейские цеховые ремесленные организации.
Меньшей по численности частью населения были новгородские крестьяне. Они владели крохотными участками земли, вероятнее всего, огородами.
Что касается основной массы населения Новгородской земли, то это были охотники и рыболовы. Они проживали в лесах или на берегах многочисленных рек и озер в небольших деревнях. Процесс социального расслоения там шел крайне медленно.
В силу природно-климатических условий крепостное право в регионе было нерентабельным и поэтому не сложилось. Конечно, все крестьяне Северо-Западной Руси выплачивали Новгороду дань, находились в той или иной форме зависимости: источники называют такие категории крестьян половниками (те, в свою очередь, делились на изорников, огородников и рыболовов), смердами и сиротами. При этом подавляющее большинство крестьян оставались лично свободными. Расплатившись с владельцем земли или кредитором, они могли идти куда хотели. Могли и убежать, не рассчитавшись с долгами. В этом случае их никто не искал, пострадавшая сторона просто забирала имущество беглеца.
§ 4. СЕВЕРО-ВОСТОЧНАЯ РУСЬ
Социально-политическая специфика региона. Первые поселения славян в верховьях Волги и Оки относятся к VIII–IX вв. С северо-запада сюда проникали ильменские словене, с запада — кривичи, а с юга — вятичи. Первыми городами этого региона стали Ростов и Муром (достоверные сведения о них датируются концом X в.). В XI в. были основаны Суздаль, Рязань, Пронск, Ярославль и Углич.
Из-за удаленности от центра этот регион не был привлекательным для киевских князей. Переезжать сюда старшие сыновья и братья киевского князя не стремились. Поэтому в конце X в. или в начале XI в. сюда были посажены младшие сыновья Владимира I. Ростов достался Борису, а Муром — Глебу.
В последующие полтора столетия ситуация не изменилась. Владимир Мономах отдал Ростовское княжество своему седьмому сыну — Юрию (1117–1157). Именно с его княжения и начинается освоение региона. Во время его правления были построены Юрьев-Польской, Дмитров, Перемышль, Звенигород, Кидекша, Микулин, Городец. За стремление расширить свое княжество за счет соседних земель Юрий получил прозвище Долгорукий. Когда появилась возможность, он начал борьбу за киевский престол и занял его. Ростово-Суздальское княжество досталось его старшему сыну Андрею (1157–1174). Вскоре Андрей перенес столицу во Владимир. Княжество стало именоваться Владимиро-Суздальским.
Между тем на протяжении XII в. миграция из южных земель Киевской Руси увеличилась. На поиски лучшей доли будущих переселенцев толкали, во-первых, борьба князей друг с другом за землю (в результате чего гибли простые люди), во-вторых, начавшийся процесс закрепощения крестьян, а в-третьих, участившиеся набеги половцев, сдержать которые отдельным князьям было уже не под силу. Немаловажную роль играло и аграрное перенаселение южных княжеств. Сюда же шел поток колонистов-промысловиков и с северо-запада. В XII в. во Владимиро-Суздальском княжестве появились города Переяславль-Залесский, Москва, Звенигород, Ржев, Зубцов, Молога, Тверь, Кострома, Великий Устюг, Белоозеро, Клин, Дубна, Гороховец, Стародуб.
На юго-востоке от Владимиро-Суздальского княжества находилось Рязанское княжество. Оно выделилось из состава Черниговского в 20-е гг. XII в. Помимо собственно Рязани в княжество входили три города: Переяславль-Рязанский, Коломна и Пронск. Самое молодое княжество региона — Нижегородское — возникло в 1221 г.
Специфика политического управления на данной территории начинает формироваться со второй половины XII в. До этого времени северо-восточный край не имел глубоких вечевых традиций. Основной причиной тому была низкая плотность населения, что не позволило сформироваться политическим институтам, которые смогли бы выступить в качестве ограничителей княжеской власти. Тем не менее управление в Ростове и Суздале в первой половине XII в. строилось на взаимодействии городского веча и князей, назначавшихся из Киева. Ситуация изменилась, когда в 1157 г. великим князем киевским стал Андрей Боголюбский — старший сын Юрия Долгорукого и дочери половецкого хана Аепы.
Еще в 1149 г. отец дал ему «в держание» Вышгород, но через год Андрей получил во владение западнорусские города Туров, Пинск и Пересопницу. В 1151 г. он с согласия отца вернулся на родную Суздальщину, где, видимо, имел удел (Владимир-на-Клязьме). В 1155 г. Андрей вновь был переведен в Вышгород, откуда — теперь уже вопреки отцовской воле — бежал во Владимир-на-Клязьме. После смерти Юрия Долгорукого Андрей унаследовал киевский великокняжеский престол, но в Киев, несмотря на обычай, жить не поехал. В том же году жители Ростова, Суздаля и Владимира избрали его своим князем. В 1162 г. Андрей Боголюбский изгнал из Ростово-Суздальской земли своих братьев, племянников и мачеху, а также отцовскую дружину. Так были заложены основы неограниченной деспотической власти владимирского князя.
После изгнания старшей дружины опорой Андрея стали милостники — дворовые холопы князя. Права, прежде принадлежавшие только княжеским дружинникам, начали распространяться на наиболее влиятельных слуг. Однако, в отличие от дружинников, дворня, или дворяне (как их стали называть с конца XII в.), не могли считаться ровней князю. Он был их господином, а не товарищем. Слуга находился в личной зависимости от господина, был его собственностью, хотя мог занимать высокие посты и иметь большие владения.
Андрей Боголюбский подчинил своей власти Киев и Новгород. На княжение туда он посадил подручников, зависимых князей. В случае неподчинения он организовывал против них грандиозные военные походы. Так, в последнем (неудачном) походе на Киев в 1173 г. принимали участие отряды ростовцев, суздальцев, владимирцев, переяславцев, белозерцев, муромцев, новгородцев, рязанцев, а также дружины туровского, полоцкого, пинского, городенского, черниговского, новгород-северского, путивльского, курского, переяславль-южного, торческого и смоленского князей.
Начиная с правления Андрея Боголюбского дружинные порядки уходят в прошлое. Дружинники теряли свои права, а князь все чаще полагался не на них, а на слуг. Их власть неуклонно росла. В основе новой системы государственной власти — деспотической монархии — лежало прямое подчинение подданных-холопов своему господину-князю. Так во второй половине XII в. в Северо-Западной Руси начинают складываться новые общественные формы подданства-министериалитета, которые принципиально отличаются от западноевропейских вассально-сюзеренных отношений тем, что в них полностью отсутствует договорная основа, а слуга находится в прямой и безусловной зависимости от господина. Впоследствии именно они станут господствующими и создадут основу деспотической системы правления во всех русских землях.
Социально-экономическая специфика региона. Экономической особенностью региона являлось медленное развитие производительных сил. В аграрной сфере это определялось следующими причинами.
