Марго приготовилась увидеть монстра, но по внешнему виду Фугасов оказался не слишком экзотическим явлением. Лицо его было малоподвижно, и на нем красовалась либо застывшая самодовольная улыбка, либо не менее самодовольная многозначительная серьезность. Говорил он громко, на одной ноте, правильными отрывистыми фразами, и, сказав нечто остроумное с собственной точки зрения, издавал очень странный смех, состоящий из раздельных повторяющихся покашливаний. Он оказался еще и пьяницей и, как только выставленный Платоном графин с водкой опустел, бесцеремонно потребовал продолжения. Он быстро пьянел и вскоре начал нести чушь.
На следующий день они посетили его лабораторию. Это был некий гибрид оранжереи и радиомастерской. Вперемежку с растениями в полном беспорядке располагались какие-то электронные аппараты, приборы, приборчики, везде валялись разбросанные радиодетали, на подоконнике дымился разогретый паяльник, источающий запах плавленой канифоли. Среди темно-зеленой листвы, словно диковинный зверь в джунглях, разгуливал Фугасов. Они как-то сразу стали называть его Фугасом.
Марго показалось, что Фугас не заметил их вторжения, но он, продолжая стоять к ним спиной, произнес монотонным, механическим голосом:
- О вашем приходе мне сообщили приборы. Они зафиксировали появление новых биополей.- Он, наконец, соизволил повернуться к гостям лицом и стал похож на актера, ожидающего на просцениуме аплодисментов.- Они и сейчас на вас реагируют.- Неуклюже сложив пополам свое грузное туловище, он поглядел на стрелки смонтированных на панели приборов, в которых Платон признал обыкновенные миллиамперметры.- Вы находитесь в слишком активном эмоциональном состоянии. Это еще не агрессия, но определенная готовность к агрессии. Вы, наверное, чем-то раздражены?
- Это и есть... прибор... который вы имели в виду? - изумился Платон.
Присмотревшись получше, Платон разглядел на каждом растении по несколько опоясывающих стебли крохотных темных колечек, от которых тянулись тонкие проводки.
Через шесть дней Фугас вручил Платону двойной лист из школьной тетради, аккуратно разграфленный карандашом по линейке. Над столбцами размещались надписи: No п/п, дата, часы, минуты, секунды, NoNo приборов, интенсивность сигнала. Около последнего заголовка имелся значок сноски, и внизу листа круглым бисерным почерком было выведено: "Интенсивность указана в процентах от максимума шкалы соответствующего прибора". Всего в списке было сорок восемь номеров.
- Это пока еще пристрелка,- с важностью доложил Фугас,- а вы теперь должны мне сказать, какие из этих сигналов представляют для вас интерес.
Время единственного самоубийства, случившегося за прошедшую неделю, совпало с часами и минутами, указанными в списке Фугаса.
Прошло еще десять дней, и Марго с Платоном получили еще один, столь же педантично оформленный список. На этот раз он содержал девять номеров, из которых два соответствовали происшедшим самоубийствам.
- Как видите, кольцо сужается,- напыжился самодовольно Фугас.- И не нужно ни магов, ни телепатов.
- Да, прогресс налицо,- согласился Платон, и Марго тоже кивнула.Насколько я понимаю, вам удается постепенно выделить группу растений, реагирующих исключительно на нужные импульсы?
- Ха, вы мыслите в верном направлении. Но это только полдела. Окончательный ключ к опознаванию сигнала будет состоять из перечня приборов, реагирующих на него, с указанием степени реакции, и перечня приборов, не реагирующих. Надеюсь вы поняли? Отсутствие реакции - такой же значимый признак, как и сама реакция. Вот, например, я уже установил, что водоросли не откликаются на то, что вы ищете... Так что злодейство вашего Легиона исключительно сухопутное.- Частым и энергичным покашливанием он изобразил активное веселье.
- Простите, но мне, как говорится, послышалось престранное слово...
- Какое слово? Я ничего такого не говорил. Странными словами, с вашего позволения, я не пользуюсь.
Этот мимолетный эпизод обеспокоил и Марго, и Платона - ведь Володечка-телепат незадолго до своей смерти столкнулся с такой же шуткой подсознания.
А еще через неделю на листке, с педантичностью тупицы-отличника разграфленном до самого низа, были заполнены всего две строки. В одной из них было указано время очередного самоубийства.
Однажды они обнаружили входную дверь Фугаса открытой нараспашку. Из комнаты вырывался необычно яркий свет.
- ...я ведь уже говорил, что работаю не один. Мне помогают так называемые "компетентные органы",- раздалось покашливание Фугаса.- Но вы не беспокойтесь. Когда "день икс" приблизится, я вам сообщу.
В проеме показалась спина человека с громоздкой видеокамерой на плече. Сомнений быть не могло: Фугас устроил пресс-конференцию.
- Но, насколько я понял, ваши возможности намного шире, чем нейтрализация мелкой сошки, какого-то там Легиона,- вмешался рокочущий баритон.- Получается, в вашей власти погасить все агрессивные всплески эмоций? Вы можете прекратить убийства, грабежи и вообще всякое насилие,
это так?
- Да, конечно. Но это дело будущего,- простодушно подтвердил Фугас, не понимая, что над ним в открытую издеваются.
- Ну довольно! - Марго схватила Платона за рукав и энергично потянула за собой к выходу.- Нам не хватает только, чтобы наши физиономии красовались завтра в газетах! - со злостью добавила она уже на улице.
В течение нескольких дней Платон скупал в ларьках все газеты без исключения и тщательно их просматривал. К счастью, пресс-конференция Фугаса не имела серьезного резонанса. В одной из заметок, в числе смешных выдумок чудака, упоминалось о следователе прокуратуры Софроновой, по словам Фугасова, будто бы обратившейся к нему за помощью.
- Пустяки! - отмахнулась Марго.- Вряд ли мое начальство сует нос в такие газеты. Я больше опасаюсь реакции Легиона на эту историю.
Но время шло, и до стола прокурора маленькая газетная вырезка, неведомо какими путями, в конце концов добралась.
- Сумасшедший, он и есть сумасшедший,- пожала Марго плечами. - Мне рекомендовали его как специалиста по всякой там телепатии, а он оказался психом.
- Ну ладно, проехали.- Прокурор благодушно смахнул со стола заметку в мусорную корзину.- Да вот еще что... Ты Легиона-то особенно не разрабатывай. Я тебе что велел? Самоубийства копить. Вот ты и копи.
На Марго этот разговор произвел неприятное, более того жуткое впечатление. Остерегаться теперь приходилось практически всех, разве что не самих себя. Для контроля над выходками Фугаса Платон решил ангажировать еще одного телепата.
Костоедова Елизавета Петровна оказалась миниатюрным и миловидным, очень юным созданием с карими глазами и добрым собачьим взглядом. Она встретила их приветливо и, еще не выяснив, кто они и зачем пришли, предложила чай из диких трав собственного сбора. Она выглядела человеком абсолютно нормальным, и, только внимательно вглядевшись в ее слишком близко к переносице посаженные глаза, Марго уловила в их глубине нечто настораживающее - не то чтобы безумие, а скорее готовность к безумию.
Платон без всякого предварительного прощупывания коротко изложил, зачем они к ней явились. Он при этом не стал скрывать, что предлагаемая работа таит в себе определенную опасность. Ее это не испугало, и смерть Володечки не вызвала у нее удивления.
- Он сам шел к этому,- обронила она равнодушно,- он жил нечисто.
Оказалось, она вынуждена зарабатывать в качестве экстрасенса-целителя, и деньги ей нужны для поездки в Америку, в школу неошаманизма.
- Если вся загвоздка в деньгах, то мы скомпенсируем все ваши затраты,успокоил ее Платон.
Лиза согласилась охотно и даже заметно повеселела.
- А что такое неошаманизм? - поинтересовался Платон.
- Есть один человек, его зовут О'Брайен. Он возродил шаманизм на основе современных знаний. Применяет новейшие средства - психоделическую музыку, цветные стробоскопы... я не знаю всего.
- А я-то думала, шаман всегда с бубном,- удивилась Марго.
- Суть шаманизма не в бубне, а в путешествии в параллельные миры, влияющие на события нашего мира. Бубен обтягивался шкурой трехгодовалого теленка оленя, он, как и стрела, был символическим транспортным средством, на котором совершалось путешествие в верхние миры. Так что это - всего лишь символ, помогавший совершить пространственный переход. Зная это, современный шаман в бубне не нуждается, у него есть другие средства...
Настроение у Марго было кислое и вовсе не из-за шаманки - от нее остались в конечном итоге положительные эмоции. Портила Марго настроение необходимость искать некоего электронного гения, компьютерного пакостника, отбывающего где-то в лагерях заслуженное наказание. Фугас был отчаянно ненадежен, и теперь, найдя для него телепатическую дублершу, нужно было искать дублера электронного.
