На второй или третий день пребывания здесь Линда напекла ему шоколадного печения. Он сказал: «Здорово! Пока сохраню, отнесу домой, в квартиру». Он был просто поражен этим жестом — тем, что кто-то думает о нем. Линда живет здесь уже несколько дней и постепенно привыкает, но даже простейшие мелкие вопросы могут оказаться тяжелой задачей. Пример: у нас есть пластиковая карта российского банка, и сегодня утром Линда позвонила мне на работу: «Дэйв, я только что была в двух разных банках с нашей карточкой, она не работает. У нас вообще есть деньги на счету?» Да, есть. Я сказал: «Не волнуйся. Скорее всего, в банкомате просто кончились деньги». Ну, конечно, так оно и оказалось. Дело кончилось тем, что мы обошли пять разных банкоматов, и все они были пусты — потому что на выходные дни их иногда не заполняют. Поэтому, если в пятницу вечером не позаботишься, к полудню субботы зачастую остаешься у разбитого корыта.
29 августа
Если бы вы увидели тренировки или игры моей команды, на вас произвело бы впечатление общее мастерство и количество пасов, даваемых игроками. Однако, если начать анализировать чуть глубже, и рассматривать не столько количество пасов, сколько их «ценность» или преимущество, достигаемое пасом, — вы пришли бы к тому же выводу, что и я.
Мы слишком много передаем шайбу без особой цели, особенно когда пересекаем синюю линию атаки. Я начинаю понимать, что это будет существенной частью моей тренерской задачи: принуждать наших хоккеистов забрасывать шайбу в сетку ворот. Для нас характерно делать так много лишних передач, что мы проскакиваем зону поражения ворот, уходя в зону, откуда голы не забиваются. Стоя за скамейкой во время игры, я вдруг подумал, что нам интересно, скорее, развлекать публику распасовкой, чем забивать голы. Мы начинаем играть так заумно и артистично, что становимся сами себе врагами; в конце концов, плохой пас становится началом контратаки соперника, при этом нам сложнее обороняться из-за усталости вследствие старательных усилий развлечь болельщиков. Я надеюсь, что эта мысль постепенно дойдет до команды, и к середине сезона я устраню эту тенденцию в игре нашей команды. Я не жду, что она исчезнет полностью. Я был бы рад, если бы она даже проявлялась время от времени — мы были бы менее предсказуемой командой, против которой сложнее защищаться.
30 августа
Сегодня, работая в своем кабинете перед тренировкой, я услышал нечто необычное: звуки тишины. Никакой привычно ревущей музыки из раздевалки; никаких звуков ремонтных работ из столярки, где хоккеисты доводят свои клюшки. Я выглянул из-за двери, прошел по коридору, вошел в раздевалку и оказался посреди церковной службы. Священник Русской Православной церкви с двумя певчими ходили по комнате, разбрызгивая святую воду на хоккеистов. Хоккеисты стояли, склонив головы, у своих шкафчиков. Это был совместный молебен за успешный и свободный от травм сезон. Медленно отойдя в уголок, чтобы наблюдать эту торжественную церемонию, я вновь поймал себя на мысли — насколько всё теперь совершенно по-другому в России.
31 августа
Наступило время конечного этапа подготовки к регулярному чемпионату. Название этого этапа — Кубок Ромазана, и здесь это — очень важное событие. Это турнир, в котором мы выступаем в качестве хозяев, он проводится в честь отца магнитогорского хоккея — Ивана Ромазана, который был директором металлургического комбината до Рашникова. Ромазан скончался от инфаркта в молодом возрасте — пятидесяти пяти или пятидесяти шести лет. Во дворце висит его портрет; его здесь глубоко уважают за то, что он вывел магнитогорский хоккей на уровень XX века. Как гласит история, после Олимпиады-80 строительство каких- либо спортивных сооружений в России было заморожено, потому что Олимпиада оказалась очень затратной. Но Ромазан убедил Москву, что он строит объект культуры — театр. На самом же деле он строил крытый хоккейный стадион. И в конечном итоге это помогло клубу выйти в Суперлигу.
Все тренеры команд-участниц посетили могилу Ромазана. Вместе с ними были его вдова, дочь, и, по моим прикидкам, еще человек 70–80 — целый автобус плюс два микроавтобуса. Мы все возложили цветы. Было много венков, у всех в руках было по розе; по одному человеку все подходили и клали цветок у основания большой статуи. Это был не бюст, а именно статуя. Это была очень торжественная церемония. Огромное уважение к этому человеку и ко всему, что он сделал для хоккея в Магнитогорске, впечатляло.
Сентябрь
4 сентября
Сегодня закончился подготовительный период. Мы здорово позанимались в эту предсезонку. С появлением Юшкевича и Королева мы сформировались как команда. Теперь, вдруг, наши тренировки стали проходить в более быстром темпе. Перевод стал гораздо точнее, потому что Игорь Королев знает, как играют в НХЛ и что нам требуется делать; кроме того, одноклубники уважают его как авторитетного старшего игрока.
Сегодня мы провели голосование по выбору капитана, и хоккеисты избрали Евгения Варламова, 29-летнего защитника, играющего за клуб уже несколько лет. Первым помощником стал Малкин, и мне было очень интересно то, что хоккеисты проголосовали за 19-летнего помощника капитана. Вторым ассистентом капитана стал Игорь, и это говорит о том, каким уважением он пользуется, даже несмотря на пока очень короткий период его здесь пребывания.
Мы не проиграли ни одного матча из 12, проведенных в эту предсезонку, и все очень рады, но всего за три дня до начала регулярного чемпионата я все еще не до конца понял, что же из себя представляет наша команда. Поэтому, когда мы, наконец, проиграли казанскому Ак Барсу во второй игре турнира — и проиграли довольно показательно — я, фактически, испытал облегчение. Мы вели в счете 2–1, но они сравняли за менее чем три минуты до конца. Потом они еще раз забили, за тридцать секунд до финальной сирены, что стоило нам победы в этом матче и во всем турнире. Ранее я говорил тренерам своего штаба: «Надеюсь, мы когда-то проиграем какой-нибудь матч, чтобы посмотреть, как команда отходит от поражения». На мой взгляд, лучшего сценария и быть не могло. Мы выигрывали у хорошей команды, и вдруг упустили победу. Все были сильно расстроены. Парни ломали с досады клюшки. Я сказал: «Именно такую реакцию я и надеялся увидеть». Я бы предпочел проиграть именно так, а не со счетом 1–4 или 1–5. На следующий день мы провели великолепный матч против московского Динамо, действующего чемпиона лиги, и победили. Турнир мы закончили на втором месте, что неплохо, и на следующей неделе начинаем регулярный сезон.
Впоследствии у меня появилась возможность поговорить с тренером Казани, Зинатуллой Билялетдиновым, или — как он известен в НХЛ — «Биллом». Билялетдинов долго играл в национальной сборной у Виктора Тихонова и имел самый длительный среди россиян стаж работы вторым тренером в клубе НХЛ — до возвращения домой он работал в Виннипеге и Финиксе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
