Ринат планировал передать своему отпрыску бизнес, подарить ему какую-то часть, чтобы тот смог сам встать на ноги. Но забыл спросить самого парня, нужно ли ему это все. В итоге из-за того, что два человека не смогли сесть и просто нормально поговорить, случилось кое-что практически непоправимое.
Руслан спутался с врагами отца, и история могла бы закончиться куда печальнее, если бы все подробности не вскрылись вовремя.
— Ты совсем не умеешь фильтровать свои провокации, да, малышка? — Ринат произносит это глухо, в его глазах на короткий миг отражается неимоверная тоска по сыну, и я жалею, что не смогла вовремя прикусить язык.
Для любого человека близкие — невероятно больная тема. Я знаю это по своему опыту. Меня саму трясет от любого упоминания родителей, но я хотя бы могу в любой момент вернуться к ним.
Другой вопрос, что я этого не хочу. Мама меня не принимает, отец слишком занят собой. Родители считают, что я их предала, но еще могу искупить свою вину, если посвящу свою жизнь им с братьями.
Отдельная квартира? Блажь, лучше сэкономить и потратиться на облагораживание их дачи. Красивая одежда и вкусная еда? Зачем, когда одной пары штанов вполне хватает, а торт можно испечь самостоятельно.
После «побега» я пыталась несколько раз наладить наше общение, но все всегда сводилось к одному. Мои деньги должны идти только в семью. А остальное ерунда, которую я зачем-то себе придумала.
Самое ужасное, что братья тоже переняли эту модель поведения. Вадим как-то позвонил мне и попросил купить ему какой-то крутой велосипед за огромную сумму. Просто сразу без приветствий заявил, что хочет именно такой.
В конце я оказалась облита помоями, и больше никто из братьев никогда не набирал мой номер.
— Еще раз извините, — повторяю.
Ринат забавно закатывает глаза и качает головой.
— Я тебе отлизал, но ты все равно упорно продолжаешь в своей голове ассоциировать меня с каким-то стариком.
Кончики ушей вспыхивают от смущения.
Глава 10
Сделав вид, будто пропустила последнюю фразу Рината мимо ушей, я возвращаюсь к своему занятию, полностью погрузившись в работу.
Макс намудрил здесь слишком много всего. После третьей попытки я всерьез хочу зарычать, потому что у меня ничего не получается. Начинаю думать о том, что сделать все вовремя я просто физически не успею. Таймер не остановится без кода, и какая-то часть данных бесследно исчезнет с устройств.
Что в этом случае сделают со мной — представить страшно.
Обычное убийство покажется милосердным.
Ринат периодически поглядывает на меня. Он сам хмурится, замечая, насколько нервозно я стучу по клавиатуре, но процесс никак не комментирует.
— Что?.. — не сдерживаюсь, открыв почту Макса.
В одном из сообщений со странной темой я вижу несколько прикрепленных файлов. Фотографии, на которых он занимается сексом с какой-то девушкой примерно моего возраста.
Ее лица не видно, ракурсы специально так подобраны, но зато Макс здесь во всей красе.
— Нашла что-нибудь?
Разворачиваю ноутбук экраном в сторону Рината и пролистываю фото по очереди.
— Некоторые и хоум-видео снимают, что тебя так удивляет, Ина?
— Это было во входящем сообщении, — быстро объясняю. — Здесь и текст имеется, Максима шантажировали этими снимками. Кажется, девушка не совсем свободна…
— Дай-ка сюда.
Примерно пару минут Ринат сам изучает почту Макса. Вычленяет из всего потока сообщений письма от одного адресата, их там по пальцам одной руки пересчитать можно, и несколько раз перечитывает каждое из них.
— Твой дружок трахал замужнюю бабу. Кто-то об этом узнал и пустил снимки в ход. Жаль, что лицо не попало в кадр, таких тюнингованных телок по десятку на квадратный метр. Сложно будет понять, какая из них на фото.
— А может…может такое быть, что его убили из-за этого? Если муж этой девушки узнал…
— Скорее всего, он бы грохнул свою гулящую женушку, а не ее любовника, — неприятно усмехается Ринат. — Пацан мог вообще не в курсе быть, с кем связался. Такие девочки обычно выскакивают за денежные мешки, а потом, когда понимают, что у мужа давно не стоит, начинают прыгать по молодым херам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Как вообще можно рассуждать обо всем с таким цинизмом?
— А что мне, поплакать предлагаешь? Я понимаю, котенок, что у тебя впечатлений за эти дни на всю жизнь, но я жил в немного другой среде, и меня таким не удивить. Знакомый мой однажды решил наказать свою молодую жену за измену, пустив ее по кругу среди своих охранников.
— Господи… — закрываю рот ладонью от шока.
— Она знала, на что изначально шла, поверь. Девка жила в шоколаде, мужик с нее пылинки сдувал. Реально любил. Но объезжать ее, как двадцатилетний, уже по состоянию здоровья не мог. Дальше, думаю, догадаешься, что было.
— Что стало с этой девушкой? Она…она выжила?
— Куда она денется? — хмыкает Ринат. — Получила неплохие отступные, перья почистила и дальше поплыла по течению. Город только пришлось сменить, потому что у нас с этой шалавой связываться никто не хотел.
— Но она ведь живой человек… Так нельзя…
— Она себя продавала, малыш. За реальный ценник. Если уж этот самый живой человек так к себе относится, почему другие не должны?
Затихаю, потому что ответа у меня нет.
Это все невероятно дико звучит. Я слишком далека от мира Рината и никогда не пойму отношений, которые там складываются.
Ноутбук мне возвращают почти сразу, и, погрузившись в него с головой, я не сразу замечаю, что на улице уже успела наступить темнота. Рината рядом нет, он ушел куда-то. В глубине души хочется надеяться, что он вообще уехал в город, но мне не может так повезти.
Я обнаруживаю его на кухне. Желудок неприятно скручивает из-за ароматных запахов, витающих вокруг.
— Очнулась? Я собирался закончить здесь и идти тебя тормошить. Думал, честно говоря, что током меня ударишь, настолько ты во время своих этих занятий похожа на робота.
— У меня бывало такое, что я не замечала, как проходит целая ночь. Только утром из-за солнечных лучей соображала, что совсем не ложилась еще, — смущаюсь немного от простого, казалось бы, разговора.
Не люблю обсуждать то, чем я занимаюсь. Если только с людьми из этой же сферы. Остальные чаще всего сочтут меня за ненормальную и не поймут, как можно так жить.
У меня ведь большая часть моей не совсем нормальной жизни на экране. Даже друзья там, одну только Лию я вижу вживую. И Макса. Видела…
Ужинаем мы в тишине. Ринат периодически отвлекается на телефон, а я, как по учебнику, пережевываю все медленно и тщательно. Словно так можно оттянуть приближающийся момент моего наказания.
Я хочу сказать ему о том, что у меня еще не было никого. Честно хочу. Но каждый раз меня что-то останавливает. То за окном громыхает, то я сама, чтобы набраться сил, тянусь к стакану с соком и нечаянно переворачиваю его в собственную тарелку.
— Неважно выглядишь, — замечает Ринат. — Неужели я тебе настолько противен?
— Можно я не буду отвечать на этот вопрос?
От звука мягкого мужского смеха кожа покрывается мурашками.
В конце я вызываюсь помыть посуду, раз уж Ринат готовил, но он останавливает мой порыв логичным замечанием о посудомойке и спрашивает про взлом программы.
— У меня не получается, — честно признаюсь. — Но я буду пытаться, должен найтись выход.
— Не переживай, солнышко, — его пальцы обхватываю мой подбородок. — Отработаешь.
— Но…
— Я перенес пакеты с вещами наверх. Выбери себе что-то. Мне нравится самому снимать белье с женщин.
Убегаю на второй этаж, пока не стало слишком поздно. Я прижимаюсь спиной к двери и наваливаюсь на нее всем весом, думая, что Ринат отправится за мной. Спустя несколько минут бесцельного разглядывания окна напротив я на коленях добираюсь до парочки дизайнерских пакетов и вываливаю их содержимое прямо на пол.
Здесь совсем нет одежды. Точнее…белье ведь не считается?
