Читаем без скачивания МОЁ ИНДЕЙСКОЕ ДЕТСТВО - МАТО НАЖИН

Я очень хорошо помню, как мы впервые познакомились с бисером. Недалеко от нас потерпел крушение поезд, где среди прочих вещей оказался и бисер. Моя мать принесла его в лагерь и там, в основном, между женщинами, развернулась бурная дискуссия: что же делать с этими красивыми стеклянными бусинками? Все признали, что они очень красивы, но поскольку никто не видел их раньше, то никто и не знал, что с ними делать. После долгих раздумий мать решила украсить бисером моё одеяло. Я был её единственным сыном, и было естественно, что в первую очередь она подумала обо мне. Моё одеяло было сделано из выдубленной бизоньей шкуры. На одной стороне оставалась шерсть, а другая была мягкой и белой. На белой стороне были рисунки, изображавшие события из жизни моих отца и деда. Но мать решила украсить одеяло ещё и бисером белого человека. Она сделала полосу бисерной вышивки и затем пришила её сухожилием к середине моего одеяла. Таким образом, я стал первым мальчиком в резервации, у кого было вышитое бисером одеяло, а моя мать изобрела стиль одежды, который нравится Лакотам до сих пор. С тех пор у меня было много одеял, в том числе и очень красивых, но если бы у меня сейчас сохранилось то самое одеяло, оно было бы бесценно для меня. Позже бисером стали украшать сумочки, кисеты, головные повязки и многое другое. Женщины Лакотов до того полюбили бисер, что украшали им всё, что только можно – я видел даже лошадиные попоны, полностью расшитые бисером.

И ещё одно искусство, популярное среди юношей Лакотов – это рисунки на льду. Эти картинки – иногда довольно сложные – рисовались на льду острой костью. Если юноша хотел, чтобы его рисунок было лучше видно, то проходил по нему в пыльных или грязных мокасинах. Конечно, эти произведения не сохранялись долго, но некоторые из них были очень красивы и весьма искусно выполнены.

ИГРЫ

У мальчиков племени Лакота было много игр, помогавших им хорошо провести время. В основном, это были игры, развивающие силу и ловкость – метание, бег, прыжки, плавание. Обычно в каждом лагере было много ребят, человек сорок или пятьдесят, а то и больше, и у нас не было недостатка в товарищах по играм. С тех пор, как мы начинали носить с собой луки и стрелы, у нас было много игр с их использованием. Например, один из мальчиков пускал стрелу в какую-либо цель, а другие старались, чтобы их стрела попала как можно ближе к первой. В соревнованиях на меткость мы старались показать всё своё умение, и это было для нас серьёзным делом, хотя веселья тоже было немало.

Одним из наших излюбленных занятий была стрельба из лука по предметам, бросаемым в воздух. Ещё одной игрой, развивающей меткость, была игра с кольцами. Связав пучок длинной тонкой травы в кольцо с помощью кожаного ремешка, мы надевали кольцо на конец стрелы и подбрасывали его в воздух. Пока оно летело, мы хватали лук и старались, чтобы стрела прошла сквозь кольцо, прежде чем оно упадет на землю.

Поздно вечером, когда ребята собирались возле своих типи, и было меньше места для подвижных игр, мы затевали довольно тихую игру, которая требовала немалой ловкости. Собирали небольшую кучку ветвей, и один из мальчиков пускал в неё стрелу. Остальные при этом должны были задеть перья предыдущей стрелы.

Другая игра была такой: мы брали прямые ивовые ветви и очищали их от коры длинными полосами, как на длинном леденце, а затем полировали и коптили над огнём. Держа палку в правой руке, так, чтобы другой конец опирался на подъём правой ноги, мы бросали её ногой. После долгой практики палка летела очень далеко. Победитель забирал себе все палки своих товарищей – а некоторые из них были очень красивыми.

Метание стрел также было весьма популярной игрой, и некоторые ребята достигали большого искусства в этом деле. Я считался хорошим метателем стрел, моя стрела могла улететь на сто ярдов или даже дальше.

Одной из самых любимых была игра под названием «Раненый бизон». Старший из мальчиков или тот, кто бегал быстрее всех, изображал бизона. Он должен был нести в руках длинную палку, на один из концов которой был насажен большой кусок кактуса, усеянный колючками. Из множества видов кактусов мы обычно использовали круглый и очень колючий, прикосновение к которому было очень болезненным. Кусок на конце палки был величиной примерно с суповую тарелку, а в центре его было нарисовано красное пятно. Это означало раненого бизона. Такой бизон очень свиреп и силён, и встреча с ним опасна для охотника.

Мальчик с кактусом должен был вести себя подобным образом, а все остальные были, конечно же, охотниками. На нас не было ничего, кроме мокасин и набедренных повязок, разве что волосы свисали вдоль спины, и прикосновение колючек к обнажённому телу было весьма ощутимым. Мы собирались вокруг «бизона» с луками и стрелами и старались попасть стрелой в центр красного пятна. Но тот, кто попадал в цель, должен был быть готов к тому, что «бизон» погонится за ним.

Я помню один забавный случай, произошедший во время этой игры, о котором я до сих пор не могу вспомнить без смеха. Однажды один из мальчиков попал своей стрелой в красное пятно, и «бизон» бросился за ним. Этот мальчик бежал изо всех сил, и ему некогда было смотреть по сторонам – ведь колючки кактуса могли коснуться его в любой момент. Мы все бежали, словно за нами гнался настоящий бизон, и не заметили обрыва впереди – до тех пор, пока первый «воин» не свалился вниз, внезапно скрывшись из виду. Остальные в недоумении остановились. А когда мы заглянули вниз и увидели, что «охотник» барахтается в пыли, а «бизон» бегает вокруг и машет кактусом, то дружно рассмеялись.

У нас были и игры с мячом. К ним присоединялся весь лагерь. Одна из таких игр была похожа на современный футбол. Мяч для неё делался из белой кожи и набивался бизоньей шерстью. Мы часто играли в неё лунными вечерами, и в этой подвижной игре принимали участие мужчины, женщины и дети. Мы разбивались на две команды. Каждая команда имела «типи» (ворота) и старалась забить мяч в «типи» противника. Было очень много беготни, шума и смеха, ведь в этой игре участвовало по две-три сотни людей.

Другая игра, в которой принимали участие только сильные мужчины и юноши, требовала большого пространства. В этом случае мяч гоняли палками, а игра была очень похожа на современный хоккей.

Одна из наиболее зрелищных игр устраивалась вечером, когда стемнеет. Ребята делились на две команды и становились друг против друга на расстоянии 60-70 ярдов. Для этой игры делалось много небольших шариков из глины, на каждом из которых укрепляли уголёк из костра. Когда команды бросали этими шариками друг в друга, они должны были уворачиваться от летящих угольков. Это было чудесное зрелище – множество искорок, летящих в темноте подобно ракетам.

Мы, мальчишки, больше всего на свете любили бег. Мы любили бегать по равнине и перепрыгивать через поваленные деревья и камни. Наши ноги, казалось, никогда не уставали. Зачем идти куда-то, если намного легче добежать? Ведь вокруг было столько интересного! Было очень весело бегать по степи меж цветущих кустарников, взбежать на вершину холма, сбегать к ручью и посмотреть на бобровые плотины или просто искупаться. Но вместе с тем, у нас были и настоящие соревнования по бегу. Призов не было, нам доставляла удовольствие сама победа.

Иногда мы устраивали и скачки. Это всё была детская игра, но иногда мужчины из двух или трёх селений собирались вместе и устраивали настоящие состязания. Здесь уже за победу вручались призы. Луки, стрелы, колчаны и другие предметы выигрывались и проигрывались, вследствие чего там царило большое возбуждение.

Летом, когда мальчишки с удовольствием плескались в воде, мы выясняли, кто быстрее всех плавает и кто дольше всех может оставаться под водой. Мы много времени проводили в воде. Иногда мы пользовались корнем тополя, лёгким и пористым. С его помощью можно было легко переплыть даже широкую реку. Плавали мы и вместе со своими лошадьми.

Лето было для нас самым любимым временем года, но и зимой мы находили себе интересные занятия. Зимы в стране Лакотов длинные и очень холодные. Реки замерзают, и весь мир кажется покрытым снегом. Но мы находили игры и для этого времени года. Мы были крепкими и сильными и радовались жизни круглый год.

Мы часто обращали внимание на то, как наши лошади скользят по рекам и ручьям, не теряя равновесия. Мы тоже старались скользить по льду и не падать. У нас не было коньков, но кожаные подошвы наших мокасин хорошо скользили, и мы учились держать равновесие, катаясь стоя или сидя на корточках. Когда появлялся снежный наст, мы делали себе санки из бизоньих рёбер. Концы рёбер разводились на определенное расстояние и закреплялись с помощью палок и сыромятных ремней. Трудно было правильно подогнать все части, но в конце концов санки получались хорошие. Рёбра вскоре становились гладкими и белыми, как слоновая кость. В середину помещалось сиденье из куска толстой шкуры с головы бизона. Конечно, не каждый мальчик имел такие прекрасные санки. Некоторые довольствовались единственным ребром, но и тогда им было весело – ведь очень сложно усидеть на одном ребре, съезжая с высокой горки. Я помню случай, когда у одного мальчишки вообще не оказалось санок, но он всё равно нашёл способ покататься вместе с остальными. Расстелив свою бизонью накидку, он присел на корточки и натянул её на колени. Затем, обхватив колени руками, он заскользил вниз так же быстро, как и всё остальные.