с образом миссис Сильвертон.
– Зачем вам это нужно? – поколебавшись, спросила я.
Миссис Сильвертон поджала губы.
– Мне неприятно это говорить, – сказала она, всем своим видом показывая, каких невероятных усилий ей стоит произносить каждое слово, – но Клео, похоже, вкладывает в ветеринарную практику ровно необходимый минимум времени и усилий. Я помню, что ещё в институте, вместо того чтобы выполнять домашние задания, она выступала за спасение деревьев. Однажды она даже хотела предотвратить строительство дороги, из-за которой должны были снести курган фей! – Снисходительно улыбаясь, миссис Сильвертон покачала головой, а я сжала за спиной кулаки. Мне захотелось рассказать, что бабушка вела приём в двух лазаретах одновременно и что феи постоянно посещали один из них. Но это, конечно, было невозможно. Поэтому я молча выслушала продолжение тирады миссис Сильвертон. – Мне, например, очень нравится лечить животных и ухаживать за ними, и я хочу принести пользу жителям острова Патч. Они достойны того, чтобы об их питомцах заботились наилучшим образом. Поэтому особо прошу вас не спускать глаз с огромной плохо воспитанной собаки и не подпускать её к Институту!
– Но это невозможно, – возразила я. – Как мы должны следить за Зайцем, не подпуская его к Институту – и одновременно заботиться о бездомных животных, которые у нас лечатся?
– А кто сказал, что вы будете и дальше ухаживать за бездомными животными? – изумилась миссис Сильвертон. – Специальную программу ухода за животными в ИЗУППА я, конечно же, возьму на себя. Так я обещала моим новым клиентам. В конце концов, они за это платят.
Ной заметно помрачнел.
– Можем ли мы хотя бы ухаживать за чайкой? – поинтересовался он.
Миссис Сильвертон печально нахмурилась, и улыбка сбежала с её губ:
– Ах да, дети, мне надо вам кое-что сказать. До сих пор жители острова могли приходить сюда и уходить когда им заблагорассудится. К сожалению, один из них, должно быть, оставил сегодня дверь открытой. Чтобы этого больше не случилось, я попросила нашего доброго фермера поставить засов. – Она указала на массивный поперечный брус, перекрывший дверь в лазарет снаружи. – Вот видите? Теперь все животные в моем Институте в стопроцентной безопасности.
– И что это значит? – грозно спросил Ной.
– Что случилось с чайкой? – в ту же секунду спросила я.
Миссис Сильвертон вздохнула:
– Похоже, эта несчастная дикая птица каким-то образом сбежала. Но если вы найдете её снова, вам всё равно придется выхаживать её где-то в другом месте. Всё-таки Институт я создала для домашних животных, понятно?
Глава 11
Сплошные неприятности
Патч-Айленд, без сомнения, остров небольшой – настолько, что преподобный Морланд утверждал:
– Из кармана Господа Бога выпала крошка и со временем превратилась в нашу прекрасную родину.
А старый Фергюс, заходя в «Грэхам Инн», порой ворчал:
– Опять у поварихи что-то подгорело? Дымом тянет аж на южном пляже!
На самом деле стряпня Бренды пахнет очень вкусно, и ароматы долетают лишь до противоположного конца центральной площади. Фергюс просто дразнил хозяйку гостиницы.
В любом случае, никто бы не взялся утверждать, что Патч-Айленд – большой остров. Но я знала, как трудно найти здесь похищенного лепрекона – а искать раненую чайку и вовсе дело совершенно безнадёжное.
– Может, хватит? – сказал Ной после двух часов блуждания по холмам под моросящим дождём.
– Дай-Дай, наверное, спит под каким-нибудь кустом. Ведь уже совсем темно.
– Серебристые чайки летают и по ночам! – ответила я. – А вдруг с ней что-то случилось? Она даже взлететь не может – рана ещё не зажила!
И с трудом сдерживая слёзы, я быстрее зашагала по влажной траве, пряча лицо. Однако Ной уже достаточно хорошо меня изучил, чтобы понять, когда мне совсем плохо. В два прыжка он обогнал меня и пристально посмотрел в глаза.
– Слушай, мы сейчас пойдём домой, а завтра утром Дай-Дай наверняка будет сидеть у нас под дверью. Она очень умная и не потеряется. Всё будет хорошо, да?
Я молча опустила голову.
– Скажи «да», Руби, – приказал Ной.
– Да, Руби, – машинально ответила я, не поднимая головы.
Я пошла за Ноем обратно во двор, мимо так называемого Института, куда ещё вчера так любила приходить. При виде железного замка у меня на душе заскребли кошки. Запертые двери на Патч-Айленде попадались не часто.
– Не обращай внимания, – сказал Ной, и я снова последовала его совету.
Но когда он предложил посмотреть вместе фильм, я молча покачала головой. Во-первых, миссис Сильвертон наверняка заявилась бы в гостиную, а во‑вторых, я ужасно устала. События последних дней вдруг навалились на плечи, как рюкзак, набитый учебниками. Ну почему всё пошло не так?
Заяц, похоже, почувствовал, как мне грустно, и когда я чуть позже выключила свет в своей комнате и легла спать, он устроился совсем рядом с моей кроватью. Стоило протянуть руку, и я могла зарыться пальцами в его пушистую шерсть. Мне даже показалось, что пёс решил меня охранять.
– Не уходи, ладно? – пробормотала я, опуская на подушку кружащуюся от усталости голову.
Волкодав тихо заворчал. Вскоре я заснула.
Секунда – и я уже мчалась куда-то в кромешной тьме, а вслед мне летел сердитый визг миссис Сильвертон.
– Не смей больше приводить сюда эту чайку! – вопила она так пронзительно, что у меня заложило уши. – Диким животным нечего делать в моём Институте, и вам тоже! Уходите отсюда, и немедленно!
Я собралась было сказать что-то в ответ, но голос меня не послушался. Оставалось только бежать, почти задыхаясь, и я бежала, бежала… и наконец проснулась.
Прошло немало времени, прежде чем я поняла, что это всего лишь сон. Неподалёку кто-то вдруг произнёс моё имя – сначала шёпотом, потом с шипением:
– Руби! Иди сюда, посмотри, что случилось!
Я села на постели и ошеломлённо уставилась на дверь. В тусклом утреннем свете я разглядела силуэт Ноя. Он не пытался войти в мою комнату, но отчаянно размахивал обеими руками.
– Выходи, только не бери с собой собаку, – беззвучно потребовал он.
Тогда я поняла: что-то здесь не так. Ной никогда прежде не называл Зайца собакой. Я вылезла из-под одеяла, выскользнула из комнаты и быстро закрыла за собой дверь. К счастью, Заяц слишком устал, чтобы расстраиваться по этому поводу.
– Миссис Сильвертон что-то устроила? – прошептала я, следуя за Ноем к входной двери. – Она опять что-нибудь сделала…
Окончание фразы застряло у меня в горле. Ной не стал ждать, пока я натяну резиновые сапоги, а без объяснений вытащил меня на улицу. Растерявшись, я споткнулась – и
