первая тренировка, Кинг, рано беспокоиться. Ты к Джейку?
– Да, сэр, – ответил Кингстон, глядя в пол.
– Не суди себя строго, у каждого бывают плохие дни, – заверил Алекс.
– Но только не в день встречи с другой командой, – и Кинг учтиво кивнул всем нам: – Приятного вечера, леди.
И быстро пошел по коридору, ведущему к кабинету моего папы. Который, по совпадению, находится в смежном помещении с моей секретарской.
Стиви и Вайолет многозначительно переглянулись. Вайолет усмехнулась.
– Надеюсь, мы увидим тебя в среду в нашем ночном киноклубе?
– Что за клуб?
– А это куда жены и подруги игроков нашей сборной приходят кино поглядеть. Вроде книжного клуба, только работы меньше, а зрелищ больше.
– Я же не жена и не подруга хоккеиста.
– Это пока, – улыбка Вайолет стала шире.
– Ну ладно, там увидим, – и я громко хлопнула в ладоши, напугав саму себя. – Мне там нужно еще допечатать, я пошла!
И, совсем как Кингстон, я чуть не бегом припустила по коридору.
– Ты давай отменяй свои планы на среду! – крикнула мне вслед Вайолет.
Качая на ходу головой, я ворвалась в офис. Кингстон не может на меня взглянуть, не покраснев как свекла, а я не собираюсь нарушать неписаное правило «не крутить с хоккеистами».
Шел уже шестой час, рабочий день закончился, но я не хотела уходить, не убедившись, что больше я отцу сегодня не нужна. Однако дверь в его кабинет была закрыта, и стучать я не собиралась – ведь у него там Кингстон.
Пока длилось ожидание, я почитывала имейлы и вносила в ноут свои наблюдения за игроками. Ожидание затягивалось, и под ложечкой у меня возник нехороший холодок. По спине потекла струйка пота.
Ерунда какая-то. Почему я вообще так волнуюсь? Кингстон – просто парень. Ну, разделись мы с ним догола, подумаешь! Ну, побывала во мне его головка, так ведь случайно! Почему я не могу перестать думать о Кингстоне, хотя с той ночи прошло больше двух месяцев? Почему меня зацепило, что он любит детей? Отчего эта мысль лишь усилила мое влечение?
Разобравшись с имейлами, я убедилась, что все сегодняшние документы сохранены, и закрыла ноутбук. Я убирала его в сумку, когда дверь папиного кабинета распахнулась.
– Милая, а я и не знал, что ты еще тут! Забыл сказать тебе, чтобы шла домой, когда тренировка закончится.
За папиной спиной маячил Кингстон – его взгляд метался по сторонам, отскакивая от меня, как шарик для пинг-понга, чтобы вернуться секундой позже.
– Ничего, мне все равно надо было проверить почту и сделать кое-какие записи. Ты готов идти?
Папа поморщился.
– Уф, вообще-то у меня еще остались кое-какие дела…
– А, о’кей, я подожду.
– Зачем же, вызови себе «Убер».
– А, э, ну ладно. Сейчас вызову.
– Вот и отлично, – и папа положил руку на плечо Кингстону: – Помни, что я сказал. Не загоняй себя, сынок.
– Да, сэр.
– И сегодня не перенапрягайся, а то ты какой-то красный весь…
На этом папа скрылся в кабинете, оставив меня наедине с Кингстоном.
Как обычно, Кинг взглянул на меня, сразу же отвел глаза и принялся густо краснеть. Сунув руки в карманы, он покачался на каблуках и выдал:
– Я могу отвезти тебя домой.
– Зачем же тебе делать крюк, я такси вызову, – отозвалась я, опуская ноутбук в большую сумку.
– Мне нетрудно, да и «Убер» не всегда лучший выбор. Я очень аккуратный водитель.
– Не сомневаюсь. – Я забросила сумку на плечо и направилась к выходу. Кингстон нагнал меня и пошел сзади.
– Так я могу тебя подвезти? – спросил он, когда мы вышли на парковку. – Как друг?
– Ну, наверное, да.
Два человека, интимно знакомых друг с другом и старающихся друг друга избегать, – это не совсем категория друзей, но Кингстон, кажется, настаивал, и я рассудила, что один раз он вполне может отвезти меня домой.
– Отлично! Договорились. Я тебя прокачу!
Я прикусила язык, чтобы не сострить над нечаянным сексуальным подтекстом слов Кингстона.
Глава 8
Друг женского пола
Кингстон
Я повел Куини к моему автомобилю. Я уже пару недель чувствовал себя идиотом из-за того, что проследил за ней до дома в первый день. Всякий раз, как я видел Куини, язык будто прилипал к гортани, и я вспоминал недозволенные вещи, которые я с ней делал. Предложение подвезти показалось мне отличным способом сгладить неловкость. Я отпер замки и подошел к правой дверце, чтобы открыть ее для Куини.
Вытерев потную ладонь о штаны, я подал руку.
Куини недоуменно поглядела на нее.
– Я хотел тебе помочь.
– А-а… Спасибо? – это прозвучало почти вопросительно, будто Куини удивило мое предложение помощи.
Она положила пальчики в мою ладонь, отчего до локтя по руке побежали щекотные мурашки. Спину словно облили кипятком, и другие, неудобосказуемые, части моего тела отреагировали так, как не годится реагировать на краткий контакт, пока Куини садилась в мой паркетник. Я подождал, пока она усядется, и торопливо обогнул капот «Вольво», напоминая своему организму, что сейчас не время возбуждаться.
Я мысленно твердил это себе, усаживаясь за руль, пристраивая мобильный в гнездо на приборной доске, проверяя зеркала и заводя мотор. Я опустил стекла, потому что салон наполнился запахом Куини, и хотя я безумно люблю этот запах, он дурманил мне голову.
Включив поворотник, я поглядел в обе стороны, выехал со своего места и направился к воротам.
– Наверное, мне не надо говорить тебе, где я живу? – невинно спросила Куини.
Горячий румянец – на этот раз неловкости – поднялся у меня до затылка и распространился на щеки.
– Прости, что я так поступил. Я не сообразил, что еще можно придумать, а нам срочно требовалось поговорить.
– Кинг, да я тебя подначиваю! Не извиняйся.
– А, понятно. О’кей. Но мне до сих пор стыдно, – я приглушил радио, чтобы не мешало разговору, включил поворотник и свернул в сторону дома генерального менеджера.
– Да все нормально! – Куини расстегнула пуговицу своего кардигана и стянула его. Под кардиганом оказалась безрукавка. С кружевными вставками.
– Включить кондиционер? Тебе жарко? – спросил я ломающимся, как у подростка, голосом.
– Нет, мне хорошо, – она полностью опустила стекло и пристроила локоть на край окна. – Ты всегда так водишь?
– Как – так?
Она указала на мои руки:
– Будто на права сдаешь.
– Положение рук, соответствующее часовым отметкам 3 и 9, является наиболее надежным. В случае аварии так меньше риска сломать пальцы, если сработает подушка безопасности.
А еще стискивание руля помогало бороться с острым желанием заправить розовую лямку ее бюстгальтера под безрукавку.
– Буду знать, – Куини указала на спидометр: – Осторожно, ты превышаешь скорость!
Я взглянул туда и увидел, что еду на пять миль быстрее разрешенного. Я снял ногу с педали газа и поехал, как полагается.
– Я пошутила, – Куини скрестила ноги и развернулась ко мне. – Тебе хоть раз штраф за превышение выписывали?
– Нет, я аккуратно вожу.
– Да, я это вижу.
Мы подъехали к светофору, когда загорелся желтый. Я снизил скорость, не желая рисковать и проезжать перекресток на красный свет. Сзади недовольно засигналила машина, и одновременно запищал будильник на моем телефоне.
– Ты ставишь будильник на ужин?! – поразилась Куини, взглянув на экран.
– Мне нужно часто питаться, и звуковое напоминание весьма полезно, особенно в начале сезона или в поездках. Иначе могут быть накладки – тренироваться на полный желудок не слишком эффективно.
Вообще я не прикасаюсь к телефону, когда я за рулем, но мы стояли на светофоре, и я выключил будильник.
– А, тогда понятно. Вы, хоккеисты, наверняка постоянно голодные, учитывая,
