запомнила, и то только потому, что я с ними уже столкнулась во дворце. Один был начальник личной гвардии повелителя. Им оказался эльф, чуть не сбивший меня с ног при входе во дворец. Звали его Белеглор. Нет, у него было длинное труднопроизносимое имя, но я запомнила лишь это. Вторым – первый советник повелителя – Миланидор сар… пар… В общем, дальше язык сломаешь. Миланидором оказался как раз тот, кто не позволил мне упасть в приёмной, при встрече с Антаниэль. Ещё там были советник по внутренней безопасности, советник по внешним связям, второй советник повелителя. Но их имена я даже не пыталась запомнить.
Когда представление присутствующих закончилось, повелитель обратился ко мне:
– Элен, я бы хотел услышать всю историю спасения моей внучки.
Немного задумавшись с чего начать, решила. Момент моего попадания в этот мир, им не знать ненужно, да и незачем. Начала со встречи с Унизиэль. Когда я упомянула о браслете, его тут же у меня попросили.
– Я бы с удовольствием вам его отдала, – сказала я немного растерянно, – но, к сожалению, не знаю, как его снять. – Показала украшение, подняв перед собой руку. Ко мне тут же подошел Миланидор, что-то нажал на браслете, и он с лёгкостью открылся. Сняв артефакт, передал его начальнику личной гвардии повелителя. А я продолжила рассказывать о всех злоключения, попутно наблюдая за действиями Белеглора.
Начальник личной гвардии повелителя, достав из кармана пластину, по виду напоминающую тонкий планшет, вложил в специальную выемку вынутый из браслета зелёный камень и начал что-то быстро нажимать на экране. Тут я вспомнила, что этот планшет называется стилас. Так же мне пришлось отдать и скрывающий артефакт – кулон на длинной цыпочке в виде глаза.
Когда мой рассказ подошёл к концу, Белеглор сообщил, что у него все готово к демонстрации. Положив стилас на край стола, нажал на экран. Над пластиной появилась голографическая проекция.
Как я поняла, браслет был не только диктофоном, но и видеозаписывающим устройством. Запись шла небольшими фрагментами. Первая – это падение подбитого виммана. Просьба во что бы то ни стало спасти Аяриэль. Второй – вид из кустов, как дрегуры убивали выживших в аварии. Третий – бег по лесу. Затем снова полет и падение и опять бег. Последняя была не видеозапись, а аудио, где Унизиэль говорила мне о том, что теперь я отвечаю за спасение ребенка.
– Почему Унизиэль сделала аудиозапись, а не видео, – поинтересовался у Белеглора правитель.
Оказывается, у нее закончилось пространство для видеозаписи. Да и заряд браслета, как позже выяснилось, визофона тоже был на исходе. Визофон был просто накопителем видео и аудио информации, как видеокамеры в земных автомобилях. Без подзарядки он мог работать белее 7 миносов, по-земному – месяцев. Но вот пространственные кристаллы необходимо было менять по мере их заполнения. Все это пришло мне в голову, как я поняла, благодаря подарку богини.
– Миланидор, – обратился к своему советнику повелитель, прерывая затянувшееся молчание, – пригласи в кабинет Ясмину и Динре. – эльф повернулся и шагнул к двери, чтобы выполнить приказ. Но Лериниэль добавил – Скажи секретарю, пусть принесет, что я просил. А вы, аркисы, (если я правильно поняла, это было аналогом слова господа) можете быть свободны. Милонидор развернулся к повелителю, слегка склонил голову и вышел. За ним следом вышли все остальные эльфы.
Когда в кабинет вошла ведунья вместе с Динре, повелитель заговорил:
– За неоценимую помощь и спасение Аяриэль, я хочу вас отблагодарить.
Тут в кабинет вошел секретарь. В руках он нес накрытый тканью разнос. Поставив его на стол, вышел.
– Я предлагаю вам самим выбрать награду, – продолжил повелитель, убирая с разноса ткань.
Там стояло три шкатулки. Я даже хихикнула, правда, про себя подумав: ну как на «поле чудес». Вот теперь мучайся. Может, только в одной благодарность, а остальные пусты.
– Элен, – обратился ко мне повелитель. От неожиданности я вздрогнула, а он продолжил, – предоставляю вам первой сделать выбор.
Взглянула на шкатулки. Одна была сделана из камня, похожего на горный хрусталь и инкрустирована золотыми пластинами. Вторая выкована из неизвестного мне метала и отделана драгоценными камнями. А вот третья, которая и привлекла меня, была вырезана искусным мастером из дерева. Её украшали витиеватые узоры, очень похожие на земные. Задумавшись на долю секунд, подошла к столу и указала на деревянную, резную шкатулку. Повелитель хитро усмехнулся.
– А вы уверены, что именно её хотите? – вкрадчиво спросил он.
Не сдержавшись, усмехнулась.
– Ну, просто «поле чудес»…
– Не понял. Что за «поле чудес»? – недоуменно спросил повелитель.
– Не обращайте внимания, – шёпотом пробурчав, отмахнулась. А затем чуть громче добавила. – Уверена.
Повелитель протянул мне шкатулку. Взяв её, тут же открыла. В шкатулке лежали три предмета. Небольшая серебряная ящерка с компасом на спинке. Кулон на серебряной цыпочке напоминал витой треугольник с одним удлинением, углом, переходящим в небольшую иглу. Центр его украшал крупный, нежно-голубоватый прозрачный аквамарин. И крупная серьга, с множеством белых, голубых и бирюзовых камней. Её я сразу узнала: сигналтура. Подобная была на ухе Динре. Поблагодарив за подарок, отошла. Следом за мной повелитель подозвал Ясмину. Та взяла хрустальную шкатулку. В ней оказался старинный свиток и кошелёк с дехмами. Кстати, дехмы – это золотые монеты. Как мне рассказала Ясмина, один дехм равен 100 бронзовым сахмам, а одна бронзовая сахма равна 100 медным латам.
Последним подошел Динре. Открыв оставшуюся шкатулку, нашёл в ней ремень из металлических пластин. Как я позже узнала, это был поясной меч. Он носился в виде ремня, но при определённой манипуляции становился мечом. Все были счастливы. Динре своей новой игрушкой. Ясмина – давно разыскиваемому свитку, а я – украшениям.
Предметы из шкатулки оказались очень нужными магическими штуками. Кулон являлся артефактом – определителем ядов. Камень в нём менял свой цвет от насыщенно-голубого до угольно-черного. В зависимости от опасности яда. Серебряная ящерка с компасом на спинке называлась хронометром-накопителем. В браслет были вставлены четыре камня, расположенные с двух сторон от компаса. Они являлись накопителями магической энергии. Самым ценным в артефакте был компас. Он указывал безопасное кратчайшее направление туда, куда требовалось хозяину хронометра. А вот сигналтура связи оказался новейшей продвинутой моделью. Она позволяла не только принимать вызовы, но и передавать мысленные изображения окружающего. Так же в неё был встроен переводчик со всех известных языков Элькеры на всеобщий.
Динре пояснил, что прежние модели сигналтур могли переводить лишь пару языков на всеобщий, но с дополнительным кристаллом, который приобретался отдельно. А ещё в старых моделях, не было возможности передавать изображения. Да и
