Читаем без скачивания Пистис София - Елена Блаватская

Из всего вышеописанного совершенно очевидно, что Голубь является символом «Высшего Я» человека.

71

Василиск с семью головами. Логи или «Спасители» всех народов изображаются наступающими на голову или головы змеи или дракона, или пронзающими монстра присущим им оружием силы. Таким образом представляется победа Духа над Материей («Старым Змеем» или «Великой Бездной»), которая при помощи духовных превращений в конце концов подчиняется божественной воле прославленного посвященного, и «боги», или силы природы побеждаются, божественным «Повстанцем», Асурой, «Драконом Мудрости», который сражается против девов; то есть, активность манаса одерживает триумф над пассивностью чистого духа. Кришна сокрушает семиглавого змея Калинага. Геркулес отрубает головы Гидры, водяной змеи; египетский Оранте наступает на змею, в то время как его руки растянуты на распятии, а Гор пронзает голову дракона Тифона или Апопа; скандинавский Тор разбивает череп змеи своим крестообразным молотом, а Аполлон пронзает Пифона, и т. д., и т. д. Все это обозначает в одном из аспектов расширение планов сознания и соответственное преобладание планов материи (символически, воды), причем основных планов насчитывается семь.

Однако, подобно логоям и иерархиям сил, «змеи» должны отличаться один от другого. Шеша, или Ананта, «ложе Вишну», – это аллегорическая абстракция, символизирующая бесконечное время в пространстве, которое содержит зародыш и периодически вызывает прорастание и цветение этого зародыша, создавая проявленную Вселенную; в то время как гностический Офис содержит тот же самый троичный символизм в своих семи гласных, как и односложный, трехсложный и семисложный Oeaohoo Древней доктрины; то есть, Один Непроявленный Логос, Второй – проявленный, треугольник, превращающийся в Квартернарий или Тетраграмматон, и в существование последнего на материальном плане. («Тайная Доктрина», I, 73, примечание).

Таким образом, если Гуань-Ши-Инь или Авалокитешвара в китайском символизме увенчан семью драконами и несет на себе надпись, «вселенский Спаситель всех живых существ» («Тайн. Доктр.», I, 471), семиглавый Василиск данного текста несомненно символизирует низший и материальный аспект этого типа эманации вселенной, а не примордиального духовного змея в ореоле семи его лучей, или семи гласных. И так же, как существовал высший Хебдомад семи высших планетарных духов или эонов, был и нижний Хебдомад. Офиты представляли это аллегорически, говоря, что Змей, в наказание за то, что он научил Адама и Еву (третью расу) восстать против Ильда Баофа, был изгнан в нижний мир и породил шесть сыновей, то есть, должен был воплотиться в телах древних рас. Практически во всех системах, общему постулату древней астрономии о том, что существуют семь планетарных сфер и восьмая (сфера неподвижных звезд) над ними, учили под различными аллегорическим покровами, и все они туманно излагали эзотерическую истину о семи состояниях материи, семи небесных телах планетарной цепи, семи принципах в человеке, и т. д., и т. д.

Учение о семи небесах ясно излагается в интересной апокрифической книге, называемой «Восхождение Исайи», которая вне всякого сомнения была написана ранее чем во втором веке нашей эры, и часто и с одобрением цитировалась вплоть до времени Св. Иеронима. Она отличается своей строго докетической направленностью и принадлежит к иудейско-коптской школе. После периода долгого умолчания к ней вновь привлек внимание епископ Ричард Лоуренс в 1819 г., опубликовав эфиопский манускрипт, единственный сохранившийся кодекс, с переводом на латынь и на английский язык. В дальнейшем на эту интереснейшую реликвию пролила некоторый свет работа А. Диллмана (Лейпциг, 1877), который сравнил Бодлеанский манускрипт с двумя другими, которые были привезены из Магдалы после ее захвата в 1868 году. В этом сочинении описано весьма любопытное видение пророка. Некий ангел седьмого неба провел дух Исайи через все семь небес. В тверди небесной (земле) он увидел Саммаэля (Сатану) и его воинства, вовлеченные в междоусобный конфликт. В первом был некто, сидящий на троне (вахана, или колесница[43]) и окруженный ореолом ангелов справа и слева. Исайе было сказано, что это поклонение в действительности оказывается Отцу на седьмом небе и его Возлюбленному. На втором небе он увидел то же самое, но при еще большем великолепии, и пророку снова помешали совершить поклонение, словами: «Не поклоняйся ни ангелу, ни трону, которые есть на шести небесах, пока я не покажу тебе седьмое небо». Затем ему были показаны третье, четвертое и пятое небеса, и каждое из них превосходило по своему великолепию предыдущее. На шестом не было трона и не было никакого разделение на правое и левое, но все в равном сиянии восхваляли Отца, его Возлюбленного (Христа) и Святой Дух. В конце концов на седьмом небе он увидел Отца и «Господа Бога, Христа, который называется в мире Иисусом», и ангела Святого Духа. Все праведники[44] там поклонялись троице, в то время как Иисус и Святой Дух оказывали поклонение Отцу. Дальше мы читаем о нисхождении Христа через семь небес и твердь небесную, предшествующем его воплощении (см. «Слов. христ. биог.», sub voce Исайя). Для более полного понимания этого видения сравните с диаграммой в «Тайной Доктрине», I, 153 и 200.

Но, хотя семиглавого змея можно обнаружить в символогии временами над, а временами – под фигурой Бога или посвященного, и опять-таки он может иметь 1, 3, 5, 12 или 1000 голов, все же в действительности в этом нет никакой путаницы. Ибо как 1, 3, 5 и 7 примордиальные планы имеют свои собственные подуровни эманации, так и слои и иерархии отражаются одна в другой. Таким образом, каждый план есть септенарий, и каждая пара планов представляют собой высший и низший Хебдомад.

Что же касается Тринадцатого Эона и Пистис Софии, стоящей на семиглавом василиске, то в этом отношении интересно также отметить, что в мексиканской традиции есть тринадцать змеиных богов.

72

Оркус. Преисподняя (см. табл. I) состоит из трех частей: Оркуса, Хаоса и Внешней Тьмы. В аллегорическом описании судьбы греховной души, иными словами, участи низших принципов после смерти, нам сообщают, что в Оркусе (буквально – тюрьма или огороженное место) души мучают огнем, в Хаосе – огнем, темнотой и дымом, а в Caligo Externa [Внешней Тьме], вдобавок к тому, еще и градом, снегом, льдом и ужасным холодом. Все это делает эти три локи – представителями состояний материи, которые соответствуют кама-рупе (телу желания), линга-шарира (астральному телу) и стхула-шарира (физическому телу). Таким образом, когда мы читаем, что «они забросили меня в Оркус, лишив меня моего Света», мы естественно можем понять, что принцип Кама с необходимостью делает тусклым и неясным Свет духовных принципов и лишает их присущей им силы.

73

Покров кожи. Этот термин повсеместно применялся гностиками для обозначения физического тела. Как говорится в «Разоблаченной Изиде», I, 149.

Халдейские каббалисты говорят нам, что первоначальный человек, который, вопреки дарвиновской теории, был чище, мудрее и много духовней, как это показывают мифы о скандинавских Бури, индусских Деватах и моисеевых «Сынах Бога», – короче говоря, имел много более высокую природу, чем человек нынешней адамической расы, – лишился своей духовности и был испорчен материей, и тогда ему в первый раз было дано плотское тело, что символизирует в Книге Бытия следующий стих, имеющий весьма глубокий смысл: «И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные, и одел их».[45]

74

На стр. 181 кодекса [перевода Шварц] мы приходим к некоему выводу об эпизоде кающейся Софии. 139 страниц, которые были посвящены этому вопросу, требуют исключительного внимания от изучающего эзотеризм читателя, ибо здесь мы имеем не только историю «странствования» души, но также и описание ступеней посвящения, которые соответствуют и естественным ступеням или состояниям сознания, и циклам человеческой эволюции. Теперь мы попытаемся рассмотреть это странствование Пистис Софии, прослеживая путь ее «проступка» или желания Света, через 13 ее покаяний, или превращений разума (метанойя, превращения ноуса или разума), вплоть до ее возвращения в Тринадцатый Эон, определенную ей область или план.

Для того, чтобы достигнуть знания Света, или Логоса, душа должна была опуститься в материю или Гиль. Поэтому Пистис София, возжелавшая Света, опускается за его отражением из Тринадцатого Эона через Двенадцать Эонов в глубины Хаоса, где она подвергается опасности полностью утратить свой собственный внутренний Свет или Дух, которого ее постоянно лишают Силы Материи. Низойдя в самые мрачные глубины Хаоса, она наконец достигает предела, и путь ее странствования начинает вести вновь вверх, к Духу. Таким образом, она достигает равновесия и, все еще тоскуя и стремясь к Свету, она проходит поворотную точку цикла и, изменяя склонность своей мысли или разума, провозглашает свои покаянные гимны или раскаяния. Ее главный враг, который своим ложным Светом увлек ее вниз, в Хаос, – это Ильда Баоф, Сила с обликом Льва, «принцип» Кама, ложный «Свет» в Хаосе, которому помогают 24 гилические, или материальные Исхождения, или Эманации, отражения 24 Небесных Исхождений, соратников Пистис Софии, общем числом 48, которые вместе с той силой или аспектом, в котором в любое время можно увидеть все целиком, составляют 49.[46] Сперва она произносит 7 покаяний. В четвертом из них, поворотной точке субцикла, она молится, чтобы Образ Света не отвернулся от нее, ибо настало время, когда покаяние «тех, кто попал в Нижние Области», должно быть сочтено «тайной, которая образует тип расы» (4-й расы). В шестом Свет (высший манас) прощает ее грех, из-за которого она покинула свою Область и пала в Хаос, но из Первой Тайны (буддхи) все еще не пришло указание полностью освободить ее из Хаоса. Таким образом, в заключении 7-го покаяния, когда она оправдывается тем, что она сделала это в неведении, благодаря своей любви к Свету, – Иисус, посвященный на объективном плане и Свет на плане субъективном, без указания Первой Тайны (то есть, одной силой манаса без буддхи), поднимает ее в сравнительно менее тесную область Хаоса, но София все еще не знает, благодаря кому это произошло. На 9-м Покаянии Первая Тайна частично принимает ее молитву и посылает Иисуса, Свет, тайно помочь ей, то есть, чтобы об этом не знали силы эонов; после этого Пистис София распознает Свет. Четыре ее последующих гимна сознательно поются Свету и по своей сути являются благодарностью и упованием на то, что кармическое правосудие вскоре догонит ее притеснителей, в то время как сама она молит о своем освобождении от «греха», а именно, камической силы в облике Льва. После 13 покаяния Иисус снова, сам по себе, без Первой Тайны, испускает из себя сияющую Силу Света и посылает ее на помощь Софии, чтобы еще выше поднять ее в Хаосе, пока не придет указание освободить ее полностью.[47] Далее следует описание светосил, которые весьма тесно соотносятся с описанием трех покровов (или Одеяний) на начальных страницах кодекса. Затем, когда София поет четыре радостных гимна, Сила становится венцом над ее головой, и ее Гиль, или материальные пристрастия, начинают очищаться, тогда как духовные силы, или светосилы, которые она все еще сохранила, соединяются с «Покровом Света», который опустился на нее. После этого Статут был исполнен, и Первая Тайна, в свою очередь, послала великую Силу Света, которая соединилась с первой Силой, испущенной «Светом», и стала великим Потоком Света, – эта Сила была самой Первой Тайной, Смотрящей вовне (буддхи-манас) на своем собственном плане, и «прославленным» посвященным в этой материальной сфере. Она пришла из Первой Тайны, Смотрящей внутрь (атма-буддхи), или «Отца». Когда это свершилось, Пистис София, низший манас, вновь очистился, и ее светосилы увеличили свою мощь и наполнились светом благодаря ее партнеру света, тому сизигию, без которого, как полагала вначале Пистис София, она способна достигнуть Света Светов, впадая таким образом в ошибку. И все же она еще не полностью освободилась от уз материи, ибо чем выше она поднимается, тем сильнее силы исхождений, направленные против нее, продолжающей изменять их облик, так что она теперь сражается против еще более сильных врагов, которые создаются и направляются сильнейшими и коварнейшими силами материи. Вслед за этим Пистис Софию полностью окружает Поток Света, и в дальнейшем ее под обе руки поддерживают Михаил и Гавриил, «Солнце» и «Луна». «Крылья» «Великой Птицы» колыхаются, «Крылатый Шар» расправляет свои перья, готовясь к полету. Ибо разве бесконечность пространства – это не есть «гнездо вечной Птицы, биение крыльев которой создает жизнь»? («Тайн. Доктр.», II, 293). Так происходит последняя великая битва. Первая Тайна, Смотрящая вовне, направляет свои атаки против «жестоких, могущественных сил, воплощенных страстей», и заставляет Пистис Софию попирать ногами Василиска с семью головами, разрушая его Гиль, «Так, что ни одно семя не сможет вырасти из него впредь», и сбрасывает вниз остаток противоборствующего воинства.[48] После этого Пистис София поет хвалебный гимн своему освобождению из оков Хаоса. Так она становится свободной и вновь обретает память. И все же великий Своевольный и Адамас, Деспот, еще не были покорены полностью, ибо все еще не пришло указание от Великой Тайны, Смотрящей внутрь, Отца. Поэтому Великая Тайна, Смотрящая вовне, опечатывает и изолирует эти области и их правителей до тех пор, пока не завершатся три срока, то есть, до завершения 7-го цикла (мы находимся ныне в четвертом), когда человечество перейдет в межпланетную нирвану. Однако эта нирвана – это состояние вне пространства и времени, как мы их понимаем, и потому оно может быть достигнуто сейчас и внутри, но лишь очень святыми людьми, налджорами и архатами, которые могут достигнуть высочайшей степени мистического созерцания, называемого на Востоке самадхи. Ибо тогда «Врата Сокровища Великого Света» будут открыты, как это описано в нашем тексте, и «странник» переправится через нирванические небеса. (Ср. стр. 169–181.)