Читаем без скачивания Царство медное - Елена Ершова

– Рихт, охота провалена! – тем временем прокричал Ян в рупор. – Уходите!

Через его плечо Виктор видел, как верзила опустил белый платок и неприятно осклабился в хищной улыбке. В вечерних сумерках это выглядело жутковато. Пламя сбитого вертолета пылало за его спиной, окружая фигуру незнакомца оранжевым ореолом, отблески плясали на золоте канта и гладко выбритой лысине верзилы, и казалось, что человек в красном восстал из глубин ада.

– Выходи, предатель! – прокричал он. – Мы оставим город, если ты выйдешь к нам! И отдашь украденное!

– Невозможно, – ответил Ян. – Эссенции больше нет.

– Тогда ты умрешь! – закричал верзила. Его лицо побагровело от напряжения и злости. – Меньше чем через двадцать четыре часа! И не надейся на иммунитет хозяина! Все равно сдохнешь, только гораздо позже! И мучительнее!

– Ты отвратительно многословен, Рихт, – сказал Ян. – Королеве следовало оторвать тебе голову.

– А тебя следовало держать подальше от претории, предатель! – злобно проорал верзила. – Сдайся, и мы даруем тебе быструю смерть! И никогда не вернемся в этот город!

Снова застрекотали орудия. Небосвод озарился вспышками разрывов и росчерками трассеров.

– По нашим ПВО палят, – сквозь зубы процедил Ингвар. – Только и мы не лаптем за печкой деланы!

Верзила снаружи по-прежнему ждал.

– Давайте снимем его отсюда? – предложил вихрастый.

– Может, вызвать подкрепление? – вполголоса спросил Виктор. – Позвонить в Дербенд…

Это услышал заместитель городского главнокомандующего, оглянулся и зло процедил:

– Строжайший приказ: держать оборону до последнего и не беспокоить центр по пустякам. И лучше вам не вмешиваться, пока я не начал выяснять, что делает гражданский на передовой.

Вперед вышел Ян.

– Удерживайте позиции, – сказал он. – Я пойду.

И медленно захромал к воротам. Виктору почему-то стало не по себе. Да, убийца. Да, возможно, даже не человек… но были падающие стены улья, и болотные чудища в радиоактивных лесах, и была Нанна, обнимающая так сладко, что все горечи забывались разом…

Все это было частью странного и страшного мира. Все это крутилось вокруг одноглазого монстра, жило ради него.

И еще был крестообразный шрам на правой ладони Виктора.

Знак Зверя.

Он неосознанным движением вытер ладонь о брюки и продолжил смотреть, как Ян медленно движется к стоящему за воротами верзиле.

По сравнению с щуплым Яном тот казался просто гигантом. Его руки расслабленно висели по бокам туловища, но Виктор не обманывался этой расхлябанностью – слишком быстро васпы умели выхватить стек и слишком ловко орудовали им, нанося несовместимые с жизнью раны.

Ян остановился перед верзилой, не дойдя нескольких шагов. Они начали о чем-то тихо переговариваться – о чем, понять было трудно. Никто не смотрел в глаза собеседнику: верзила глядел вбок, Ян – в землю. Губы обоих почти не шевелились.

– Воркуют, голубки, – нервно хихикнул кто-то сзади.

На него тотчас зашикали, и снова воцарилась тишина.

Виктора вдруг обуяло беспокойство. Такое чувство бывает, когда собираешься на какое-то важное мероприятие: сдавать экзамен или выступать перед большой аудиторией. В животе болезненно заныло, руки и ноги сделались ватными.

«Да что со мной? – подумал он. – Неужели волнуюсь из-за этого?..»

Васпы все так же неподвижно стояли друг против друга. Но чувство беспокойства не проходило. По шее сползла щекочущая капелька пота.

«Справа».

Он вытер шею ладонью, мотнул головой, стараясь сбросить неприятные ощущения. И краем глаза заметил короткую вспышку.

– Ложись! – закричал Виктор.

Упал, потащив за собой стоявшего рядом Ингвара. Что-то гулко разорвалось совсем рядом, уши заложило, а спину обдало горячей волной. Будто сквозь вату Виктор слышал предсмертные стоны и крики раненых. Кто-то грязно выругался над ухом. Затем воздух взрезали автоматные очереди. Виктор закрыл голову, зажмурился. Мелкие камешки больно жалили кожу лица и рук, во рту появился металлический привкус – падая, Виктор до крови прикусил губу.

– Ах ты ж, зараза! Получай! – ревели над головой.

Полыхнуло снова. Земля вздрогнула, вспучилась, потом грузно осела.

Он открыл один глаз и глянул в бойницу. Прямо возле стен он увидел груду окровавленного тряпья, бывшего когда-то вражескими солдатами. У одного из них еще судорожно сгибалась и разгибалась нога, но головы у тела не было – ее оторвало снарядом, и ошметки кости и плоти разметало по мостовой, окрасив землю в густой багрянец.

Рядом стонал от боли тот самый вихрастый парень, что наливал Виктору чай, – его живот окрасился красным, он хрипло дышал и сжимал дрожащими пальцами автомат.

– Держись, брат. Держись, брат. Держись… – механически повторял Ингвар, поддерживая его голову.

– Отступают, – доложил незнакомый Виктору лейтенант, который в этот момент говорил по рации. – Наши артиллеристы только что подбили вражеский броневик у главных ворот!

Раненого уложили на носилки. Ингвар тяжело дышал и глазами, полными суеверного ужаса, смотрел на Виктора.

– Как ты… узнал? – наконец спросил он. – Как узнал, что они приближаются?

– Я не знаю. – Ученый удивленно покачал головой. – Я просто… почувствовал…

Еще пребывая в шоке от происшедшего, он мимолетом взглянул через окно бойницы.

Как раз в этот самый момент взвился офицерский стек Яна и наполовину вошел в левый глаз верзилы.

Тот взревел, как умирающий зверь. Военные всполошились, разом подскочили к бойницам.

Верзила крутанулся на месте. Сохранив равновесие, он с гневным рычанием взмахнул стеком. Ян отклонился. Но лезвие все же рассекло ткань на животе. По краю разреза выступила кровь.

– Сейчас я сниму гада. – Один из солдат вскинул винтовку.

– Нет! – Виктор схватил его за плечо. – Можно задеть его…

Действительно, теперь было сложно отследить, где был верзила, а где Ян, – оба сцепились в один красный клубок. Противник держал Яна хваткой медведя, но нанести удары у него не получилось – Ян перехватил стек и лезвием вспорол руку верзилы от запястья до локтя. Тот снова заревел и разжал пальцы. Ян упал на землю и быстро подкатился под ноги. Не давая врагу опомниться, он вонзил лезвие верзиле в пах. Теперь соперник ревел не переставая. Его руки беспорядочно молотили воздух, пытаясь схватить своего мучителя. Но Ян все глубже вгонял лезвие, вспарывая верзиле живот от паха до пупка. Из разверстой раны выплеснулись скользкие ошметки внутренностей. Верзила еще раз взревел и грузно упал навзничь. Кровь пузырилась на подбородке. Стек пропорол его насквозь и вышел из поясницы. Руки и ноги дергались в судорогах. Тогда Ян подошел к упавшему, склонился над ним и точным и резким движением свернул ему шею. Пальцы верзилы в последний раз судорожно поскребли мерзлую землю, дернулись и затихли.

Не утруждая себя тем, чтобы стереть с лица чужую кровь, Ян спокойно подобрал стек, повесил его на пояс и, пошатываясь, побрел обратно к городу. На половине дороги он поскользнулся и упал на одно колено.

– Черт, да помогите же ему! – первым пришел в себя главнокомандующий.

Военные встрепенулись, начали открывать ворота, но никто не сделал попытки выйти навстречу человеку, с головы до ног облитому свежей кровью. Виктор подумал, что теперь понимает, отчего для мундиров преторианцев выбран красный цвет.

Ян поднялся, сделал пару неверных шагов и упал снова. По его телу прошла волна судорог, а потом Яна несколько раз вырвало. Он попытался подняться, но ослаб совсем и остался лежать неподвижно на остывшей земле. В этот момент туча накрыла город, и из черного брюха повалили снежинки. Они падали на Яна, таяли и стекали на землю розовыми ручейками.

В Выгжел пришла зима.

10

В болезни и здравии

– Ну? Что стоим? – повторно рявкнул главнокомандующий, обводя взглядом подчиненных. – Мне на себе это дерьмо тащить?

Люди заколебались, переминаясь с ноги на ногу, послышались вздохи.

– Полковник, а может… это, – отозвался один из военных, – и не нужно никого никуда тащить?

Виктор непонимающе воззрился на говорившего – румяного молодчика с жидкими усиками на верхней губе.

– Я хочу сказать, – продолжил тот развивать мысль, – это же васпа, верно?

Горячая волна прокатилась по телу и схлынула так же быстро, как появилась. Снова появился шанс – освободиться от страшного попутчика. Обрести свободу и легкость, наконец-то вернуться домой, залезть в горячую ванну и лежать, пока события последних дней не обратятся в пар.

– Кларк, не дури! – это произнес Ингвар.

Все время он сидел на ступенях, отрешенно глядя перед собой, но теперь поднял голову и выглядел сердитым и возмущенным.

– Если бы они не предупредили нас, – сказал он, – кто знает, пережил бы ты эту ночь. И не твой ли младший братишка оказался бы завтра в коконе.

Румяный Кларк нетерпеливо махнул рукой.