Нефе принужден был покинуть Бонн и переехал в Дессау, где вскоре умер.
Проводы Людвига в Вену были исключительно сердечны. Многочисленные друзья наперерыв старались выказать гениальному юноше свою преданность и уважение. Сохранился альбом Бетховена, куда друзья вписали отъезжающему свои пожелания, советы и отвлеченные рассуждения.
Любопытна запись некоего Мальхуса, секретаря австрийского посольства: «Тот, кто считает дозволенным все, что он может, кто не связан никаким законом и не находит в своем сердце великого закона доброты, тот для меня тиран, если даже он властвует над всем миром».
А граф Вальдштейн написал в альбом следующее напутствие:
«Милый Бетховен, Ваше желание исполнилось. Вы едете в Вену. Гений[40] Моцарта еще печалится и оплакивает смерть своего любимца[41]. Он нашел убежище у неисчерпаемого Гайдна; но там он остается незанятым; через Гайдна он желает еще раз с кем-нибудь соединиться. Путем непрерывных прилежных занятий вы получите дух Моцарта из рук Гайдна.
Ваш истинный друг Вальдштейн.
Бонн, 29 октября 1792 г.».
В этих записях боннских друзей юного Людвига ясно отражена атмосфера «высокого идеализма», которая сопутствовала развитию юноши в годы его формирования на рейнской родине.
В начале ноября Бетховен выехал в Вену, держа путь на Кобленц — южную границу курфюршества. При переправе на правый берег Рейна молодой композитор впервые столкнулся с воинскими частями, стягиваемыми вдоль реки Пруссией и Австрией.
Если вспомнить, что война с Францией длилась уже несколько месяцев, то не исключена возможность его проезда через области, уже занятые французами. В этом случае Людвиг, вероятно, слышал исполнение нового гимна революционной Франции — Марсельезы.
Этот рожденный дыханием революции напев, призывный и торжественный, его ясный, могучий ритм сродни многим величественным, полным дикой энергии, подлинно народным музыкальным темам бетховенских симфоний и сонат. Эти темы обычно называют военными из-за их маршеобразности. Однако правильнее назвать их революционными. В них — пламенное дыхание свободы, одушевлявшее французского саперного капитана Руже-де-Лиля, когда он впервые вдохновенно пропел страсбургским патриотам великие слова: «Вставайте, дети родины, сбросьте насилие!»
Сквозь трудности и опасности военной обстановки пробрался молодой Бетховен в Вену, к новой жизни, к трудам и славе. С отъездом из Бонна окончилась юность, началась самостоятельная жизнь.
В произведениях боннского периода уже заложен фундамент творческого мировоззрения гениального композитора. Он испробовал свои силы в различных жанрах, и его юношеские произведения занимают определенное место в немецкой музыке конца XVIII века. Но общее количество композиций этого периода очень невелико. Написать за десять лет около пятидесяти произведений, большей частью не крупных, считалось незначительным итогом работы для композитора той эпохи. Моцарт к двадцати двум годам сочинил около трехсот произведений, среди которых насчитываются симфонии и оперы. Следует отметить, что вообще композиторы XVIII века были очень плодовиты.
Естественно предположить, что известный нам список боннских сочинений не полон. Первые годы пребывания в Вене (до 1802 г.) дают исключительно обильную жатву. За восемь лет — от начала 1795 и до конца 1802 года — Бетховен сочинил и частью издал девяносто два произведения, среди них две симфонии, один балет, тридцать две сонаты, три концерта, девятнадцать сонатных ансамблей. Такая продуктивность была бы попросту невозможной, если бы еще в Бонне не была набросана, а быть может и закончена, немалая доля этих произведений. Как известно, некоторые произведения первого периода пребывания в Вене являются переложениями боннских его работ.
Кроме того, после 1802 года были изданы без разрешения автора некоторые юношеские сочинения. Их тайно от Бетховена продавал издателям его брат Карл. Среди них сборник песен на слова Бюргера, Лессинга, Гёте и др., появившийся в печати в 1805 году (опус 52)[42]. Наивность этих песен вызвала резко отрицательные отзывы. Авторитетная в то время лейпцигская «Всеобщая музыкальная газета» отозвалась об этих песнях так: «Нечто очень низменное, бедное, бледное, частью смешное».
Это глубоко несправедливое суждение вызвано контрастом между простыми юношескими песнями и появившимися в то время симфониями большого стиля. Между тем, в этих, несомненно написанных еще в Бонне, песнях немало трогательного и выразительного.
В песне «Люблю тебя» воспевается счастливая взаимная любовь. В знаменитом «Сурке» («По разным странам я бродил, и мой сурок со мною, и сыт всегда, везде я был…») Бетховен передает монотонный, однообразный напев маленького француза-нищего. Текст песенки заимствован у Гёте («Ярмарочный праздник»).
Необходимо упомянуть среди юношеских произведений Бетховена его замечательную арию «Вздох нелюбимого и взаимная любовь» (слова Бюргера), которая была написана, вероятно, еще в Бонне, — быть может, она была закончена в Вене, но никак не позже 1795 года. Песня эта — о счастье. В более ранних песнях эта тема уже встречалась, например, в песне «К Минне». В арии на слова Бюргера та же мысль выражена более отчетливо. Ария начинается речитативом отчаяния: «Почему я забыт?» Далее следует медленная певучая первая часть. Ее тема — бесцельность жизни без любви. Вторая часть арии — радостный гимн торжествующей взаимной любви. Оживленная мелодия выражает полноту радости и счастья.
Мы еще дважды встретимся с этой песней торжествующей любви: она составляет тематическую основу хоровой фантазии опус 80 (1808 г.) и, в измененном виде, возрождается в последней части Девятой симфонии, в оде «К радости» (1824 г.). Тема счастливой любви, идеал верного, самоотверженного супружества — одна из ведущих идей творчества Бетховена. Она гармонично сочетается в его сознании с идеей освобожденного человечества.
Этому счастью, которого великий композитор был лишен всю жизнь, он создал величественный памятник в опере «Леонора» («Фиделио»), где безграничная любовь торжествует над всеми бедствиями. Тема самоотверженной любви пронизывает все творчество Бетховена, сплетаясь с темой победоносной борьбы угнетенного человечества за свое освобождение.
Часть вторая
Глава девятая
Вена. Учителя
Десятого ноября 1792 года по размокшей осенней дороге дилижанс подъезжал к огромному городу.
Людвиг вновь видел перед собою грязные предместья, мощеные площади, бассейны для лошадей, дворцы знати, убогие лачуги бедноты. Вновь ощутил он обычную суету имперской столицы… На следующий день после приезда молодой безвестный артист бодро шагал по тесным улицам города. Нужно было устраиваться, искать квартиру, добывать напрокат фортепиано, начинать занятия с Гайдном. Устройство всех этих дел отняло конец ноября и весь декабрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
