Читаем без скачивания Про две жизни и одну смерть (СИ) - Пряхина Ольга

Агния принялась вырываться с таким остервенением, что Редьярд её отпустил, не ломать же кости дуре.

— Что же ты мне помешала? — со злостью спросил Редьярд.

— Ты бы думал, что это я… что я с тобой… что могу… — Агния запиналась, словно никак не получалось подобрать слова.

Наконец она замолчала и глянула растерянно, её брови болезненно изломились, а потом, без единого слова, она развернулась и направилась к двери.

— Не хочешь спать со мной? Ладно! — через силу сказал Редьярд, перехватывая её.

— Сказала же, я не могу! — выпалила Агния.

— Не можешь, но хочешь?..

И такая жалкая, стыдная надежда прозвучала в его голосе. Никогда и никого Редьярд не упрашивал, но Агния, вот чудо из чудес, подняла свои темные глаза, посмотрела с отчаянием, в котором Редьярд увидел отголоски своих собственных страхов. Он снова привлек её к себе, а та, к великой радости, не сопротивлялась.

— Так и будешь молчать?

— Ничего не выйдет, — помотала головой Агния.

Слушать беспомощные, надуманные причины по второму кругу Редьярд не собирался. Лучше делом заняться.

— Говоришь, не выйдет? — спросил он и прижался губами к приоткрытым губам.

Агния сначала вздрогнула, принимая скользнувший в рот язык, но встретила поцелуй отчаянно и сама толкнулась в ответ, слишком сильно, слишком мокро. Так сладко, что Редьярд испугался за свое сердце — еще остановится от счастья.

— Если ты ничего не чувствуешь… Если ты ко мне ничего не чувствуешь... — прошептал Редьярд, касаясь ставших непривычно горячими губ.

Он хотел задать свой вопрос, но Агния не позволила, и они продолжили целоваться.

Враг

Агния сбежала, едва руки Редьярда скользнули по шее, а потом опустились ниже, на талию. Неверяще глянув туда, где их тела соприкасались, Агния оттолкнула Редьярда с такой силой, что его многострадальные ребра снова хрустнули. И дверью хлопнула.

Согнувшись, Редьярд с укоризной посмотрел вниз.

— Чудовище, ты нам все испортил, — прохрипел он и сплюнул кровь.

Пришлось возвращаться к себе в одиночестве, а потом в очередной раз осквернять узкую кровать. Стопка сменного постельного белья стремительно таяла, и Редьярд понадеялся, что в прачечной не задаются вопросами о его удручающей личной жизни. Он откинулся на подушку и прикрыл глаза ладонью. Понять ответ Агнии мешали сломанные ребра, но он надеялся, что это все же «да». В смысле: «Редьярд, если ты не будешь тормозом и кретином, мы с тобой столкуемся».

Но чувствовал он себя как раз тем самым кретином — лежал и прокручивал в голове грядущий разговор с Агнией. Словно от его трехсот тринадцати лет отрезали три сотни. Непривычное ощущение. Не в смысле — чувствовать, что ему не хватает мозгов, нет, это-то как раз в пределах нормы. Но думать, как угодить кому-то, кроме себя — свежее переживание.

Как назло, поймать Агнию на следующий день будет задачей не из легких. Вот уж не думал Редьярд, что долгожданный выходной обернется таким обломом. Ладно. Стоит только намекнуть директору Магнусу, что он хочет выказать наставнице свое почтение — и заветный номер комнаты будет у него в кармане.

* * *

Сказал бы кто Агнии, что в один прекрасный день область её исследований станет такой специфической — она точно сломала бы шутнику челюсть. Вздохнув, она уткнулась лбом в колени. На что она тратит свободное время? Закономерный итог, раз уж подписалась на безумие под именем Разор. Правда, Агния все еще не решила для себя, временное ли это помешательство или она окончательно сошла с ума.

Она поднялась с дивана, чувствуя себя все еще слишком странно, схватила салфетку и принялась оттирать пальцы, когда в дверь забарабанили.

— Агния!

Она кинулась к сброшенным на пол брюкам, стараясь влезть в них, помогая себе всего одной рукой.

— Ты ведь не спишь? Точно не спишь! Давай, открой дверь своему любимому ученику, а то на меня уже странно смотрят твои соседи.

Агния выругалась, застегивая пуговицу.

— Имей совесть, — яростно прошептала она, чуть приоткрыв дверь.

Редьярд бочком протиснулся к ней в комнату, сияя наглой улыбкой. Так и знала: дай тому палец — откусит руку по локоть.

— Чем занимаешься? — спросил Редьярд, осматриваясь.

Глянув на босые ноги Агнии, он странно замер, сглотнув, но через секунду вернул на лицо по-идиотски радостное выражение. Агния возблагодарила всех богов за то, что не видела смысла в уборке. По разбросанным книгам и чертежам можно было решить, что она и правда тратила время на что-то достойное.

— Личный проект, — сказала она. — И мне не нужны помощники.

Агния повернулась и постаралась незаметно убрать испачканную салфетку в карман, но Редьярд, ублюдок, в ту же секунду приковал взгляд к ее перемазанным пальцам.

— Как успехи?

— Не твое дело.

— Скажи мне, что ты начала с одного пальца, — попросил он, и по его губам медленно разлилась лукавая улыбка.

Агния отступила на шаг.

— Что?..

Он шагнул вслед за ней, склонился и прошептал почти в самое ухо:

— Масло на светлых штанах слишком заметно.

Агния испуганно опустила голову, пытаясь разглядеть пятно между ног. Неужели она взяла так много, что вытекло?

— Шучу! — довольно сказал Редьярд и отступил, поднимая руки. — Ты просто заляпала весь диван.

— Вон!

— Пожалей мои ребра, Агния, — рассмеялся этот бесстыдник, уворачиваясь от ударов.

Извиняться он и не думал. В тот момент, когда Агния отрастила когти, чтобы раз и навсегда проучить не знающего границ насмешника, амулет на её шее нагрелся. Она схватила его и тут же помрачнела, получив новости от Магнуса.

— Отдых окончен.

* * *

— Там остался мой друг, — в который раз повторил волчонок, кутаясь в одеяло.

Оборотни были не самой сильной нечистью в мире, но не давались так просто в руки похитителям. А тут сразу двое бродяжек, которых без труда спеленали и притащили в неведомую пещеру.

— Мы его вытащим, — уверил мальчишку директор Магнус и протянул кружку с чаем. — Значит, тебя бросили в озеро, но существо, которое там живет, не стало тебя есть, наоборот, вытащило на берег, когда похитители ушли?

Взъерошенный оборотень торопливо закивал, пролив горячий чай себе на колени.

— Я бежал изо всех сил, а потом меня учуял господин Варг.

Сидевший рядом Ульфхам нахмурился и кивнул. Молодой господин, наследник фармацевтической корпорации «Ульф», в Бюро он был единственным «нормальным». Клан, родители, сытая жизнь, у него было все, но вот незадача, его отец — Ингольф Варг, складом ума походил на змею, а не на волка. Истинный облик оборотней — звериный, поэтому трансформация и секунды не занимает, а после обращения человеком они снова выглядят прилично, безо всей этой обнаженки, которую показывают по телевизору. Для оборотней сменить личину, как наряд поменять, точнее скинуть и накинуть обратно плащ. От силы оборотня зависит какой человеческий облик они получают. Самые сильные и людьми оказываются мощными и привлекательными, а вот плюгавенький отец Ульфхама — уродец и слабак по меркам оборотней, потому Ингольфу Варгу и приходилось вертеться ужом на сковородке: хитрить, подкупать, убирать неугодных. Когда Ульфхам только пришел в Бюро Агния и не собиралась ему доверять. Как же, хитрый старый волк подослал своего сыночка шпионить. Так она и думала до того дня, когда её новый подопечный не влюбился в человеческую девушку. Для Ингольфа Варга не было наказания страшнее, чем сын, который отвернулся от наследия оборотней и решил связаться с простым человеком. Но Ульфхам был серьезен и уже посоветовал отцу поскорее завести с мачехой нового наследника.

— Покажешь, где это было? — спросила Агния.

— Около небоскреба «Ульф», там рядом остатки леса, которые превратили в парк. Минутку, — Ульфхам взял в руки настойчиво звонящий телефон. — Да, отец. Нет, сегодня уже не смогу. Я потом позвоню.