Да, Джесс читал об этом. Но он не знал о том, что Джон Ли вернулся в свой дом, не знал, что Мэнди встречается с ним.
Джемми бросил пытливый взгляд на Джесса, словно надеялся развеять сомнения, которые засели в его маленькой головке.
— Мама очень красивая, не так ли?
Джесс ничего не ответил, Джон Ли Картер был слишком опытным для Мэнди. Отношения с ним кончатся для Мэнди только разочарованием. А Джесс не хотел, чтобы кто-либо обидел ее. Она достаточно настрадалась от своего отца. Джесс уже сделал шаг по направлению к машине, чтобы вырвать Мэнди из рук этого омерзительного человека, но вовремя спохватился. Что он делает? Она же совершенно ему безразлична, не это ли он постоянно себе внушал?
Проклиная себя, Джесс выхватил аркан из рук Джемми, раскрутил его над головой и отпустил. Лассо упало точно на бычью голову. Джесс дернул за веревку с такой силой, что копна закачалась и свалилась на землю.
— Ух, ты! — воскликнул Джемми. — Ты можешь меня этому научить?
Джесс ходил взад и вперед перед окном, ожидая возвращения Мэнди. Ничего не мелькало в оконном стекле, и ничего не тревожило ночную тишину, а он не находил себе места.
Когда Сэм ласково сказала ему, что Джемми уже уснул и что ей надо ехать к больной лошади, Джесс, конечно, согласился остаться с мальчиком, пока не вернется Мэнди.
«Где же она, черт возьми?» — прошептал он и отодвинул занавески, чтобы лучше разглядеть, когда она появится. Но единственное, что он видел, были все те же картины, вызванные его больным воображением и дразнящие его вот уже целый час: тени Джона Ли и Мэнди, мужские руки, страстно обнимающие ее обнаженное тело на широкой кровати, специально подготовленной к их приезду.
Он все смотрел и смотрел в окно, как вдруг сноп света рассеял его видения. Свет становился все ярче и ярче. Это были фары автомобиля, приближающегося к дому. Машина остановилась в том самом месте, откуда уехала. Джесс с раздражением опустил занавес. В какое позднее время она возвращается домой, подумать только! Он взял шляпу со стола с преувеличенным нетерпением и нахлобучил ее на голову.
Мэнди, как бабочка, впорхнула в дом. На ее щеках был заметен легкий румянец, волосы были растрепаны, а лицо украшала улыбка. Но она сразу потускнела, когда увидела Джесса.
— О, — упавшим голосом произнесла она, — я думала, что к этому времени здесь будет Сэм.
— Она была, но ей пришлось уехать, какая-то лошадь заболела. Она попросила меня остаться до твоего приезда.
— Я вернулась. Теперь ты можешь идти.
Хотя именно это Джесс и собирался сделать, он не мог смириться с тем, что она была в объятиях другого мужчины. У него сжались кулаки.
— О чем ты, черт возьми, думаешь, когда прохлаждаешься целую ночь с таким, как Джон Ли?
Мэнди вздернула подбородок. Какая наглость с его стороны спрашивать, почему она так поздно вернулась, с кем была и что делала!
— Джон Ли — мой друг и, кстати, твой друг тоже, ты забыл об этом?
— Я не забыл, но еще не забыл и о многом другом.
— На что ты намекаешь?
— Посмотри на себя. Ты как будто только что вскочила с кровати.
Ее щеки вспыхнули. Она не стала объяснять, что Джон Ли слишком быстро водит машину, да и не надо было. Почему она обязана что-то разъяснять такому нахалу?! Джон Ли был ее другом, хорошим другом, их отношения не выходили за рамки дружбы, но она ничего не стала говорить Джессу.
— Это тебя не касается. Что я делаю и с кем — только мое дело.
— Представь себе, нет, — проворчал Джесс и, сняв шляпу, отбросил ее в сторону.
Одним махом он сократил расстояние между ними и поцеловал Мэнди.
Мэнди уперлась руками в грудь Джесса, намереваясь оттолкнуть его, но вместо этого ее пальцы прильнули к его рубашке. Он грубо впился в ее губы… Но все, что почувствовал, было необыкновенно нежно на вкус.
Сладкий вкус невинности… и жар, охвативший их тела, буйная страсть, овладевшая обоими.
— Скажи, он что-нибудь значит для тебя? — воскликнул Джесс, лаская ее тонкую шею. — Скажи, он трогал тебя так, как это делаю я?
Пока его руки сжимали ее талию, губы обжигали шею. Своим дыханием он согревал нежную, как шелк, грудь, лаская языком ее соски.
— Нет, — шептала она, гладя его по волосам. — У меня никого не было, кроме тебя.
Джесс приподнял блузку и схватил зубами сосок.
— Джесс! О Джесс! — беспомощно вскрикнула она.
Он дернул блузку, она распахнулась, открывая грудь его глазам. Засунув руки под шелковую ткань, он скинул блузку с плеч, затем с рук, но не снял ее с запястий, поймав таким образом руки в шелковые оковы и связав их за ее спиной.
Их глаза встретились, и Мэнди увидела дикую страсть в его глазах, пока он не опустил голову и не начал опять ласкать губами ее грудь. Она трепетала от наслаждения, переполнявшего ее, откинув голову и изогнувшись всем телом.
— Где твоя комната?
— Нет, — вскинулась она, — не здесь! Джемми может…
— Тогда где же?
— В сарае, — прошептала она. — Там будет безопаснее.
Глава пятая
Мэнди положила голову на плечо Джесса, ее горячее дыхание обжигало его тело.
— Это комната конюха, — прошептала она.
Джесс не решился войти в сарай, и тогда Мэнди показала рукой на закрытую дверь в пристройке. Джесс распахнул ее настежь, а когда они вошли, плотно захлопнул ее. Луч лунного света пробивался через окно, освещая маленькую кровать. Джесс положил Мэнди на любовное ложе, а сам немного отошел, любуясь ее покрасневшим лицом, полными губами и упругой грудью.
— Кто тебе нужен? — прошептал он. — Кого ты хочешь?
Комок застрял в горле Мэнди.
— Тебя, Джесс, только тебя.
Встав на колени у кровати, он прижался губами к чувствительной коже на ее бедре. Все ее тело нестерпимо запылало, бедра конвульсивно сжались. Подняв руки над головой, она схватилась за металлическую спинку кровати и зажмурила глаза от болезненного желания. Его губы медленно скользили по ее бедру, руки прикасались к горячей плоти. Для Мэнди это было пыткой, самой сладкой пыткой, какую только можно себе представить.
Джесс внезапно остановился и, подняв голову, встретил ее вопросительный взгляд. Она увидела в его глазах необъяснимую злость, но, стараясь не замечать ее, прошептала:
— Джесс, пожалуйста…
Джесс уже стоял без ботинок и носков, поднеся руку к верхней пуговице на рубашке. Мэнди, приподнявшись, попросила:
— Нет, позволь мне.
Дрожащими пальцами она расстегивала пуговицы, и каждое ее прикосновение к коже, словно электрический ток, пронизывало его насквозь. Его дыхание все учащалось. Сходя с ума от желания овладеть ею, Джесс нетерпеливо расстегнул пряжку на джинсах и снял их. Наклонившись над ней, он прижал ее к себе.
