Скульд довольно хихикнула:
– Пришлось поводить тебя по этажам, пока у тебя окончательно не пропало ощущение направления. Когда я заметила, что ты уже не рубишь, где находишься, то повела тебя к фальшивому коридору. Впредь обращай внимание на сквозняки. Это дело тонкое, на бегу не больно-то распознаешь, но иначе никак не определить, настоящий коридор или нет. Это уровень мастера. Кстати, тут появились умельцы, которые научились создавать иллюзию сквозняка. Ты как, в порядке? Синяк-то будет какой красивый, хи-хи-хи… Пошли, отметимся у Фрейи, заодно узнаем, как дела у остальных…
Дружески беседуя, иллюзионисты прошли мимо меня, как мимо пустого места, и исчезли за поворотом. После этого приключения мой абстрактный интерес к забавам иллюзионистов превратился в конкретное непереносимое любопытство. Судя по всему, иллюзионисты создали некое игровое пространство, которое только им и было видно, и разработали такие правила, чтобы игроки не особенно бросались в глаза остальным ученикам. Сюжетно игра как-то была связана со скандинавской мифологией, по крайней мере, слова «ас» и «Рагнарек» ассоциировались у меня именно с ней.
Я насела на Маринку: описала ей подсмотренную мной сцену побоища и принялась подбивать ее вытянуть из предмета слез и воздыханий, какой-такой тайной игрой поглощен весь курс иллюзий.
– Это ведь отличный повод для общения с твоим красавцем – как его там? – искушала я подругу. – Скажи ему: шла по коридору, увидела игру, теперь не могу ни есть, ни спать, и только ты один можешь мне помочь…
– С какой стати он будет мне что-то говорить? – сопротивлялась Маринка. – Пошлет подальше.
– Ты что?! Да он счастлив будет, что ты к нему сама обратилась! Помнишь, ты говорила, что он на тебя позавчера нежно посмотрел три раза, а на той неделе на ногу специально в дверях наступил. У него на лице написано, что он по тебе сохнет!
В итоге доводы на Маринку подействовали, и она пообещала поговорить со своим иллюзионистом. Но иллюзионист, как и следовало ожидать, рассказывать об игре наотрез отказался.
– Сказал, эта игра только для своих, – мрачно сообщила подруга. – А всяким реалистам там делать нечего. Рожденный ползать, дескать, летать не может.
Прошло несколько дней. Ценой невероятных волевых усилий я преодолела муки зависти и постаралась выкинуть чужую игру из головы. Тем сильнее удивила меня Марина, с сияющей физиономией окликнувшая меня в буфете.
– Гелька, победа! – крикнула она таким тоном, каким обычно по телевизору говорят: «Вы выиграли миллион!»
– Все устроено, – сообщила она, когда мы уединились на исписанном подоконнике. – Сегодня, в половине пятого, в столовке тебя встретят и отведут, куда следует.
Я ничего не понимала.
– Будешь играть!
– Во что?
– В «Рагнарек»!
Тут до меня дошло.
– Рассказывай, быстро! – в волнении приказала я.
Оказывается, вчера к Маринке подвалил парень ее мечты в компании нескольких однокурсников и потребовал разъяснений. Его интересовало, откуда девушка узнала об игре, что конкретно узнала, и кто, кроме нее, еще в курсе дела.
– И ты все разболтала?!
– А что тут тайного? Я просто сказала им, что одна девчонка с курса реальности догадалась насчет «Рагнарека» и жутко хочет сыграть. Все развеселились, стали всякие шутки шутить, и тут такая темноволосая девчонка с длинной челкой спрашивает: «Это не та ли, которая на той неделе жалась к стенке на первом уровне Асгарда?» Я говорю – вроде она. А как ее, спрашивает, зовут? Ну, я сказала. Тогда эта девчонка и говорит: «Пусть приходит. Почему бы не провести эксперимент? Запустим ее в Нифльхельм и посмотрим, чего стоят реалисты». Так вот! – гордо закончила Маринка, явно ожидая, что я кинусь ей на шею от благодарности и нежных чувств.
Но я не кинулась. Мне неприятно резанула слух одна фраза.
– Девчонка, говоришь, с длинной челкой? А ее случайно не Катя звали?
– Ой, не помню. Может, и Катя. Она там, типа, верховодит.
Если это Погодина, подумала я в замешательстве, то я попала. Мне вспомнились заколдованный лес и рассказы о Катькином домене с оборотнями, вампирами и прочими чудовищами, по коим она мастерица. По спине поползли мурашки, в голове промелькнула мысль, что моя идея была не такой уж удачной. Первое, о чем мне следовало подумать, прежде чем лезть в игры иллюзионистов, – а не приложила ли к ним руку Погодина? Она же теперь может сделать со мной все, что угодно! Но отказаться невозможно – это был бы позор на все училище.
– Спасибо, – промямлила я сияющей Маринке. – Ты настоящая подруга.
На другой день после занятий мы с Маринкиным иллюзионистом пересеклись в столовке и пошли через кухню, в подсобные помещения, по каким-то лесенкам, причем все вниз да вниз. Ни поварихи, ни встреченная в темном коридоре уборщица внимания на нас не обратили. Я сначала удивилась, а потом вспомнила, что чуть ли не первое, чему учат иллюзионистов, – отводить глаза. Это у них, можно сказать, базовый навык. По дороге я выпытывала у парня, что собой представляет игра, но он только ухмылялся и отделывался фразами типа: «Да сама увидишь». Маринку, к ее большому огорчению, с собой не взяли.
– Ну, вот мы и пришли.
Коридор заканчивался тупиком. Несколько грязных ступенек вели вниз, к могучей подвальной двери, напоминающей вход в застенки инквизиции. Перед дверью, оживленно переговариваясь, стояли человек шесть. Некоторых я узнала. Разумеется, в этой тусовке оказалась и Погодина.
– А вот и камикадзе идет! – приветствовала она меня.
Иллюзионисты дружно развернулись в мою сторону и принялись бесцеремонно меня разглядывать, пересмеиваясь и шепчась между собой.
– Я думала, струсишь, – заявила Катька. – Ну, раз такая смелая, то добро пожаловать в ад.
– Условия победы, – деловым тоном потребовала я. – Инвентарь. Карту.
Иллюзионисты встретили мою речь нестройным гоготом.
– Карту, надо же! – фыркнула незнакомая девчонка. – Может, ей еще и оружие выдать?
– А разве оружия не будет? – упавшим голосом спросила я.
– Ну, значит, так, – начал высокий парень. – Нынешняя игра из серии «Рагнарек» совсем новая, сегодня мы ее только запускаем. Называется она, если тебе это что-то говорит, «Дети Локи». Проводится в лабиринте. Лабиринт представляет собой нижний мир, или мир посмертных испытаний, называется он Нифльхельм, что означает «царство тумана». Его населяют разнообразные чудовища, которых надо побеждать тем или иным способом. Тебе будут предложены три загадки на выживание. Миф-то о детях Локи знаешь?
– Не-а…
– Значит, шансы выжить резко уменьшаются. Впрочем, тебе же хуже.
– Но это нечестно! – возмутилась я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
