После смерти Мстислава Удалого (1228) в Галич было вошел королевич Андрей. Однако Даниил Романович, возвращавшийся тогда из польского похода, тут же получил от одной из галицких боярских группировок предложение сесть на «отчий стол». Князь не стал пренебрегать такой возможностью. Город он взял измором, т. е. долгой осадой, но не учинил расправы со своими противниками, постарался придать на вече своему вокняжению вид «всенародного избрания». Венгерского королевича Андрея он «с честью», как пишет летописец, отправил на родину. Последнее не помогло избежать похода на Галич старшего брата изгнанного Андрея — Белы IV, соправителя своего отца, короля Андраша II. Однако Бела не сумел взять Галич. В ходе осады Галича венгерское войско охватила эпидемия. Бесконечные проливные дожди осложнили отступление мадьяр, чем воспользовался Даниил. Он организовал преследование венгерских полков, отчего те понесли большие потери.
На следующий год венгры под руководством королевича Андрея, подстрекаемого галицким боярином Судиславом Кормиличем, повторили вторжение. Даниил, которого на этот раз отказалась поддержать старшая галицкая дружина, вынужден был бежать в Киев. Он расположил в свою сторону великого князя Владимира Рюриковича. В самом Галиче многие были против королевича Андрея и венгров, так что, когда Даниил получил помощь от киевского князя и от своего кузена Александра Белзского, у него были значительные шансы вернуть себе Галич. Даниил осадил с союзниками Галич. В ходе осады королевич Андрей умер, и галичане приняли князем Даниила Романовича. Вступив в Галич, Даниил опять не предпринял суровых расправ над своими политическими противниками, попытавшись найти с ними компромисс.
Н. В. Неверов. Роман Галицкий принимает послов Папы Иннокентия III. 1875 г.
Смыслом внутренней политики Даниила Романовича на юго-западе Руси являлось воссоздание единого Галицко-Волынского княжества и укрепление в нем центральной великокняжеской власти. Объективно только это могло ввести Галицко-Волынскую землю в число наиболее значимых государственных образований Руси и прекратить как внутренние междоусобицы, так и вмешательство в галицкие дела различных внешних сил: русских князей, венгерских и польских монархов. С другой стороны, объединенное Галицко-Волынское княжество при условии внутренней стабильности само могло диктовать свою волю другим русским землям и ближайшим иностранным соседям, что соответствовало интересам и галицко-волынской аристократии, и всему населению Юго-Западной Руси. Естественно, что это понимали русские, польские и венгерские соседи Галицко-Волынской Руси и в их интересах было не допустить подобного оборота событий.
Нападение во все времена слыло лучшей формой обороны, поэтому Даниил в 1234 г. решил вмешаться в междоусобие южнорусских князей. Михаил Черниговский и князь Изяслав из северской ветви Рюриковичей воевали против великого киевского князя Владимира Рюриковича. Владимир Киевский, как мы видели, оказал в свое время помощь Даниилу, и Даниил Романович счел своим долгом поддержать Владимира Рюриковича. Даниил Волынский поначалу успешно выступил против Михаила Черниговского.
Однако при возвращении дружины Даниила из черниговского похода на него у Торческа напали половцы, союзники Михаила Черниговского. Войско Даниила было разбито. Галичане не прощали своим князьям поражений. Галицкие бояре из числа противников Даниила тут же совершили политический переворот. Великим князем галицким в 1235 г. был провозглашен Михаил Черниговский, а в Киеве на какое-то время утвердился его союзник Изяслав. Желая расширить круг своих союзников, волынский князь Даниил Романович в 1235 г. ездил в Венгрию и присутствовал на коронации Белы IV в Фехерваре. Добрые отношения с Венгрией нужны были князю, чтобы получить Галич, а, возможно, и Киев. После смерти Владимира Рюриковича в 1236 г. Даниил сам стал претендовать на Киев. Между тем Киев в 1238 г. занял Михаил Черниговский, а Галич перешел к его сыну Ростиславу. Даниилу нужна была не столько военная помощь мадьяр, сколько их невмешательство в галицко-волынские дела, что и было обеспечено. В 1239 г. Даниил Романович сумел выгнать Ростислава из Галича. При подходе войск Даниила к Галичу бояре сами отправили князя Ростислава к отцу и отворили ворота Даниилу. Последний не провел репрессий в Галиче против сторонников черниговских князей, но решил сделать своей резиденцией новый, построенный им самим город — Холм.
Вскоре в руках Даниила оказался и Киев. Обладая Волынским княжеством, где теперь сидел его верный вассал и брат Василько, а также Галицией и Киевщиной, великий князь Даниил Романович превратился в одного из самых могущественных русских правителей. Теперь он мог попытаться вернуться к той политике усиления центральной власти, которую вели в свое время Владимир Мономах с Мстиславом Великим и о которой мечтал в начале XIII в. его отец Роман.
Однако начавшееся татаро-монгольское нашествие перечеркнуло эти планы.
Объединить Русь, победить Орду
Бату-хан (прозванный на Руси Батыем), внук «сотрясателя вселенной» Чингисхана, привел свои многочисленные и разноплеменные войска к русским границам. Правой рукой Батыя являлся его воспитатель, известный на Руси по битве на Калке Субедей-багатур. В 1236 г. была покорена Волжская Булгария. В декабре 1237-го — 1238 г. Батый разгромил силы Великого княжества Рязанского и Великого княжества Владимиро-Суздальского. Монголо-татары взяли в январе — апреле 1238 г. в северо-восточных русских землях 14 городов, включая новгородский пригород Торжок, но, испугавшись надвигающейся весенней распутицы, которая сделала бы для их конницы непроходимыми русские леса и болота, не дойдя до Великого Новгорода 100 км, повернули назад. Не желая идти уже опустошенными территориями, Батый прошел по пограничью Смоленского и Черниговского княжеств. Неожиданно для хана стойкое сопротивление оказал черниговский городок Козельск. Здесь полегло до 4 тыс. воинов Батыя, за что они и прозвали Козельск «злым городом». Уничтожив город и его жителей, Батый отошел в Поволжские степи. Здесь летом и осенью 1238 г. он победил и присоединил к себе половцев. Лишь старый хан Котян не покорился и увел несколько тысяч своих людей в Венгрию.
Эти несчастья Северо-Восточной Руси и ее восточных соседей не привели к прекращению ни междоусобиц на юге Руси, ни даже к прекращению участия в них северо-восточных князей. Так, брат великого князя владимиро-суздальского Юрия — Ярослав Всеволодович (отец Александра Невского) как-то случайно «заскочил» в Киев. Но смерть великого князя владимиро-суздальского Юрия в битве на р. Сити 4 апреля 1238 г. открыла Ярославу путь на владимирский великокняжеский стол, и он вернулся восвояси.
Конечно, удельный князь переяславль-залесский Ярослав Всеволодович был случайным претендентом на Киев. А смертельную борьбу за «матерь городам русским» вели Мономахович великий галицко-волынский князь Даниил Романович и представитель более старшей по родовому счету ветви Рюриковичей, потомок Святослава II (третьего сына Ярослава Мудрого), великий чернигово-северский князь Михаил Всеволодович.
Оба князя попеременно владели Киевом. В 1239 г. городом завладел Даниил. В преддверии Батыева похода на Южную и Юго-Западную Русь и Даниил, и Михаил отбыли в Польшу и Венгрию в надежде, что через династические браки своих сыновей они сумеют добиться военного союза с ближайшими зарубежными соседями Руси и вместе с ними выступят против монголов. Михаил успешно женил своего сына на дочери венгерского короля. Сватовство сына Даниила Галицкого Льва к другой дочери венгерского короля затянулось (брак был осуществлен лишь в конце 1240-х гг.) Что же касается военного союза против Батыя, то здесь оба великих князя не преуспели.
Тем временем Батый в 1239 г. завоевал Чернигово-Северскую и Переяславскую земли. Двоюродный брат Батыя хан Мунке (Менгу-хан) подошел к Киеву. Очарованный его красотой, Мунке предложил киевлянам сдаться на выгодных условиях. Даниил Галицкий оставил в Киеве своего боярина — тысяцкого Дмитра. Киевляне не приняли предложение Мунке и убили послов. Мунке не имел приказа джихангира (главнокомандующего) Бату-хана о штурме города и отошел. Но злая доля не миновала Киев. В сентябре 1240 г. он был осажден главными силами Батыя, а в декабре пал в ходе штурма. Большая часть защитников города и оставшегося в нем населения была перебита. Воеводу Дмитра, захваченного в плен, Бату-хан пощадил «за храбрость его» и приблизил к себе.
Б. Чориков. «Князь галицкий Даниил и ляхи. 1234 г.». Литография. Ок. 1836 г. (РГБ)
В 1241 г. Батый уже воевал в Галицко-Волынской земле. Пал Владимир-на-Волыни, Галич, Каменец, Ладыжин-на-Буге и ряд других городов. Но были и такие юго-западные города, которые Батый не взял (к примеру, неприступный Кременец с каменным замком) или которые обошел. В отличие от Владимиро-Суздальского княжества значительная часть военных ресурсов Галицко-Волынского княжества сохранилась и после Батыева нашествия на Южную и Юго-Западную Русь в 1239 — 1241 гг. В 1241 г. двумя потоками через Волынь и Галицию полчища Батыя ушли в Венгрию и Польшу. По версии русских летописей, это было сделано по совету пленного воеводы Дмитра, который таким образом желал помочь своей земле. Западная Русь (Полоцкая, Минская, Пинская и прочие земли) вообще не была затронута походами Батыя на Русь 1237–1241 гг.
