– У меня такие же подозрения, – вздохнул Бикер. – Если так, то ему может грозить большая беда. Эти якудза свято хранят свои тайны и вряд ли станут спокойно относиться к тому, что какой-то наглец станет разыгрывать одного из них. Наверняка они стали бы искать такого человека.
– Надеюсь, номер Суси осмотрели? А номер этого, другого?
– Номер Суси пуст, сэр, – ответил Бикер. – Что же касается его спутника, то мы попытались провести сравнение его голографических снимков, сделанных с помощью телекамер, со снимками, хранящимися в гостиничном регистрационном файле. Как вам известно, при поселении в отель всех гостей фотографируют, и только потом вручают им ключи от номера. Боюсь, мы не обнаружили снимка этого человека. Он то ли большой мастер изменения внешности – а это вполне возможно, если он якудза, то ли не регистрировался в гостинице.
– А у женщины, что была с ним, не найдены какие-нибудь документы?
– Никаких, сэр, – печально отвечал Бикер. – Обыск производила лейтенант Рембрандт, а она говорит, что еще ни разу в жизни ей не доводилось сталкиваться с человеком, о котором было бы настолько мало сведений. То есть, никаких сведений нет вообще. Казалось бы, в наше время женщина такого возраста должна была бы непременно «наследить» при покупке одежды, украшений, безделушек – денег у нее при себе обнаружено предостаточно. Но нет, она прошла незамеченной для всех компьютеров торговой сети. Если понадобится, будет проведено еще более тщательное расследование, вдруг нам повезет больше.
– Нет, это будет пустая трата времени, – покачал головой Шутт. – Если уж ей до такого уровня удалось добраться инкогнито, следует предполагать, что и на других уровнях информация о ней отсутствует. Но, конечно, мы обязаны предпринять все положенные в таких случаях меры.
– Согласен с вами, сэр, – кивнул Бикер. – Но это мы можем со спокойной совестью передать специалистам. А теперь я готов сообщить вам, пожалуй, единственную хорошую новость на сегодня.
– Пора бы, – вздохнул Шутт. – А то у меня уже такое впечатление, что чем дальше, тем хуже, и конца этому не будет. Ну, что за хорошая новость?
– Мы установили личность неизвестного лазутчика, и он оказался вовсе не лазутчиком. Он – военный наблюдатель. Помните летного лейтенанта Квела, сэр?
Шутт наморщил лоб.
– Квел… Квел… Ну да, зенобианец! Генерал Блицкриг говорил, что его к нам направляют – все правильно! Так вы хотите сказать, что он уже здесь? Где?
– Бренди и один из гамбольтов наконец его изловили. У главной регистрационной стойки. Говорит, что пытался установить степень нашей боевой готовности путем имитации диверсии. Некоторые из наших солдат эту имитацию приняли за чистую монету. Думаю, вы их поймете, сэр. Они все еще убеждены, что он – шпион.
– Не стоит так из-за этого переживать, – сказал Шутт. – Его послал генерал, так что относительно его добрых намерений у нас не должно быть никаких сомнений. Как только мы объясним это нашим людям, все вопросы отпадут сами собой.
– Да, сэр, – не слишком бодро и убежденно отозвался Бикер. – Есть еще одна проблема, сэр. Когда Бренди захотела поселить одного из гамбольтов, который оказался особью женского пола, в отдельном номере, выяснилось, что обнаружились какие-то проблемы с вашим кредитом.
– Это невозможно, – улыбнулся Шутт. – Как вам известно, мы владеем этим отелем. Нельзя объявить владельцу, что у него проблемы с кредитом, особенно когда кредит этот обеспечен карточкой «Дилитиум Экспресс».
– Вот в этом-то как раз и состоит проблема, – потупился Бикер. – Дело, похоже, в вашей карточке «Дилитиум Экспресс». Это действительно невероятно, если только на финансовых рынках не случилось какого-то жуткого катаклизма, пока мы с вами на минутку отвернулись.
Дневник, запись No 294
«Очень богатые люди, – сказал однажды кто-то, – не похожи на нас с вами». А другой, еще более остроумный человек, заметил: «Ну да, у них денег больше». Мой босс был очень богат, и этим во многом объясняются достигнутые им успехи.
Идея превратить захудалую роту в образцовую, могла, спору нет, придти в голову и другому командиру, но только очень богатый человек мог претворить ее в жизнь за счет использования таких неординарных методов, как переселение личного состава из казарм в шикарную гостиницу, обеспечение военнослужащих новеишими тренажерами, питанием на уровне четырехзвездочных ресторанов. Да, такое под силу было только человеку, способному вытащить из кармана карточку «Дилитиум Экспресс», небрежно помахать ею и распорядиться: «Занесите это на мой счет».
И потому в то самое мгновение, когда младший администратор гостиницы при попытке произвести самое банальное перечисление со счета капитана, был уведомлен о том, что данное перечисление совершить нельзя в связи с отсутствием денег на счету, возникла серьезнейшая угроза для сохранения целостности той грандиозной структуры, которую с таким тщанием воздвигал мой босс. Более того: этот факт говорил о том, что на тропу войны с моим боссом вышел поистине опасный противник…
– Заморозить счет «Дилитиум Экспресс» – это не шутка, – согласился Накадате. Они с Суси сидели в пустой кабинке в пристройке к казино «Верный шанс». Пристройка эта была спроектирована специально для бизнесменов, которые пожелали бы в промежутках между азартными играми предаться делам бизнеса, но таких бизнесменов во все времена бывали считанные единицы, и потому пристройка большей частью пустовала.
– Пока ты увидел только кончик лезвия, – образно выразился Суси и положил на стол портативное электронное устройство, с помощью которого взломал счет Шутта. – Заморозить счет – это мелочь. Если я пожелаю, я могу выкачать с него деньги, перевести их на какой угодно счет, и никто не догадается, чьих это рук дело. Разве таким талантом не могли бы воспользоваться наши семейства?
– Видел я и раньше, как проделываются такие фокусы, но чтобы так быстро – ни разу не видал. Да и аппаратура у тебя совсем простенькая, – не переставал изумляться Накадате. В голосе его появились уважительные нотки. Разговаривали они с Суси вполголоса, хотя их вряд ли бы понял даже тот, кто взялся бы подслушивать – ведь говорили оба по-японски.
– Ты говоришь о слишком громоздкой аппаратуре. Это все равно, что сигнальным флажком размахивать, привлекая к себе внимание, – сказал Суси и откинулся на спинку кресла. – Все смотрят на человека, у которого в руке меч, а невооруженного не замечают. Глупцы не понимают, что убить можно и голыми руками.
– Говоришь, как ниндзя, – отметил Накадате, но тут же нахмурился. – Но почему ты так легко все это мне рассказываешь? Теперь я знаю, что ты умеешь проделывать такие фокусы, знаю, что ты готов предать своего капитана, так почему бы мне не убить тебя, пока ты не вытворил чего-нибудь подобного со мной или моим семейством?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
