Буквально на днях один молодой человек – очень молодой – сказал, что пять или семь лет назад он пообещал гуру Махараджи, что посвятит ему всю свою жизнь и работу. Теперь у него трудности. Он не чувствует, что как-то растет. Он не получил и небольшого, ни малейшего озарения через эту связь или отношения. Но теперь данное им обещание… Теперь он думает, что ведет себя очень религиозно, потому что продолжает цепляться за свое обещание. Это не религия, это эго. Теперь он не может принять мысль о том, чтобы отбросить свое обещание, потому что это причиняет боль эго: «Ты – человек слова. Однажды дав слово, ты должен его держать».
Но это кажется глупым. Если ваши дела не идут хорошо, вы не обретаете целостность, если вы не растете, тогда необходимо мужество, чтобы отбросить все это. Если только за эти пять лет вы стали мудрее, чем вы были, когда давали обещание. Глупый ум дает обещание, и на протяжении пяти, десяти или пятидесяти лет вы продолжаете выполнять одно и то же обещание, прекрасно зная, что ничто не произошло, – разве это не самоубийственно? Как прошлое может лишить свободы?
Я не говорю не давать обещаний, я не говорю не выполнять обещаний. Давайте обещания, выполняйте их, но когда вы замечаете, что ничего не происходит, тогда будьте достаточно смелыми, чтобы отбросить эго. Не будьте эгоистичными.
Я читал одну историю…
Один человек вел очень религиозную жизнь – религиозную в понимании шариата. Он выполнял все ритуалы своей религии, он следовал моральным принципам, предписываемым его религией, он искусно подражал мастеру – поэтому они были в одной лодке. Он подражал мастеру, потому что мастер был совершенен, совершенен в следовании тем принципам, которым следовал он. Он был впереди. Мастер был человеком крайностей, он был целиком предан мертвому слову, мертвой букве. Писание было его душой. Самостоятельно он не двигался и на дюйм. Он был уже мертвецом. Но он был совершенен в том, что касалось ритуалов, его нельзя было уличить ни в единой ошибке. Он был непогрешим. А тот человек был его последователем.
Однажды ночью ему приснился сон. Он увидел, что умер и отправился наверх, на встречу со Святым Петром, с вопросом: «Могу ли я войти в рай?» Он был очень в этом уверен, потому что идеально следовал тому, что ему было указано. Он механически следовал всем заповедям, никогда не совершая ни единой ошибки. Поэтому он был очень уверен.
Он спросил: «Могу я войти в рай?» Он это сделал просто из вежливости.
«Святые небеса! – ответил Петр. – Это не рай». Затем Петр объяснил, что жемчужные врата гораздо выше, и к ним можно добраться только по высокой лестнице. Он указал на лестницу, которая вела вверх, вверх и исчезала где-то в облаках – за облаками.
Человек посмотрел на лестницу и испугался. Лестница казалась бесконечной. Человек произнес: «Когда я доберусь? Эта лестница кажется бесконечной!»
Святой Петр ответил: «Не бойся. Все зависит от того, насколько она длинная. Для каждого человека это происходит по-разному. Я покажу тебе дорогу. Возьми этот кусок мела и начинай подниматься. За каждый грех прелюбодеяния, внебрачную связь, распутство, или любые другие из совершенных тобой, либо те, о совершении которых ты помышлял, продолжай делать отметки своим мелом. На каждой ступени должен быть отмечен один грех. К тому времени, когда ты закончишь и когда отметишь каждое действие или мысль, ты достигнешь конца лестницы, и перед тобой окажутся врата в рай. Все индивидуально. Если ты совершил много, много грехов, тогда она будет длинной. Если ты очень мало грешил, она будет не такой длинной. Эта лестница может меняться, она меняется вместе с человеком, который взбирается по ней».
Тот человек был очень счастлив. Он взял мел и начал взбираться по лестнице. Он лез целую вечность. У него болели ноги, болели руки, и все же никто ему не встретился. И никаких признаков райских врат, и лестница была все той же, уходящей далеко ввысь.
Тогда в один из дней это путешествие встало ему поперек горла. Но теперь он был в тупике, потому что обратный путь занял бы ту же вечность. «Лучше продолжать путь. Однажды… возможно… есть вероятность, надежда». Чем он был удивлен, так это тем, что, несмотря на то что в жизни он не совершил ни единого греха, он непрестанно думал о совершении каждого из них.
Ритуальная религия создает в человеке подавление. Это шариат – тело, мертвое тело религии – калечит ваше тело, потому что в вашем уме развивается очень сильное воображение относительно всевозможных проступков. Вы фантазируете, вы совершаете их в уме.
Ваше сознание становится более отравленным, когда что-то просто возмущает ваш ум, нежели когда вы на самом деле это делаете. Когда вы на самом деле что-то делаете, существует возможность избавиться от этого, просто видя это – его бессмысленность.
Если вы злитесь, рано или поздно гнев сам приведет вас к осознанию того, что гнев бесполезен – не только бесполезен, он ядовит; не только ядовит, он очень разрушителен и суицидален. Но если вы продолжаете думать о том, чтобы быть злым, убивать людей, уничтожать людей, вы никогда не придете к правильному пониманию. Вы никогда не сможете избавиться от гнева.
Если вы любите заниматься сексом, рано или поздно вы утратите все фантазии, которые насоздавали о нем. Рано или поздно он станет обыденным делом. Рано или поздно он вам наскучит. Но если вы просто воображаете, тогда вам никогда не будет скучно. Тогда вы никогда не потеряете к нему интерес. Раньше или позже грешники отбросят его, но святые, так называемые святые, они не смогут его отбросить. Они сидят на вулкане.
Этот человек удивился, потому что он целую вечность продолжал помечать эти ступени на лестнице, но они все появлялись, а он все продолжал вспоминать. Казалось, что он больше ничем не занимался, а только совершал в своем уме всевозможные грехи.
Затем он увидел своего гуру, спускающегося по лестнице. Он был очень счастлив видеть своего мастера.
«Ах, мой мастер! – сказал он. – Вы случайно идете назад не для того, чтобы привести в рай больше учеников?»
«Нет, тупица! – ответил гуру. – Я иду за новым мелом».
Остерегайтесь лжегуру – их много. Лжегуру будет обещать вам мирские вещи, даже если он обещает их в другом мире, он обещает все то же. Он пообещает вам в раю прекрасных женщин – гурий. Он пообещает вам реки из вина в раю. Но он обещает все то же. Он может пообещать вам в раю золотые замки, дворцы, инкрустированные бриллиантами, но бриллианты и золото, и серебро, и женщины, и вино – они все принадлежат этому миру. Он просто будоражит ваш ум, он просто дурачит вас.
Настоящий мастер обещает вам только одно: вашу смерть. Так что, где бы вы ни встретили ожидающую вас смерть, соберитесь с мужеством. Чтобы появился Бог, вы должны исчезнуть.
Это второе измерение или уровень религии: хакикат.
Наконец, третье измерение или уровень называется тарикат. Тарикат означает метод, путь… из внешнего во внутреннее.
Внешнее – это окружность, внутреннее – центр, а тарикат – это радиус, ведущий к центру, – исходный путь, который ведет от внешних ритуалов к внутреннему убеждению, от веры к видению, от потенциала к действию, от мечты к реальности.
Тарикат – метод, техника, путь, дорога, дао, дхарма – это вся наука религии. Есть окружность, есть центр, но необходимо двигаться от окружности, потому что мы находимся на ней, и нам нужно использовать какой-то радиус – только радиус может соединить окружность с центром. Какой радиус предлагают суфии? Их называют «люди пути», потому что они разработали много техник.
Их тарикат обладает наибольшим потенциалом – он может трансформировать вас, он может полностью изменить вас. Их совершенно не заботит теология, они беспокоятся только о методологии. Их не волнует, есть Бог или нет. Они предлагают: «Не говори глупостей! Вот путь. Иди и увидь сам. Это – способ развить твои глаза, тогда ты сам увидишь, есть Бог или нет».
Они не спорят, не пытаются убеждать, они показывают. Они говорят: «Пойдем со мной. Я знаю окно, из которого ты можешь посмотреть в открытое небо. Оставаясь закрытым в темной комнате, как я могу убедить тебя, что есть открытое небо – бескрайнее?»
Это будет так же трудно, как это было трудно для лягушки, о которой вы слышали, что жила в маленьком колодце. Это суфийская история.
Однажды случилось так, что лягушка из океана подошла к колодцу – должно быть, она была путешественницей. Она подошла к колодцу, представилась лягушке из колодца и сказала: «Я из океана».
Естественно, та лягушка переспросила: «Океана? Что это такое?»
И лягушка из океана сказала: «Это очень трудно описать, потому что, судя по всему, вы никогда не покидали этот колодец. А он так мал. Но все-таки я попытаюсь».
Лягушка из колодца рассмеялась. Она сказала: «Никто никогда не слышал о чем-то большем, чем этот колодец. Насколько велик ваш океан?» И лягушка из колодца прыгнула на треть размера колодца и спросила: «Вот такой?»
