Рей когда-то был не в ладах с законом. Он первым в классе начал курить и первым попробовал травку. Частенько он забывал заплатить за понравившуюся вещь в магазине, а собираясь покататься на машине, не всегда интересовался мнением хозяев.
Теперь он один из лучших полицейских в городе, образцовый семьянин, и его прочат на место шефа.
А Джонни в школе называли Бешеным за вспыльчивость и неукротимый нрав. Из-за малейшей обиды он готов был лезть в драку, и каждая драка превращалась в сражение не на жизнь, а на смерть.
Сегодня он преподает английский язык в младших классах, и, по слухам, дети в нем души не чают.
Опустошив свои кружки и стаканы, все четверо вышли из бара и двинулись по улице, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Дэвид исподтишка разглядывал друзей, удивляясь, как они сумели измениться, внешне оставшись такими же, как раньше.
– Ты надолго в город? – поинтересовался Крис.
– Думаю, что на сей раз придется задержаться подольше, – отозвался Дэвид.
– Уж не решил ли ты остаться насовсем? – Рей вздернул брови в картинном изумлении. – На тебя не похоже.
– Там видно будет, – неопределенно ответил Дэвид, измеряя взглядом длину улицы. – Кто последний добежит до угла, ставит всем угощение! – крикнул он, устремляясь вперед.
Гонка закончилась, не успев толком начаться. Дэвид победил без особого труда. Крис отстал от него на добрых тридцать ярдов, Рей был еще дальше, а Джонни и вовсе не двинулся с места. Весело смеясь, он махал друзьям рукой с дальнего конца улицы.
Когда они снова оказались вместе, Рей, тяжело отдуваясь, заявил Джонни:
– Ты проиграл!
– Вот и нет, – флегматично возразил тот. – Я вообще не участвовал в этом пари, так что угощение с тебя, толстый ленивый коп!
Рей сделал грозное лицо.
– За такие слова мне следовало бы арестовать тебя, сынок! – прорычал он. – Но так уж и быть, помни мою доброту.
Оглядевшись по сторонам, он заметил неподалеку тележку мороженщика, направился к ней и через пару минут вернулся с четырьмя порциями пломбира.
– Что это за липкая дрянь? – возмутился Джонни. – Мы так не договаривались.
– Мы договаривались, что проигравший ставит угощение, но не уточняли, какое именно, – хмыкнул Рей.
– Рей прав, – вмешался Крис, забирая свою порцию мороженого.
Словно вернувшееся на минуту прошлое нахлынуло на Дэвида теплой волной воспоминаний. Рей и Джонни вечно пререкались по любому поводу, и Крису с Дэвидом приходилось мирить их. Может быть, его друзья и в самом деле не так сильно изменились, как ему показалось вначале?
Они пошли дальше, уплетая мороженое, не особенно заботясь о том, чтобы придерживаться какого-то определенного направления.
Прогуливаясь по Эскотт-плейс, Дэвид рассказал друзьям все свежие анекдоты, какие только смог вспомнить. На Вест Чейз похвастался своими последними победами, старательно избегая говорить о Кэрол. Тем более что к категории побед ее можно было отнести только с большой натяжкой. На Тампа-стрит выложил все, что думает по поводу последних игр в Лиге чемпионов. Наконец, когда они в третий раз оказались на Центральной площади, Дэвид выдохся.
К счастью, Крис подхватил нить разговора прежде, чем пауза слишком затянулась.
– Расскажи, как ты работал в Голливуде, Дэйв, – попросил он. – Это правда, что ты снимался вместе с Клинтом Иствудом?
– Ну конечно! – закатил глаза Дэвид. – Можно даже сказать, что Иствуд снимался со мной. Я достиг вершин актерского мастерства, когда целый эпизод просидел молча за столиком, надвинув шляпу на глаза, а в конце изящно рухнул на пол. Странно, как это продюсеры еще не бегают за мной с контрактами на миллион долларов.
– И все-таки, ты сделал это, Дэйв, – заметил Джонни, который уже двадцать лет не высовывал носа из Тампы. – Ты опять обставил всех нас. Интересно, каким будет твое следующее приключение?
– Могу вам рассказать, – легко согласился Дэвид. – Я собираюсь заняться бумажной работой в конторе у отца.
Ответом ему был взрыв дружного и искреннего смеха. Друзья решили, что это отличная шутка. Разве могло кому-то из них прийти в голову, что Дэвид говорит серьезно.
– Готов поспорить, все дело в женщине! – воскликнул Рей. – Ну, признайся же!
– Нет, – быстро ответил Дэвид. – Возможно, – признался он минуту спустя. Так было проще, чем посвящать друзей в семейные неприятности.
– Я так и думал! – заявил Рей. – Ну и когда же мы с ней познакомимся?
– Никогда! – отрезал Дэвид.
Впрочем, это не помешало друзьям отпустить еще с десяток остроумных замечаний на эту тему, прежде чем, взглянув на часы, сделать озабоченные лица и разбежаться в разные стороны.
Дэвид возвращался к отцовскому дому, чтобы забрать оставленную там машину, так что ему было по пути с Крисом, живущим по соседству.
– Ты слышал новость? – после недолгого молчания заговорил Крис. – На озере Окичоби рыбаки видели чудовище. Похоже, у нас во Флориде завелась собственная Несси. Мы с ребятами собираемся съездить туда на День Независимости. Будет столько света и шума от фейерверков, что эта зверюга просто обязана будет вылезти на поверхность. Если, конечно, она действительно существует, а не привиделась местным спьяну. Хочешь поехать с нами?
– Неплохая идея, – кивнул Дэвид. – А кто еще поедет?
– Рей, Джонни и один парень из Орландо, Луис Свенсон.
– Звучит заманчиво.
– И девочки, конечно, – с лукавой улыбкой закончил Крис.
– Девочки?
– Надо же нам получить какую-то компенсацию, если Несси так и не решится показаться нам на глаза, – Крис подмигнул Дэвиду с самым хитрым видом. – Отличный повод для тебя вывезти свою подружку на свежий воздух.
– Не уверен, что она захочет поехать...
Крис картинно округлил глаза.
– Тебя ли я слышу, Дэвид Мэттьюс? Когда это ты не мог уговорить девчонку сделать то, что тебе нужно?
– Все не так просто, Крис...
– Фу! – заявил тот, презрительно сморщив нос. – Вот что я тебе скажу: если ты считаешь, что палатки существуют для того, чтобы спать в них в одиночестве, поезжай на Окичоби без подружки. Но в этом случае все ребята в один голос объявят тебя растяпой и неудачником. Заруби это себе на носу.
– Я буду там, – решительно произнес Дэвид.
– Один?
Вместо ответа Дэвид рассмеялся и похлопал приятеля по плечу. Вызов есть вызов, и уважающий себя мужчина не может не ответить на него.
Но удастся ли объяснить это Кэрол?
К тому же, отношения с ней – еще одна часть его жизни, которую Дэвиду не хотелось бы выставлять напоказ. Ребята никогда не смогут понять их.
Кажется, он и сам пока не очень понимает. Может быть, поэтому ему так хочется увидеть Кэрол вновь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
