— Как подурели сегодня, – пожаловался он молодой медсестричке, наливающей в чашку с засыпанными гранулами кофе кипяток.
Чашка, по мнению Алексея, была кошмарная – ядовито–желтая с веселенькими улыбающимися цветочками… в общем страшный сон наркомана. Но Машеньке – этой самой медсестре, она очень нравилась. Ну не обижать же человека намеком на полное отсутствие у него эстетического вкуса. Тем более, если это двадцатилетний человек с третьим размером груди и очень аппетитной попкой.
Кисловатый запах разнесся тут же по комнатушке – видать опять нормальный кофе закончился и теперь приходится допивать этот шмурдяк.
— Ты представляешь, рожает сегодня одна, вроде ее в 3–ю палату отправили… Весь процесс орала как потерпевшая, я думал, что оглохну нафиг… То убейте, то яду дайте… короче оперный концерт в сольном исполнении. Наконец‑то все закончилось. Повезли ее зашивать, а она не дается! Дергается, орет, чтобы не трогали. Я ее уже и так, и эдак и уговорами, и угрозами позвать санитаров – все мимо. Потом плюнул и говорю: «Если не зашью, то тебе ТУДА мужик вместе с яйцами провалится».
— А она что?! – поперхнулась от смеха Машенька – и на ее щеках заиграли прелестные ямочки.
— Да что‑что… Сказала, что больше никогда к себе тех, кто с яйцами и близко не подпустит.
— Да уж! И часто у вас, Алексей Иванович, такие казусы случаются?
— Да как ни роды, Машунь, так свои приколы. Вон, сегодня в 7 утра родила – вчера вечером проезжая мимо нас почувствовала непонятный ощущения – ну и на всякий пожарный заехала, а у нее раскрытие, представляешь, уже 5 см! А она ни в одном глазу! Другая бы уже корчилась на ее месте от боли.
— И что она ничего не почувствовала?
— Нет! Спокойно мужу объявила, что ты, мол, дуй домой за шмотками, а я, пожалуй, схожу по–бырику рожу…
— Да уж… А я вон проходя мимо родовой слышала надрывное пение, – поделилась девчонка. Допив кофе, она грациозно поднялась и отнесла чашку в раковину.
— И что за репертуар нынче в моде у молодежи? – оторвался от созерцания женской попки, прикрытой одним халатиком Алексей.
— Не поверите – «Там сидела мурка в кожаной тужурке…» Заглянула в палату – а там сидит офигевший муж и роженица вперемешку со стонами полустроевым шагом круги нарезает, горланя эту самую «Мурку».
— Эт еще ниче, вот когда «в процессе» тетка заорала «А–а–а–а–акапулька а–а–а–яяяй» мы там чуть все от смеха не свалились.
Дверь в ординаторскую распахнулась и в нее заглянула запыхавшаяся и растрепанная Алла Морозова, которая тут же оценила романтическую обстановку, о чем назавтра будет знать весь роддом.
— Алексей Иванович, там с подозрением на замершую привезли!
— Иду!
Алексей махом допил пойло, немного скривился и в растерянности закрутил в руках чашку.
— Я помою, бегите! – тут же нашлась Машенька, с обожанием глядя на доктора. Ну как в такого было не влюбиться? Высокий, умный, душа компании и всегда с шутками–прибаутками… к тому же не женат. Вот и втрескалась молоденькая медсестра по самые уши, не смотря на пятнадцать лет разницы.
— Спасибо, Машунь.
Алексей выскочил вслед за Аллой, на бегу уточняя информацию. Алла была женщиной не сколько полной, сколько сбитой, а уж походка у нее была и вовсе клоунская – она делала мелкие–мелкие шажочки, пытаясь прижимать колени друг к другу. Но каким‑то образом умудрялась передвигаться с удивительной скоростью, подмечать все мелочи и в красках делиться ими с окружающими.
— Так что там? Какой срок?
— Сорок одна неделя. Около двух часов назад перестала ощущать движения ребенка, потом ей стало плохо, потеряла сознание… Вызвали скорую. Но сегодня какой‑то аншлаг! Скорая задерживалась… Ну, пока то да сё, муж попросил соседа подбросить к роддому.
— Понятно. Ладно, щас разберемся, а ты пока передай, чтобы родзал готовили.
— Так уже все готово! – искренне возмутилась Алла.
Алексей Иванович зашел в приемный покой, поздоровался с дежурными, которых сегодня еще не видел, а потом уже повернулся к лежащей на кушетке пациентке.
Сразу же бросился в глаза ее нездоровый вид. Лицо было бледное, на лбу проступали капельки пота, глаза лихорадочно блестели, а дыхание было прерывистым… Такое чувство, будто у нее идет сильнейшая интоксикация организма. Но даже если плод и погиб, то за два часа такого сильного заражения просто не могло произойти…
— Так, на что жалуемся? – как можно миролюбивее поинтересовался доктор, нацепив на лицо самую добродушную улыбку.
— На судьбинушку горькую, – криво усмехнулась пациентка.
— Ну, раз шутим, то помирать точно не собираемся.
— Доктор, вы главное, ребеночка спасите, – перешла на шепот женщина, покосившись на стоящего возле стола дежурной мужа – тот помогал заполнять бланки, диктуя данные пациентки.
— Спокойно, мамаша. – Алексей достал из кармана халата деревянную трубку, как у доктора Айболита, и начал прислушиваться к плоду. Сердцебиения не наблюдалось. – Так, согните ноги.
Беременная послушно приняла нужное положение, позволив доктору обследовать методом пальпации положение плода.
— Ничего не понимаю… – пробормотал тот, обескуражено взглянув на пациентку.
— Доктор, что‑то серьезное?! – тут же воскликнул муж роженицы и попытался прорваться мимо дежурной. Но не тут‑то было… Алла Морозова встала насмерть, перегородив проход своей могучей грудью пятого размера!
— Алла, – только произнес Алексей и кивнул в сторону волнующегося мужчины. Медсестра сразу все поняла и начала спроваживать того из кабинета.
— Так, папаша, нечего тут панику разводить и жену пугать! Мешаете только. Подождите в общем зале.
— Но… – попытался было возразить мужчина, как за ним уже закрылась дверь.
Доктор хмурился, что‑то бормотал про себя, он был встревожен, и это четко было видно по проступившим на лбу горизонтальным морщинам.
— Алла, ее на УЗИ. А вы, мамаша, аккуратненько поднимаетесь…вот так, – Алексей помог беременной встать с кушетки. Та была совсем вялая…
— Доктор, что со мной?
— Сейчас все узнаем. Пойдемте, сделаем ультразвуковое обследование, посмотрим, как там ваш малыш поживает…
Алексей повел женщину по коридорам роддома – нужно было пройти через все здание да еще и преодолеть две лестницы. Ну, вот какой м…чудак разместил приемный покой в одном крыле больницы, а кабинет УЗИ в другом? Да еще и половину дверей позакрывали на ключ – нужно десятыми дорогами обходить…
— Ой. Что‑то мне совсем не хорошо… – простонала пациентка, заваливаясь на врача. Алексей успел подхватить ее, прежде чем женщина упала в обморок.
Вот это совсем хреново. Что ж это такое?!
— Эй, барышня! Как вас там? – Алексей только сейчас понял, что даже не знает имени пациентки. – Эй. Придите в себя!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
