То, что она сказала ему в кафе, не укладывалось ни в какие его представления о любовных отношениях вообще и об этой девушке, в частности.
Он, сам позволяющий себе секс без любви, случайные связи, легкий флирт, мимолетные развлечения, влюбившись, вдруг стал иначе воспринимать взаимоотношения полов. Он настолько пересмотрел былые представления, настолько серьезно увлекся Лерой, что не допускал теперь и мысли о какой-то другой связи.
И вдруг Лера говорит ему:
–?Рома, так получилось... не знаю даже, как лучше сказать...
–?Да уж скажи как-нибудь! – обиженно и раздраженно буркнул Роман.
–?В общем... я... беременна...
–?Что?! Этого не может быть!
Роман искренне удивился. Он, всегда аккуратный в вопросах предохранения, был уверен в себе.
–?Мы же всегда... Я же никогда...
Она бросила на него виноватый взгляд и уткнулась в меню.
–?Лера! Ты уверена? – не отступал он. – Ведь этого не может быть! Ты вспомни... Я же всегда...
–?Да при чем здесь ты!
* * *
После яркого дня, после залитого солнцем двора Ане показалось, что она попала в подземелье. Темно, будто в доме нет окон. Маленькие сенцы, проходная комната или коридор, сразу и не поймешь, а дальше – большой зал, посреди которого – баба Саша. Занавески задернуты, на столе свеча и бабы Санины руки. Именно на руки сразу обратила внимание Аня. Они почему-то приковывали взгляд. Вроде бы обычные руки пожилого человека: усталые, морщинистые, рабочие... Но они будто жили отдельно от хозяйки, будто и лежали спокойно, но угадывалось в них такое мощное движение, такой потенциал, такая энергия, что даже издалека Аня почувствовала тепло, исходящее от них.
–?Здравствуйте!
Вместо приветствия баба Саша сказала:
–?Проходи, садись, милая! – И кивнула на стул.
Аня села перед пожилой женщиной и только теперь рассмотрела ее лицо. Морщинистое, загорелое, старое, но глаза! Какие живые, молодые, горящие! Неужели можно сохранить такую яркость взора? Такую ясность взора? Аня посмотрела в них и доверилась этой незнакомой женщине. Сразу и полностью! Ничего не собиралась рассказывать, но рассказала все: и о муже, и о себе, и о своей жизни без него... И странно: без слез рассказ получился. И почти без эмоций. Так спокойно пересказала последние месяцы своей жизни, что даже сама себе удивилась.
–?Дай свои руки, милая!
Баба Саша взяла Анины руки в свои, и Аня вновь поразилась ощущению: теплые, мягкие, молодые ладони! Приятные, легкие и в то же время энергетически наполненные...
–?Тоска у тебя большая была, милая. Ой, большая! Но это уже в прошлом. Тоска уходит... Скоро совсем уйдет.
Она дотронулась большим пальцем левой руки до Аниной переносицы, потом что-то прочертила на ее лбу, то ли линию, то ли фигуру... Одновременно нашептала молитву, а может, заговор, Аня не поняла. И повторила:
–?Пройдет совсем...
Аня смотрела на бабу Сашу, а та, казалось, читает по глазам и Анины вопросы, и Анины сомнения, и тревоги...
–?Вижу, милая, вижу все твои вопросы... И самый главный: что дальше? А что дальше? – Баба Саша уже держала в руках невесть откуда взявшуюся колоду карт, дряхлую, ветхую, растрепанную... Уже тасовала ее, а сама все что-то говорила, говорила, не давая Ане опомниться. – Вынимай, милая, двенадцать карт из колоды.
Таких карт Аня никогда не видела. Это была не обычная игральная колода с дамами и королями, а особенная – с разными картинками, абсолютно ничего не говорящими несведущему человеку.
А баба Саша ориентировалась в них очень хорошо. Теперь, глядя на разложенный веер, она была сосредоточена и молчалива. Долго смотрела то на карты, то в Анины глаза, то на ее ладони. Потом, наконец, выдала:
–?Времени называть не буду. Если раньше, глядя на карты, могла чуть ли не до дня предсказать событие, то теперь изменения большие в природе. Время сдвигается, пространство трансформируется...
Аня очень удивилась, услышав такое слово из уст престарелой женщины. Ей казалось, что деревенские жители изъясняются проще. Однако баба Саша, будто прочитав Анины мысли, сказала:
–?Не такая уж я простая, как кажусь на первый взгляд... А слово «трансформация», которому ты так удивилась, я произношу не случайно. Именно эта карта, – видишь, у меня карты именные, у каждой есть имя – так вот, карта «Трансформация» – заглавная в твоем раскладе. Ждет тебя, милая, очень интересная жизнь. И брак, и ребенок...
При этих словах глаза Ани округлились, и даже рот приоткрылся.
–?Да, да! Не удивляйся, милая! Не скажу, когда, но в течение трех лет – точно!
Свеча догорала. Баба Саша неспешно пошла к шкафу, достала новую, зажгла от старой...
–?Проблемы? Ну, будут какие-то, как без них? Мужчин много в твоей жизни...
–?Да где ж много? Один муж и был! – возразила Аня.
–?Будет! Мужчин будет много. Если честно, больше, чем нужно.
–?Да? А зачем они мне? Вы же говорите: брак...
–?Брак браком, а мужчины мужчинами... Но это не главное.
–?А что же главное?
–?Главное? Ждет тебя роман, милая... А больше ничего не скажу. Ступай с Богом. Ступай!
–?Ой, спасибо, баба Саша! Я должна сколько-то?
–?Сколько не жалко, милая!
Ане не было жалко для бабы Саши денег, просто много с собой не было. Она вынула, не считая, из кошелька несколько бумажек и положила на определенное место, куда указала ей баба Саша.
–?Ну, как? – кинулась к Ане Света, как только та сошла с крыльца.
–?Слушай... Так странно... Наговорила мне всего: и брак, и мужики, и роман...
–?Да ты что? – обрадовалась за подругу Светка. – Если баба Саша сказала, так и будет. Лично у меня все сбывается. Я к ней уже третий раз приезжаю.
И сколько они шли до детской площадки, столько и обсуждали только что услышанные предсказания... И ожидая детей, пока те закончат игру, не могли остановиться, припоминали нюансы гадания.
Но самый главный результат поездки был достигнут: Аня могла улыбаться и думать о чем-то другом, кроме своего горя. Она еще не успела это осознать, но горе уже отходило на второй план, тоска начинала сдавать свои позиции, и весь разговор, что было наиважнейшим достижением, теперь касался только будущего.
* * *
Роман смотрел на Леру недоуменно, ошарашенно и потерянно.
–?Как при чем я? А кто?
–?В том-то и дело...
Лера подняла на него глаза. В них плескалось целое море чувств. Правда, в тот момент Роман был не в состоянии ни понять их, ни проанализировать, ни изучить. Он мучительно ожидал объяснения. И жаждал услышать, и боялся...
–?В том-то и дело, – повторила Лера, – что ты ни при чем.
Она замолчала. Молчал и Роман, понимая, что объяснения последуют и без его вопросов. Так и случилось.
–?Есть еще один человек... Мужчина... Ну, в общем... понятно... Мы с ним давно уже...
