-- Я и не злюсь на него, - усмехнулся Фран, - С чего ты решила?
-- Он просто немножко расстроился... вот и все.
-- Нина, я тебя прекрасно слышу! - засопел отец на кухне, - И я не расстроился.
Глирт посмотрел на меня вопросительно. Я улыбнулась и сдала отца с потрохами.
-- Ты первый, кому удалось его завалить. Поздравляю.
-- НИНА!
Потом я бегала по квартире от папы, который пообещал оттаскать меня за уши. Естественно поймал. Чуть-чуть даже потягал за уши, но не серьезно. Наблюдавший за нами Фран, чему-то скупо улыбался.
-- Ты не смотри, - хмыкнула Надя, - они всегда такие.
-- Вы, - поправил ее глирт.
-- Что?
-- Я не давал тебе разрешения говорить со мной на "ты".
Надя отшатнулась, заглянув в беспроглядную тьму глаз Франчиаса.
-- Извините, - шепотом пробормотала она.
Вырвавшись из папиных рук, я подскочила к этой парочке: бесстрастный глирт и чем-то расстроенная подруга.
-- Что случилось?
-- Я попросил эту человечку не переходить границы.
-- Надя?
Подруга раздраженно тряхнула головой.
-- Он захотел, что бы я обращалась к нему на "вы", - она развернулась к Франу лицом и с негодованием заявила, - Да я старше тебя лет на десять. И это не я, а ты должен уважительно ко мне относиться. Понял?
И тишина. Мы с папой скептически взглянули на рассерженную Надежду.
-- Надь, по правде говоря, он гораздо старше, чем выглядит, - решила объяснить подруге, в чем она не права.
-- Хочешь сказать ему не шестнадцать, а лет это так..., - она окинула глирта уничижительным взглядом, - двадцать пять.
-- Нет. Гора-аздо старше.
Надя нахмурилась.
-- А сколько?
-- Семьсот сорок четыре года, - безразлично ответил Фран.
-- А-а! - совершенно обескураженная, только и смогла вымолвить Надя.
Пришлось поспешно выпроваживать прибалдевшую подругу, пока ее не пробрало на новые вопросы. Она и не сопротивлялась.
-- Прости. Не сердись на нее, - смущенно попросила я.
-- Ты постоянно извиняешься, Нина. Не надо. Ты не в ответе за чужое невежество.
-- Ну, твой внешний вид любого собьет с толку. Тебе чай или кофе?
-- Кофе, - тут же ответил Фран, - с черным перцем и ломтиком лимона, если не сложно.
Чашка, которую я достала из шкафчика выпала у меня из рук и разбилась бы, но Франчиас подхватил ее на лету. Вот это скорость!
-- Ос-сторожно, - ставя чашку на стол, прошипел Фран.
-- Странно, - пробормотала я.
-- Что странно? - папа отпихнул меня от шкафчика и сам достал посуду и сервировал стол.
-- У меня был знакомый, - уйдя мыслями в прошлое, объяснила я, - он тоже любил кофе с черным перцем и долькой лимона.
-- Ничего особенного, - отмахнулся папа, - мало ли у кого вкусы совпадают.... Так, какой еще знакомый?! Я его знаю?
Вот, блин, началось.
-- Нет, папа, ты его не знаешь.
-- Почему? Когда это было?
-- Давно, папа.
-- И что?.. Вы?...
-- Папа тебя это не касается.
-- Как это не касается! Еще как касается.
-- Папа не дави на меня. Это было давно и точка.
-- Как долго вы встречались?
-- Мы не встречались.
-- Тогда откуда ты знаешь его любимый напиток.
-- Папа, какая разница. Это было очень давно.
-- А поточнее.
-- Я вам не мешаю? - выражение лица глирта было трудно понять, но видимо я научилась - наша перепалка его забавляла.
-- Нет, - хором ответили мы.
Раздался приглушенный шипящий звук - Фран смеялся.
-- Вы определенно отец и дочь.
-- Вот будут у тебя свои дети, поймешь, что это такое, - пробурчал папа и сел за стол.
Глирт не стушевался.
-- Благодарение богини, меня сея чаша миновала.
-- Что, даже внебрачных нет? - заинтересовался отец.
-- Я предохраняюсь, - как само собой разумеющееся, ответил Фран.
За всю половозрелую жизнь и не одного? Ну, ничего себе!
-- Надо же, - изумился отец, - А жена?
-- Брачный договор с эльвафами.
-- И что?
-- Папа, это бестактно, - одернула я отца.
-- Мою невесту убили, пока я отсутствовал.
Приехали. Ну, папа, кто тебя тянул за язык? Неудобно-то как.
-- Соболезную, - мне было очень неловко.
-- Я не любил ее, - глаза Франчиаса пожелтели, - брак по расчету редко бывает счастливым. В моем случае, он даже не состоялся.
В возникшей неловкой паузе, прозвучавший телефонный звонок показался оглушительно громким.
Папа выскочил в прихожую.
-- О, это мама!... Да, любимая?... У Нины. Нет-нет, все уже хорошо. Домой? Сейчас еду. Да... Да... Хорошо...
Фран откинулся на спинку стула и склонил голову к плечу. Черные волосы упали ему на глаза и сквозь черные полоски мерцали лимонно-желтые змеиные глаза. От его взгляда у меня чешуйки на спине встали дыбом.
-- Как себя чувствуешь? - спросил он.
-- Нормально... вроде бы.
-- Я знаю, кем ты становишься.
-- И почему я не удивлена? - Ух, сарказма в моем голосе - хоть ложками черпай.
-- Этот список... в нем компоненты не только для зеркала. Точнее их всего пять - остальные для создания амулета Занириса. Твой отец хочет спрятать твою сущность, пока ты не окрепнешь.
-- И из-за этого я носилась по всему городу?! - взвизгнула я, - Ну, папа! У тебя совесть есть? Папа, я знаю, что ты меня слышишь....
-- Ты выходила ис-с-с дома? - неожиданно зашипел Фран.
-- Да, - заробела под его бешеным взглядом, совершенно не понимая, с чего вдруг он разозлился.
Мы не сразу заметили появление папы. А он встал, прислонившись к косяку, и с неприкрытым любопытством наблюдал за нами.
-- Шшш-то тебе говорили? Не выходить ис-с дома и ш-шдать!
-- Так это тебя я слышал между живописными высказываниями Лассаиндиара? - воскликнул отец.
-- Меня.
Франчиас явно вознамерился пробуравить во мне дырку.
-- Фран, я не могла ждать.
-- Ты хоть понимаешь, какой опас-сности подвергалас-сь?!!
-- Да, какая опасность может грозить мне дома?!
Его глаза из чернильно-черых омутов превратились в золотые озера.
-- Маленькая, безмос-сглая...с-с-с!
