показатели полезности с помощью ПИД-регуляторов[21], имитации отжига[22] или других простых алгоритмов оптимизации. С натяжкой их можно назвать сверхрациональными, но они довольно глупы и ограниченны и поэтому часто будут подстраиваться под внешний процесс, который точно не сверхрационален.
Чтобы двигаться вперед, нам нужны ДАО второго типа: ДАО с алгоритмом управления, способным принимать теоретически произвольные решения. Футархия, различные формы демократии и субъективного внепротокольного управления (в случае существенных разногласий ДАО делят себя на несколько частей, соответствующих каждому предложению, и каждый выбирает, с какой версией взаимодействовать) – единственные фундаментальные подходы, о которых мы пока знаем, хотя в дальнейшем наверняка появятся другие, а также их хитроумные комбинации. Как только ДАО смогут принимать произвольные решения, они смогут вести сверхрациональную торговлю не только со своими клиентами-людьми, но потенциально и друг с другом.
Какие рыночные сбои, с которыми не справляется обычное сотрудничество, может устранить сверхрациональное сотрудничество? К сожалению, проблемы общественных благ выходят за рамки описанных здесь механизмов – ни один из них не решает проблему массового многопартийного стимулирования. Согласно этой модели, организации будут становиться децентрализованными/прозрачными, потому что им начнут больше доверять, и в противном случае они будут лишены экономических преимуществ этого «круга доверия». Проблема с общественными благами в том, что здесь никого нельзя лишить выгоды, и поэтому такая стратегия не работает. Однако все, что связано с информационной асимметрией, попадает в сферу ее охвата, и этот охват действительно велик. По мере усложнения общества обманывать становится все проще, а проконтролировать или даже заметить обман – все труднее. Современная финансовая система – лишь один из примеров.
Возможно, истинная задача ДАО, если им вообще можно ставить такого рода задачи, заключается именно в решении этой проблемы.
Ценность технологии блокчейна
БЛОГ ETHEREUM
13 апреля 2015 года
В своих исследованиях блокчейна я прежде всего задавался вопросом: чем, собственно, эта технология может быть полезна? Для чего нам создавать блокчейны, какие виды сервисов должны работать на блокчейн-архитектуре и зачем нам отказываться от привычных серверов? Что может дать нам блокчейн: нечто совершенно необходимое или просто любопытное? Ну и, пожалуй, самый главный вопрос: каким будет его «убийственное приложение»[23]?
Последние месяцы я много размышлял над этими вопросами и обсуждал их с разработчиками криптовалют, представителями венчурных компаний и людьми, которые далеки от блокчейн-пространства, – активистами движений за гражданские свободы, представителями финансовой, платежной и других индустрий. В ходе этого процесса я пришел к ряду важных и ценных выводов.
Во-первых, у технологии блокчейна не будет никакого «убийственного приложения». Причину объясняет теория «низко висящих фруктов»[24]. Если бы технология блокчейна однозначно подходила для какого-то определенного приложения лучше, чем для всех остальных, это давно стало бы очевидным. Это напоминает старый анекдот: экономист видит на земле двадцатидолларовую купюру и решает, что она поддельная, потому что в противном случае ее бы уже обязательно кто-нибудь подобрал. Но здесь ситуация несколько иная: если затраты на поднятие купюры ничтожно малы и сделать это имеет смысл, даже если вероятность ее подлинности составляет всего 0,01 %, то в случае блокчейна затраты на разработку «убийственного приложения» очень высоки, и множество людей занимались этим ради потенциальной выгоды в миллиарды долларов. Но никто пока не придумал такого приложения, которое серьезно выделялось бы среди всех остальных и превосходило бы их.
На самом деле есть все основания утверждать, что ближе всего к статусу «убийственного приложения» приблизились уже давно запущенные, сто раз обсужденные и успевшие надоесть WikiLeaks и Silk Road. Silk Road – закрытый в 2013 году по решению суда анонимный онлайн-рынок наркотиков – за два с половиной года существования обработал сделок более чем на миллиард долларов. В свою очередь, WikiLeaks, заблокированная платежными системами, большую часть доходов получала через пожертвования в биткойнах и лайткойнах[25]. В обоих случаях блокчейн показал свою востребованность и экономическую перспективность, ведь до биткойна купить наркотики можно было только из рук в руки, а поддержать WikiLeaks – только наличными почтовыми переводами. Биткойн оказался намного удобнее, и этой возможностью тут же воспользовались. Но сейчас подобные кейсы встречаются редко, и найти новые неочевидные возможности применить технологию блокчейна не так просто.
ОБЩАЯ И СРЕДНЯЯ ПОЛЕЗНОСТЬ
Но значит ли это, что «полезность» блокчейна достигла пика? Конечно, нет. Достигнут лишь пик «необходимости» – в смысле максимальной полезности для отдельного пользователя, – но это не то же самое, что максимальная полезность блокчейна в принципе. Хотя Silk Road для многих своих пользователей был незаменим, в целом у потребителей наркотиков всегда есть какая-нибудь лазейка. Поразительно, как обычные люди умудряются обзаводиться такими связями, но у большинства действительно всегда найдется какой-то «парень», который может достать травку. Интерес к курению травки, по-видимому, сильно коррелирует с наличием легкого доступа к ней. Так что, по большому счету, у Silk Road был шанс стать актуальным только для очень узкой группы людей. То же самое с WikiLeaks: среди всего населения планеты доля людей, настолько озабоченных прозрачностью корпораций и правительств, чтобы жертвовать деньги сомнительной организации, не так уж и велика. Так где же максимальная полезность? Если коротко – в «длинном хвосте»[26].
Что же такое этот «длинный хвост»? Сложно объяснить. Я мог бы привести список приложений, которые к нему относятся, но блокчейн ни для одного из них не является обязательным и даже не предлагает достаточно мощных фундаментальных преимуществ. О чем бы ни шла речь, сторонники идей вроде «приложения блокчейна переоценены, важна только валюта биткойн» или «технология блокчейна в целом бесполезна» вполне могут придумать простой способ реализовать ту же схему на централизованном сервере, заменить управление посредством блокчейна на юридический контракт и любыми другими путями приблизить продукт к традиционной системе. И они будут совершенно правы, поскольку в этом конкретном случае блокчейн не является незаменимым. Но в том и суть: эти приложения находятся не в «голове», как WikiLeaks и Silk Road, иначе их бы уже реализовали. В «длинном хвосте» блокчейны не необходимы, но удобны. Они просто несколько лучше, чем ближайший доступный инструмент. И все же, поскольку эти приложения куда более широко распространены и могут принести пользу сотням миллионов пользователей, общая выгода для общества (что видно на приведенной выше диаграмме) намного больше.
Эту логику можно проиллюстрировать, задав такой же вопрос относительно «открытого исходного кода»: что может стать его «убийственным приложением»? Польза открытого исходного кода несомненна, его используют для миллионов программ по всему миру, но ответить на этот вопрос все равно очень сложно. Причина все та же: нет никакого «убийственного приложения», зато есть очень-очень длинный хвост из
