Читаем без скачивания Делирий - Василий Головачёв

Больше всего «хоботок на линзе» напоминал крепость с зубчатыми краями — для противостояния айсбергам и ледяным полям. Издали его действительно можно было принять за крепость или старинный дредноут, у которого вместо пушек имелись трубы, цилиндрические ёмкости, баки, мостки и стеллажи. Афанасий, изучив технические характеристики платформы ещё дома, знал, что сооружение проектировали в ЦКБ «Кристалл», а строили на верфях Калининграда, поэтому она была «насквозь своя», отечественная, хотя и не уступала ни в чём зарубежным аналогам. Для южных морей обычно платформы подвешивали на толстые трубы, намертво укреплённые в морском грунте. Эта конструкция представляла собой плавучее основание с натяжным якорным креплением. Для того ему и понадобились острые «крепостные» зубцы — чтобы льды не могли повредить обшивку платформы и буровую вышку.

Мелькнули пристыкованные к платформе с разных сторон корабли: один — похожий на большой буксир, второй — военный.

Вертолёт сделал полукруг и сел точно в центр нарисованного круга на специальной площадке, похожей на мишень.

Пассажиры, восхищённые мастерством пилотов, полезли наружу.

Группу встретил моложавый мужчина в бело-синем северном комбинезоне с меховым капюшоном.

Афанасий полез за удостоверением, но встречающий не стал проверять документы.

— Полковник Вьюгин?

— Так точно, — ответил Афанасий.

— Миленкович Кирилл Силантьевич, начальник пусконаладочной смены. Нас предупредили о прибытии экспертов. Места у нас мало, ещё иностранцы прилетят, поэтому вас придётся селить в один кубрик. Надеюсь, ненадолго.

— До пуска, — подтвердил Афанасий. — Попробуем уместиться. Как насчёт минимальных удобств?

— О, не беспокойтесь, у нас развёрнута специальная бытовая система безотходного цикла, биотуалеты, биодуш и так далее. В кубрике всё есть. С чего начнёте?

— Расположимся, попьём кофейку, если найдётся.

— Кухня у нас отличная, всё нормально.

— Дадите нам полчаса?

— Разумеется, как скажете. Сейчас пришлю проводника, он покажет вам кубрик, столовую, кафе и всё остальное. Самостоятельно по платформе передвигаться не рекомендую, наладочные работы ещё не закончились, буровая уже гонит грязь, вот-вот пойдёт нефть.

Миленкович кивнул и скрылся в переплетении стеллажей и лестниц.

Мимо прошли пилоты «Коршуна». Гости остались одни. Откуда-то доносились звуки работы механизмов, человеческие голоса, но самих людей видно не было.

— Охраны не вижу, — заметил Двигуненко.

— Есть тут охрана, не волнуйся, — проворчал Джокер. — Телекамера прямо на нас смотрит. Да и сторожевик слева под бортом стоит.

— Холодно, — поёжился Зяблик, натягивая капюшон.

— Минус пять и ветер.

Появился молодой парень в таком же «Урсе», что и его начальник. Глаза у него были сонные.

— Идёмте, кубрик на втором ярусе.

Прибывшие, озираясь, спустились по металлической лестнице на этаж ниже, миновали решетчатое ограждение большого проёма и вышли к белой, пластиковой на вид стене с дверью и красной надписью на ней: «Гостиница».

— Ребята шутят, — виновато покосился сопровождающий на Афанасия.

— Нормально.

Кубрик, выделенный гостям, оказался вместительным, хотя и рассчитан был на троих.

— Мы здесь не задержимся, — сказал Афанасий в ответ на красноречивый взгляд Джокера. — Ночь продержимся, а после пуска улетим.

Побросав свои сумки в угол кубрика, группа проверила качество местного биотуалета, умылась, после чего проводник повёл её в блок питания.

На завтрак ушло полчаса.

Вместе с прилетевшими завтракали нешумные молодые парни в оранжево-синих спецовках и две девушки, с любопытством поглядывающие на бледнолицых москвичей.

— Хорошо кормят, — оценил меню Крист.

С ним согласились все. Кормили работавших на буровой людей действительно хорошо, вкусно и сытно. Особенно понравилась москвичам рисовая каша, которую они едали в столице редко.

Напились настоящего — не растворимого — кофе, повеселели.

— Теперь можно и подремать минуток шестьсот, — пошутил Зяблик.

— Дома будешь дремать, — встал первым из-за стола Шаймиев. — Пошли изучать натуру.

Проводник по имени Гоша (Крист спросил, как его зовут) с готовностью поднялся из-за стола. Он тоже решил позавтракать.

Вышли на верхнюю палубу платформы.

— Что вам показать?

— Всё, — лаконично сказал Афанасий.

— Где реактор? — поинтересовался Зюма.

— Внизу, под котельной, отдельный блок.

— Давайте пройдёмся сначала по верху, — сказал Афанасий. — Покажите нам главные узлы платформы, причалы, оборудование, реактор посмотрим в последнюю очередь.

— Хорошо, тогда начнём с вышки. — Гоша направился к центру платформы, тыкая рукой во все стороны. — Это буровое сооружение, вышка, мостки, лебёдка, кранблок. Дальше — двигатели, буровые насосы.

Через час осмотр платформы закончился.

Гости впервые увидели, как выглядят в реальности манифольды (нефтегазовая арматура), дроссели, вертлюги (блоки, связывающие долото и тали), а также оборудование для очистки бурового раствора, котельная, склад ГСМ и реактор, снабжающий платформу электроэнергией.

Впрочем, непосредственно в зону реактора «экспертов» не пустили, у них не было на это разрешения. Да этого и не требовалось, экстрасенсам достаточно было посмотреть на легко встраиваемый в любую конструкцию модуль реактора, представляющий по сути судно, способное самостоятельно передвигаться по морю.

— Это всё, — сказал Гоша, когда группа снова поднялась к вертолётной площадке. — Вопросы есть?

— Как платформа охраняется? — спросил Джокер.

Во время экскурсии они много раз встречали работающих наладчиков и монтажников оборудования и буровых рабочих в оранжево-синих робах, но ни одного охранника так и не увидели.

— Сторожевик так и будет стоять здесь всё время? — кивнул Зяблик на военный корабль, на палубе которого не было видно ни одного матроса.

— Это малый противолодочный корабль «Севастополец».

— Не вижу разницы.

— Охрана есть, — расплылся в улыбке Гоша. — Но об этом вам лучше поговорить с начальством. Мы не имеем права разглашать.

— Спасибо за лекцию, — сказал Афанасий. — Мы теперь сами погуляем.

— Лучше бы вы не гуляли без сопровождения. — Гоша помялся, не решаясь задать какой-то мучивший его вопрос. — Мне сказали, что вы эксперты.

— И что?

— По какому оборудованию? Я понял, что платформа для вас, что для селёдки телевизор.

Экстрасенсы переглянулись.

— Мы эксперты по общепсихосферным манипулятивным системам, — серьёзно сказал Шаймиев.

— А-а. — Гоша почесал в затылке. — Тогда понятно. Так я пойду доложу Кириллу Силантьевичу?

— Без возражений.

Проводник ссыпался по лесенке куда-то в недра первой палубы.

— Ну-ка повтори, в какой области науки мы эксперты? — хмыкнул Крист.

— В области общепсихосферных манипуляций, — повторил слова майора Джокер.

— И как это вяжется с нефтяной платформой?

— А пусть теперь думает, что мы тут делаем.

— Отставить ёрничество, — сказал Афанасий. — Вы всё видели. Что скажете?

— Надо просканировать, — буркнул Зюма.

— Я ничего подозрительного не заметил, — пожал плечами Крист.

— Здесь сплошное железо, — пожаловался Зяблик, плохо сканируется.

— Откуда ждать удара, если кому-то взбредёт в голову взорвать платформу?

— Разве что снизу, — высказал свое мнение Джокер, — из-под воды.

— Подводная лодка? Её враз засекут пограничники. Диверсанты-камикадзе?

— Сюда хрен кто доплывёт с островов, — покачал головой Зюма.

— А обученные дельфины или косатки?

— Да кому это надо, торпедировать платформу касатками? — удивился Зяблик.

— Дай бог, чтобы никому, — жёстко сказал Афанасий. — Но мы должны предусмотреть все варианты, даже если они и кажутся кому-нибудь дурацкими. Идите в кубрик, работайте по своим методикам.

— А ты? — спросил Джокер.

Афанасий заметил яркий костюм Кирилла Силантьевича.

— Я потолкую с начальником смены. Майор, проводи.

Шаймиев махнул рукой экстрасенсам, направился к лестнице. Члены группы потянулись за ним, косясь на море и на появившиеся на горизонте облака.

Двигуненко взглядом спросил у командира, что ему делать.

— Постереги кубрик, — сказал ему Афанасий. — Чтобы никто им не помешал.

Тарас ушёл вслед за остальными.

На палубу взобрался Кирилл Силантьевич.

— Ну как, осмотрелись?

— Всё отлично, приступаем к работе.

— А что собираетесь делать конкретно, если не секрет?

— Изучать психосферу, — усмехнулся Афанасий, вспомнив фразу Шаймиева. — Сколько людей сейчас работает на платформе?

— В смене тридцать человек, работаем по шесть часов. Но это ещё не штатное расписание, чисто наладочное, предпусковое. Вообще численность экипажа буровой — сто двадцать человек, по сорок в смене, каждая будет работать по четыре часа через восемь.